Чтение онлайн

— Началось. — Прохрипел он.

А далее последовал взрыв! И еще один и еще, пол начал трещать по швам. Балки, как пушинки, начали взлетать вверх и опускаясь, то и дело накрывали, какого-нибудь зазевавшегося вельможу.

В одну секунду бал превратился в ловушку.

Взрыв взрыв!!!

Куда не глянь, везде лежали тела в собственной крови. А то и части тел.

Взрыв!!! Взрыв!!!

Паника нарастала, и люди не в силах ничего поделать просто бегали и топтали друг друга.

Во всей этой суматохе, только Вайлет стояла и не двигалась, словно она пребывала в неком трансе.

Взрывы двигались по направлению трибун, туда, где стоял сам Бельмонд и обнимал своего сына.

Взрыв! Взрыв!

Трибуна затрещала, начала крошится на части. Герцогиня взвыла от страха и плюхнулась под ноги своему мужу. И в этот самый момент, крепкая мужская рука легла на плечо Вайлет. Щелк! Сработал замок и в один миг все стихло. Вайлет открыла глаза, и её взгляд встретился с торжествующими глазами Бельмонда. Герцог был доволен. Вайлет поднесла руку к шее, но вместо перламутрового ожерелья, её пальцы натолкнулись на ошейник, который сжимал ее шею.

— Этот ошейник блокирует любую магию. — Голос говорившего был знаком, она медленно повернула голову и посмотрела на графа Тормена, стоявшего сейчас перед ней. — Я с детства знаю Вайлет Медеси. Наши семьи часто навещали друг друга. Прикрыться именем затворницы было разумно, никто ее не видел, кроме меня естественно.

— Ты инквизитор? — Тихо прошептала подавленная, но не сломленная самозванка. — Даже профессионалам не совладать с моей магией. А развеять тем более.

— Я смог. — Глаза Тормена загорелись. — Ценою жизни своих коллег, я смог разгадать твой код.

Молодой граф вытащил из кармана медальон змеи и повесил на свое законное место. Так же он снял потертый цилиндр, который когда-то принадлежал его коллеге, и поправил волосы.

— Взрыв, ты был там… — запоздало догадалась девушка.

— И чудом выжил. — Заключил Тормен, затем схватил девушку за руку и приказал. — Пойдем, я отведу тебя в камеру. Не бойся, ты не на долго там задержишься.

Самозванка подчинилась, потому, как ошейник превращал могучую ведьму, в обычную девушку. В последний раз, она бросила взгляд на трибуну, откуда наблюдал довольный герцог.

— Магия должна была разрушить весь дворец. — Непонимающе промямлила пленница.

— Если бы я не разорвал цепь заклинаний, то все так и произошло бы. — Граф поднял с пола платок и развернул его, с внутренней стороны ткани были нанесены руны. — Платок — это триггер, после которого приводилась в действие вся цепочка заклинаний. Браво! Идеальный план.

Девушка ничего не ответила, а лишь бросила в графа злобный взгляд.

Темница для смертников — именно так нарекли то место, куда Тормен привел самозванку. В отличие от обычной темницы, здесь держали тех, кому в ближайшее время суждено было отправиться на плаху, или же на костер — кому как повезет. Немногочисленные камеры предварительного заключения, коих вряд ли в сумме наберется около десятка, намекали на то, что в здешних застенках люди подолгу не задерживались. И места хватало всем без исключения.

— Прощайте, лжеВайлет. — Девушка перешагнула порог своей камеры и услышала такие слова от спутника, с которым не так давно мило беседовала на балу у герцога.

В камере пахло сыростью и крысами.

Дверь захлопнулась и сразу после этого в замочной скважине заскрипел ключ.

— Анастасия…

— Что? — Скрип прекратился. Вадим посмотрел на девушку через небольшое оконце, в котором видел лишь силуэт.

— Меня зовут Анастасия. — Повторила задержанная.

— Вскоре Ваше имя не будет иметь значения. — Щелкнул замок и граф убрал ключ в карман.

— Снимите с меня ошейник…

— Всенепременно. — Пообещал граф. — Перед казнью, с Вас обязательно его снимут.

— Вы трус, граф! — Силуэт двинулся, на секунду девушка пропала из виду, но вскоре в оконце появилось ее миловидное личико. — Самый настоящий трус! Вы же не поддерживаете идеалы инквизиции, но все-таки служите им, подобно псу?!

Затем девушка нахмурив брови, добавила:

— Граф Вадим — средний сын рода Торменов! Не такой уж вы беспринципный. Вы одеваетесь по последнему писку моды, тратите баснословные суммы на имидж, но на самом деле, ВЫ ГРАФ, голытьба. Всего лишь средний сын и права на родовые земли не имеете! И как бы вы не кичились титулом, ваше положение не намного выше моего!

Всегда спокойный граф, в этот раз не сдержался, на мгновенье его захлестнула ярость, которая требовала выхода. Кулак полетел в стену. Острая боль привела Тормена в чувство.

Самозванка смогла задеть за живое.

— Замолчи! — Зашипел он, стиснув зубы.

— И чтобы вы не делали, как бы не мнили себя пупом земли — Вы все равно остаетесь средним сыном рода Торменов!

Здесь нужно пояснить: Право на наследство имел только первенец. Он наследовал и земли, и титул, и уважение. Именно первый в роду нес гордое знамя своей фамилии. Остальных же зачастую история забывала. Не повезло значит. Последующим детям выделялся небольшой клочок земли, на котором они и волочили свое жалкое существование.

Высказав все в лицо графу, девушка отошла от оконца. Теперь её скрывала тьма, а так же прочные дубовые двери, и лишь зловещий смех с камеры напоминал о её присутствии.

Вадим Иванович, ни сказав, ни слова, приподнял цилиндр и сделав поклон, пошел к выходу. Оставив девушку наедине со своими мыслями. Звучавшие слова из уст ведьмы, граф считал не более чем жестом отчаянья. “Ничего, сутки в камере и она запоет по-другому,” — успокаивал себя Тормен. Анастасия, как она себя назвала, отнюдь не была безобидной ведьмой и на ее счету десятки убийств. И если бы не продуманный план, то герцог Бельмонд и его гости пополнили бы этот список.

Вадим Иванович справился с поставленной задачей. После взрыва в квартире двадцать семь, он пообещал изловить ведьму, чего бы ему это не стоило. Сегодня долг перед коллегами был выплачен, и с чистой совестью граф направлялся к куратору, которому предстояло подать подробный отчет.

Куратор встретил молодого графа в кресле своего кабинета. Как только Вадим вошел, старший по званию приглашающе махнул рукой.

— Вы, наверное, и есть тот самый Вадим Тормен, из-за которого столько шума. — Полноватый дяденька преклонных лет скривился, будто лимон проглотил. — Примите мои поздравления по поимке очень опасного и дерзкого преступника, на счету которого уже больше десятка убийств. Хитрая лиса, постоянно ускользала у нас из-под носа.