Чтение онлайн

Но совсем не сходится с тем, что отыскала дорсетская полиция.

Сомнения завладели усталым мозгом Сары Дюваль, и они были также реальны, как подступающая к горлу тошнота. Что, если чутье подвело ее? Что, если Редфорд всего лишь искатель славы? Что, если убийца на свободе? Она покачала головой, не давая воли этим мыслям. Такого не может быть. Редфорд тот, кто им нужен, она чует это нутром.

А если она ошибается?

Сначала он ощутил боль. Голова чудовищно болела, а перед глазами плыли красные, белые, желтые круги. Кит хотел было подать голос, но у него ничего не вышло. Потом заболели плечи, запястья. Попытавшись изменить положение, он перекатился с бока на спину. Лежать с завязанными руками на спине оказалось еще неудобнее, и он напрягся всем телом, чтобы принять первоначальное положение. Что происходит? Кит открыл глаза, но это оказалось бессмысленно. Окружавшая его тьма была еще более непроницаемой, чем пока он лежал с закрытыми глазами.

Болел живот. Мучительные волны боли катились от головы к животу. Не сразу, но до него дошло, что его куда-то везут. Теперь он слышал негромкий гул мотора и уличный шум. И еще какие-то невнятные голоса, – Кит понял, что играет радио. Итак, его везут в машине, и водитель слушает радио.

И тут Кит вспомнил. Он вспомнил курьера и ящик с книгами. Движение, которое он отметил уголком глаза. И больше ничего.

С невероятной ясностью, так что даже боль куда-то ушла, Кит понял, что ему уготовано. Он поймался в им же придуманный кошмар. Он проживет последние дни жизни Сюзанны Тримейн, второй жертвы серийного убийцы из романа «Кровавый живописец». Убийца завладел ею, представившись курьером, потом перенес ее в машину и увез в свой летний дом.

Он помнил об этом двадцать четыре часа назад. Тогда он не открыл бы дверь курьеру, даже знакомому курьеру. Но это было до того, как арестовали Чарльза Редфорда, и до того, как Сара Дюваль сказала Фионе, что убийца за решеткой и волноваться больше не о чем.

Это было трагической ошибкой. Ужас проник в сердце Кита Мартина. Он точно знал, что ему предстоит. В конце концов, ведь это он придумал сценарий.

Прежде чем покинуть квартиру Дрю Шанда, Фиона взглянула на карту Эдинбурга и решила пройтись пешком до отеля. Пара миль по городским улицам наверняка прочистит ей мозги. Она шла по Новому городу с его домами в георгианском стиле, направляясь к Квинсберри-роуд и чувствуя влажный воздух на своей коже. На улицах не было ни души. Фиона свернула на Динбридж, любуясь видом, открывавшимся ей с высоты самых высоких деревьев. Сквозь туман виднелись лишь редкие и бледные пятна света, и Фиона подумала, что если бы Дрю или Кит описали ее прогулку со свойственным им талантом, у нее самой наверняка волосы встали бы дыбом от страха. Однако после суетливого дня, с аэропортами, перелетом, переездами, кабинетом на Сент-Леонард-стрит, прогулка показалась ей на удивление приятной, как бегство от забот, связанных с работой и любовью.

Подойдя к отелю, она едва заставила себя войти внутрь. Освеженная короткой передышкой, Фиона ощутила себя готовой к чему-то более приятному, нежели размышления об убийстве. А самое приятное, что могло оживить ее наступившим вечером, был разговор с Китом.

Фиона проверила, нет ли сообщений. Сообщений не было. Она рассчитывала, что он позвонит в Ответ на несколько посланных ею e-mail. Не важно, подумала она. Позвоню домой, и если он услышит мой голос на автоответчике, то снимет трубку. Войдя в номер, Фиона тотчас заказала ужин и стала ждать, тем временем еще раз проверив, нет ли e-mail. От Кита ни слова. Непохоже на него, подумала Фиона. Они с самого утра не перемолвились ни словом, и это было для них необычно. Взглянув на часы, Фиона увидела, что уже за девять. Вряд ли он работает. Он должен ответить на телефонный звонок.

Быстро набирая свой домашний номер дрожащими пальцами, Фиона сбилась и стала набирать его снова. Соединилось. Гудок, второй, третий, пятый. Потом включился автоответчик. В первый раз его голос не успокоил Фиону.

– Кит, это я. Если ты дома, сними трубку, пожалуйста… Пожалуйста, мне надо поговорить с тобой.

Все напрасно.

Фиона ела макароны, заказала и выпила вина, вновь проверила поступившие сообщения, не пропустила ли она чего.

Когда зазвонил телефон, она бросила вилку в тарелку и схватила трубку.

– Алло!

– Говорит старший инспектор Дюваль.

Разочарование Фионы нельзя было описать словами.

– Да. Здравствуйте. Я ждала другого звонка.

– Я хотела спросить, что вы выяснили, – резко проговорила Дюваль.

Фиона немногословно отчиталась в своей работе, и Дюваль ни разу не прервала ее, позволив себе лишь несколько многозначительных междометий, как человек, который записывает самое важное.

Когда Фиона умолкла, Дюваль неожиданно спросила:

– Значит, вы не нашли ничего, противоречащего тому, что Редфорд убийца?

«Странный способ задавать вопросы», – подумала Фиона.

– Ничего. А почему вы спрашиваете? У вас есть что-то новое?

И страх закрался ей в душу.

Дюваль помедлила, по-видимому раздумывая, стоит ли говорить.

– Небольшое несоответствие, – коротко произнесла она.

– Небольшое?

Дюваль рассказала Фионе об открытии дорсетских полицейских и о том, что это не совпадает с тем малым, что сообщил Редфорд.

– Все будет яснее, когда мы получим улики.

– Но ведь пройдет несколько дней. Если у вас сидит не тот человек, значит, люди подвергаются опасности. – По крайней мере один человек, подумала она и похолодела от страха. – Убийца чувствует себя преотлично. Он уверен в своей безнаказанности.

«А я не могу дозвониться Киту».

– Я понимаю. Мы все делаем, чтобы подтвердить показания Редфорда.

– Кит целый день не отвечает, – неожиданно выпалила Фиона.

– Один из моих людей должен был сегодня снять с него показания. Я спрошу у него. Может быть, он сказал, что планирует на вечер, – проговорила Дюваль с завидной уверенностью, которой на самом деле у нее не было. – Я позвоню.

– Буду ждать.

Фиона тихонько положила трубку, словно от этого зависела жизнь Кита, и поняла, что до смерти напугана. Она бросилась в ванную, и очень вовремя, потому что съеденные макароны с томатным соусом и выпитое вино взбунтовались внутри нее и еще долго бунтовали после того, как от них и следа не осталось в ее желудке. Ее била дрожь, на лбу выступил холодный пот, дышала она с трудом.

Вспомнив о звонке Сары Дюваль, она заставила себя встать и почистить зубы. Почему Дюваль не звонит? Фиона пригладила волосы и посмотрела на себя в зеркало. Глаза испуганные, лицо как будто осунулось.

– Выглядишь ты, Фиона, отвратительно, – сказала она своему отражению. – Берите-ка себя в руки, доктор Кэмерон.

Зазвонил телефон, и Фиона одним прыжком одолела расстояние до него.

– Фиона Кэмерон. Алло!

– Боюсь, возникло затруднение, – послышался неуверенный голос Дюваль.

«Господи боже мой, нет!»– мысленно вскричала Фиона.

– В чем дело? – выдавила она из себя.

– Мистера Мартина не было дома, когда приехал мой офицер.

Фиона застонала.

– Что-то случилось!

– Не думаю, доктор Кэмерон, что нужно сразу делать далеко идущие выводы. Мой офицер сказал, что опоздал на час. Может быть, мистеру Мартину надоело его ждать? Насколько я поняла из слов мужа Джорджии Лестер, несколько писателей хотели сегодня собраться вместе и устроить что-то вроде поминок. Может быть, мистер Мартин с ними? Послушайте, признание Редфорда проверено по всем пунктам. Сомнение вызывает лишь один фактор. Он словно играет во время допросов, устраивает нечто вроде битвы умов. Вполне возможно, что он намеренно уводит нас в сторону, ему не с руки открывать нам что-то конкретное. Убеждена, он думает о суде. – В голосе Дюваль звучала уверенность. – Мистер Мартин скоро объявится. Постарайтесь успокоиться.

– Легко сказать…

– Я по-прежнему думаю, что мы арестовали убийцу.

– Понимаю. Вы слишком много вложили в это дело.

– Если мистер Мартин не свяжется с вами до утра, позвоните мне.

– Позвоню. – Фиона бросила трубку. У нее дрожали руки. – Боже мой, только не он.

Она принялась мерить шагами комнату. Шесть шагов, поворот, шесть шагов, поворот, как тигрица в клетке. Уверенный голос Дюваль не успокоил ее. Она знала, что Кит обязательно позвонил бы, уж ему-то известно, как она сходит с ума от страха.