Чтение онлайн

— На этом все? Насколько мне известно, ты будешь вспоминать понемногу. То, что необходимо в данный момент, или по цепочке ассоциаций. Больше ничего не пришло в голову?

— Мое имя Хельдин, оно звучит еще и как «Хаэлд». Но второй вариант, кажется, нельзя даже вслух не произносить… а я только что это и сделала.

— Второе имя тайное, и я никому его не передам. Но на будущее — да, никому его не открывай.

Я подождала пару минут, но внезапные озарения кончились.

Вздохнула, наклонилась и подняла пояс с оружием. Встала и вдела его в петли, для чего с одной стороны пришлось отстегнуть кинжал. Подумав, я решила оставить трость в комнате. Тяжелая палка с заостренным концом и массивной рукояткой, конечно, вселяла оптимизм, но в данный момент вряд ли пригодится.

Правда, оставляя это оружие, я не могла лишить себя остального. То ли жадность, то ли привычка. Меч в руках я держала еще неуверенно, однако его вес уже придавал уверенности.

Вынула его из ножен, поднесла к лицу, чтобы лучше рассмотреть лезвие. Вытянувшись по долу телами и раскрыв крылья, на нем застыли силуэты трех птиц. Под углом они были белыми, при другом наклоне выцвели почти до прозрачности. Кажется, это что-то значило. Какие-то три качества? Три заповеди?

— Тяжеловато — пробормотала я.

— Ничего не вспомнила?

— Нет. Похоже, пока с меня хватит.

Я обернулась к сумке, которая лежала на стуле у входа, и рискнула сделать к ней пару шагов. Ломота уже отпустила, но движения все равно давались с трудом.

— А что это со мной? Все тело крутит, как… как после отравления!

От ястреба донесся щелчок клювом.

— А ты думала, перерождаться легко?

В сумке обнаружился набор метательных ножей в чехлах, полировочная мазь для лезвий, связки сушеных трав в мешочке и пара пузырьков с подозрительным мутным содержимым. В одном даже какие-то червяки плавали. Варила я это, наверное, для заклятого врага.

Обнаружив походное одеяло и посуду — маленький котелок, пару чашек и ложку с вилкой — я вздохнула. Даже не обращаясь к памяти, точно могу сказать, что не люблю готовку в полевых условиях.

В куртке, что валялась под сумкой, нашла кошелек. Десять серебряных монет, шесть медных и ни одного золотого. Видать, не очень у меня шли дела в последнее время перед… мда. Смертью.

— Называй уходом, сейчас же все ладно. — Посоветовал дух. Я молча кивнула. Да, так легче. Уход и все.

Захватив деньги, нашла ключ под подушкой и закрыла комнату. Еще и проверила, подергав за ручку. Дверь казалась хлипкой, замок тоже не внушал доверия, и очень хотелось поставить дополнительную защиту. Хотя бы капкан у входа.

— Успокойся. Таверну держит человек ордена, и в комнату никто не влезет за пару часов отсутствия. — Досадливо посоветовал голос. Я поджала губы, но решила послушаться.

И аккуратным, бесшумным шагом пошла по коридору. Не знаю, то ли пострадали не все навыки, приобретенные «на службе», то ли по-другому в этой обуви ходить попросту невозможно.

Длинный, темный, и вообще подозрительный коридор привел к подобию внутреннего балкона. В общий зал с обеих сторон спускались две узкие лестницы. Я здесь была, или это стандартное построение? В любом случае, выглядит знакомо.

Пересекая зал по направлению к стойке, я ловила на себе любопытные взгляды. Одной из разносчиц, такой же рыжей, я с ходу не понравилась. Ее тяжелый взгляд давил в спину, когда я подошла к трактирщику.

— Хозяин таверны где?

— Уехал с утра. На минуты разминулись. — Устало ответил худенький юноша, елозивший тряпкой по поверхностям. Больше имитируя труд, нежели действительно наводя порядок.

— Надолго?

— У него закупки. И с теткой чего-то. Тут он поднял глаза и увидел мой локоть, на который я оперлась.

— А. Вам он передать просил, что вещи отданы, сообщений для вас нет. Денег сейчас мало, помощи больше оказать не сможет. О чем сожалеет. Зато столоваться здесь можете бесплатно, пока гостите.

Прекрасно! Очень вовремя этот «человек ордена» смылся, прямо по закону подлости. И что за вещи? В моей сумке? То есть, это он мне ее отдал. Когда!? Вроде бы проблемы с памятью распространяются только на прошлую жизнь, а не на эту! Или нет?..

Я мрачно постукивала пальцами по стойке, и он занервничал.

— Так вы это, обедать изволите? Вот идите, садитесь за стол свободный, сейчас к вам Глада подоспеет. Ладка!! — Крикнул он в сторону кухни. — А ну быстро подь сюда, обслужи госпожу по высшему разряду! Бесплатно, так господин Гарак передал. И пива принеси заодно, у меня кончилось!!

К его облегчению, я таки отошла от стойки. И что во мне страшного? Я вообще-то добрая. Милая и вежливая.

Усевшись, я чинно сложила руки на коленях и дождалась явления в зале той самой разносчицы. Сестра по цвету шевелюры, встав на входе, метнула в меня взгляд, далекий от радостного. Передала бочонок с пивом и поплыла в мою сторону, медленно покачивая бедрами. Чтобы искривить губы в усмешке и пройти мимо.

Я замурлыкала себе под нос какую-то мелодию, пока она ме-е-едленно принимала пожелания посетителей. Наконец, их сомнения по поводу сорта и цвета пива (будто его тут не наливают из одного и того же бочонка) утихли. Я вытянула руку и помахала, привлекая ее внимание.

— Подождешь, подстилочка. — Еле слышно бросила девушка и снова прокурсировала мимо так стремительно, что меня обдало сквозняком. И обойдя еще пару столов со скучающим вопросом «Не надо ли чего?» ушла на кухню, гордо выпрямив спину.

Я опустила глаза на руки. Я добрая, я добрая… чего это мне кулаки сжимать?

Сбросив куртку с плеч, я встала и направилась следом за ней. За соседним столом быстро загомонили, указывая пальцем на мою татуировку, но это было неинтересно. Мне очень захотелось отыграться на ком-то.

А ведьма, которую ухитрились довести — это что-то. Все рабочие на кухне поняли это, когда дверь рухнула на пол (ногой выбила, петли все равно пора было менять), а в воздухе потемнело, словно на солнце набежали плотные тучи. Встав на дверь, я уткнула руки в бока и обвела кухню суровым взглядом. Посудомойка спряталась за стол, повар, дегустирующий жаркое, едва не подавился ложкой. Та самая разносчица побелела, как лист бумаги. Все глаза уставились на грозную меня.

— Та-ак! — От моего грозного рявка зазвенели стаканы. — Кормить, значит, меня никто не собирается? Очень зря, когда голодная, я впадаю в бешенство!

В подтверждение я с размаху шваркнула в пол комком пламени, и дверь прогорела насквозь вместе с полом. В пальцах уже плясал следующий огневик.

Повар, откашлявшись, тут же заюлил, пообещал, что сейчас же все будет в лучшем виде, не соизволит ли госпожа охотница присесть за стол, любой на выбор, и что сейчас же он сделает все возможное, чтобы я сохранила об этом месте самое лучшее впечатление. Только не надо делать еще одну дверь в стене, ее и так недавно починили.