Чтение онлайн

Некоторые ружья старались максимально облегчить по весу, чтобы их могли использовать мальчики или женщины, тогда их вес достигал 6 фунтов. Стволы ружей с колесцовыми замками доходили в длину до 48 дюймов, а калибр не превышал 0,75 дюйма. В Музее искусств в Вене хранятся два очень легких ружья с колесцовыми замками, их калибр составляет примерно 0,22 дюйма.

На протяжении первой четверти XVII в. в Силезии и Богемии изобрели еще более легкие ружья с колесцовыми замками, известные под названием «шанке». Их предназначали для охоты на дичь, прятавшуюся на земле или деревьях (фото 88). Примечательные своими скошенными прикладами и колесцовыми замками с наружными спусковыми пружинами, они имели калибры обычно не превышающие 0,3 дюйма. По весу они варьировались от 4 до 8 фунтов.

В течение XVII в. усовершенствовалась конструкция гладкоствольных ружей с колесцовыми замками, но наряду с этим проводились эксперименты с зарядами с казенной частью. Интересное усовершенствование, которое удалось встретить только в ружьях, относится к дополнительному нарезному стволу, который можно было ввинтить в основной ствол, таким образом заставив охотника сделать выбор между разными по калибру пулями. Хранящееся в Оружейной палате Московского Кремля оружие с такой арматурой подписано «Каспар Зоммерфельд в Бреслау, 1668». Более ранние экземпляры изготовлены Зигмундом и Корнелиусом Клеттами из Зальцбурга. По крайней мере два из них подписаны «Зигмунд Клетт, изобретатель, 1652». Одно находится в Виндзорском замке, другое – в Венском музее искусств.

Появление кремневого замка французского типа уже в начале XVII в. не оказало на конструкцию нарезных ружей такого влияния, как на конструкцию гладкоствольных. Очевидно, что французские оружейники практически не интересовались нарезными ружьями. Так, испанский специалист Алонсо Мартинес де Эспинар считает колесцовый замок лучшим и так пишет о нарезном оружии: «Существуют и другие ружья с внутренними спиральными нарезами на пол-оборота, один или полтора оборота по длине ствола в соответствии со вкусом мастера. Некоторые нарезы просто замечательные, одни расположены близко, другие порознь друг от друга, они шире и глубже. Последние лучше, однако повторим, что количество зависит исключительно от пристрастий оружейника.

В лучших ружьях делаются семь или девять нарезов в стволе, из которого стреляют зарядом весом от трех с половиной до пяти драхм. Такого количества оказывается вполне достаточно, чтобы убить птицу с помощью пули, однако при заряжании приходится прикладывать большую силу.

Следовало изготовить несколько шариков из войлока с отверстием, приспособленным к отверстию ствола, просмолив греческой смолой, воском и салом. Когда все это расплавится, обмакивают шарики и после того, как они пропитаются смолой, оставляют охлаждаться, постепенно они становятся жесткими и маслянистыми на ощупь. Такие снаряды необычайно удобны для ружей с насечками, потому что способствуют прохождению пуль, когда их двигают шомполом к заряду.

Рис. 108. Конный стрелок. Из книги Г. де Тапиа и Сальедо «Упражнения и забавы» (1643)

При выстреле шарики уносят с собой весь нагар от пороха, оставляя ствол чистым и смазанным смолой. Иначе ружье приходилось чистить после каждых двух выстрелов из-за грязи, оставляемой порохом, тогда как с шариками этого можно избежать и сделать не менее дюжины выстрелов. Поскольку они входят в ствол под давлением, то препятствуют прорыву газов, в результате увеличиваются дальность стрельбы и скорость полета пули».

Другие европейские оружейники продолжали изготавливать традиционные ружья с колесцовым замком и коротким прикладом, который прижимали к щеке во время выстрела. Во второй половине XVIII столетия большую популярность приобретают ружья с кремневым замком и нормальным прикладом с большой скобой на спусковом крючке, иногда со специальной выделкой для пальцев.

Отмеченные нами новации проводились исключительно ради усиленного использования спусковых крючков двойного действия, как для кремневых, так и для колесцовых ружей. Впервые столь деликатный спусковой механизм появляется в арбалетах в начале XVI в. Он позволяет предположить, что стволы изготавливались достаточно точно. Подтверждением сказанному становится тот факт, что ряд ружей снабжались оптическими прицелами (в понятиях того времени).

Сохранились всего несколько подобных прицельных приспособлений. Некоторые австрийские императоры страдали плохим зрением, в Музее истории искусства в Вене сохранился комплект ружей с колесцовыми замками, изготовленных Джозефом Хамерлемом из Вены (1725-1738), отдельные экземпляры из которого снабжены прицелами с линзами.

В Розенборгском замке в Копенгагене хранится ружье с колесцовым замком, принадлежавшее Фридриху III (1609- 1670). За шейкой приклада на нем установлен комплект из позолоченных линз (оптически рассчитанных на +0,75), они и действовали как прицел. Снаружи большинство стволов XVII в. имели восьмиугольную форму. Возможно, она определялась числом нарезов в канале.

Чаще всего использовали число восемь. Правда, следует говорить об огромном разнообразии нарезов как по количеству, так и по форме. Отметим, что в сечении нарезы могли быть квадратными, вогнутыми, заостренными, глубокими или мелкими. Трудно сказать, насколько широко использовались такие ружья с применением при стрельбе черного пороха.

В то время оружейники еще не могли точно устанавливать прицел на определенное расстояние, как это делали позже. В Германии, Австрии и Чехии, где в XVI и XVII вв. проводились ставшие весьма популярными стрелковые состязания, построили полигоны, чтобы можно было стрелять на расстояние от 125 до 200 шагов. Вероятно, большинство охотников вполне справлялись с этими дистанциями.

К XVII в. состоятельным охотникам уже не надо было заранее заботиться о загоне разнообразной дичи под ружья, как это было принято раньше. На обширных территориях усадеб в Центральной Европе были специально отведенные земли, откуда можно было сгонять и, наконец, пропускать перед охотничьими укрытиями стада разнообразных животных. При этом стрелки располагались с удобствами на специально выстроенных трибунах.

Так начался культ больших охот. Двумя самыми известными охотниками, а фактически фанатичными убийцами дичи считались эрцгерцоги Саксонии Иоганн-Георг I (1611- 1656) и Иоганн-Георг II (1656-1680). Приведем записи, свидетельствующие об их охотничьих достижениях:

В литературе XVII в. практически не встречаются свидетельства о том, что думали оружейники и спортсмены о нарезном оружии, в частности о величине и форме пуль, типах нарезов и степени их кривизны. Похоже, что скорее стремились разузнать об особенностях оружия соседа и о подходящем заряде. Если перемены касались разновидности оружейного замка, то в устройстве нарезного ствола варианты практически не встречаются.

Вплоть до XVIII в. в Германии продолжали делать ружья с колесцовыми замками в старом стиле. У художника Ридингера встречаются изображения охотников, вооруженных колесцовыми или кремневыми ружьями, иногда в одной и той же сцене встречаются те и другие, скажем, как на картине «Стойка на оленя». В книге Х.Ф. фон Флеминга «Немецкая охота» 1719 г. приведены изображения трех ружей с колесцовыми замками: заслонное, крупнокалиберное для охоты на кабана и длинное ружье с прямыми нарезами, которое можно было использовать как для пули, так и для дроби.