Чтение онлайн

Старая методика китобойного промысла с небольших лодок была хороша для того, чтобы охотиться на небольших китов. Киты большого размера – кашалоты, гренландские, белые – всплывали на поверхность после того, как их убивали. Самые быстрые и сильные киты из перечисленных выше оказывались слишком опасными для охоты, потому что тонули после того, как их убивали, и могли утянуть с собой китобойное судно или утащить его за собой в океан.

Пушки Фойна размещали на носу небольших паровых судов. Они стреляли гарпуном с длинными шарнирными усами, которые раскрывались, как зонтик, внутри кита и удерживались в нем наподобие якоря. Гарпун имел наконечник с литой железной оболочкой, наполненной порохом. В процессе раскрывания усиков разбивалась стеклянная бутылочка с серной кислотой, которая воспламеняла фитиль и взрывала заряд уже внутри животного.

Таким образом удавалось соединить в одном действии функции гарпуна и копья. Когда мертвый кит начинал тонуть, пароход оказывался достаточно мощным, чтобы удержать его вес. Тогда запускали компрессор и с его помощью закачивали воздух внутрь кита, так что он оставался на плаву, и можно было дальше производить все необходимые действия. С этого времени начинается пора технических новаций, изготовления больших по водоизмещению и лучших по мореходным качествам кораблей и оптимальных ружей.

До того как гарпун утвердил свое превосходство, предпринимались попытки применить для китобойного промысла реактивные снаряды. В британской армии и военно-морских силах их успешно применили в бомбардировке Копенгагена в 1801 г. В октябре 1821 г. в «Журнале джентльмена» сообщалось о благополучном возвращении китобойного корабля «Слава» из Гулля с девятью китами, причем все были убиты военными ракетами.

Особое значение в заметке придавалось тому факту, что один из китов достигал длины в 100 футов, и такое животное нельзя было убить с помощью обыкновенных средств. Указывалось также, что значение ракеты заключается в том, что «все разрушительные усилия с помощью 6- или даже 12-фунтовых орудий в той части, что связана с проникновением, взрывной силой и внутренним взрывом, приводящим к смерти животного, могут быть заменены аппаратом не тяжелее, чем мушкет, причем не вызывая никакого повреждения для корабля».

Бесспорно, с помощью ракет китов не только убивали, но и сильно разрушали их туши. Это и стало причиной отказа китобоев от их использования. Вот почему в «Списке китобойных и торговых судов» от 8 августа 1865 г. встречается объявление о патенте на орудийный гарпун, причем подчеркивается, что он действует с «соответствующими веревками и лодками» и что «все киты не повреждаются при охоте».

Завершая описание охоты на китов, мы не можем удержаться и не заметить, что только человек мог нападать на них, используя такие разнообразные и грубые орудия.

Если не учитывать небольшой вес и портативность, одной из существенных характеристик пистолетов являлась возможность произвести мгновенный выстрел. В то время как ружья зажигались с помощью фитиля, который держали в руке или помещали в замок, в пистолете это было невозможно. Поэтому и неизвестны европейские фитильные пистолеты.

Однако после изобретения колесцового замка, примерно в 1500 г., началось усовершенствование пистолетов, занявшее много времени. Прежде всего использовали их небольшой размер, позволявший «тайно под одеждой» носить заряженное оружие, что вначале даже привело к негласному запрету на малогабаритные колесцовые механизмы. В 1517 г. император Максимилиан I запретил использовать «самоударные ручные ружья» в Нижней Австрии. Такое указание распространилось на всю территорию империи уже в 1518 г. Согласно изданному в 1532 г. герцогскому вердикту запрещалось использование ружей, которые «были настолько маленькими, что их можно пронести под одеждой, так что никто их и не заметит».

Похожее состояние дел наблюдалось в Англии и Шотландии. В 1541 г. актом Генриха VIII подтверждались предыдущие ограничения, а также формировалась основа последующих законов, связанных с легким огнестрельным оружием, включая и те, что собирались создавать. В нем выступали против использования «небольших коротких ручных ружей и небольших аркебуз». Как отмечается, они являлись оружием, с помощью которого «злобные и злонамеренно настроенные личности… совершают преднамеренные и бесчестные поступки, противозаконные и ведущие к совершению отвратительных и постыдных убийств, ограблений, уголовных преступлений, нарушений общественной тишины и порядка и погромов».

В последующих прокламациях, принятых в Англии в 1579 г. и в Шотландии в 1598 г., содержались запрещения, направленные против изготовления или починки «ручных кинжалов», «больших пистолетов, дагов, иначе называемых просто пистолями» и «пистолетов». В конце 1613 г. в английской прокламации предписывалось, что следует пользоваться только ружьями с длиной ствола не менее чем в 12 дюймов. Очевидно, что вначале власти рассматривали пистолет скорее как оружие разбойников, и никак иначе.

Самые ранние из сохранившихся пистолетов из личного арсенала императора Карла V находятся сегодня в Королевском арсенале в Мадриде. Первое по времени появление пистолетов датируется 1534 г., другие – примерно 1540 г. Несмотря на все ограничения, с середины XVI в. начало быстро развиваться производство пистолетов в разных странах. В те дни они редко составляли менее 18 см в длину, использовавшееся в Испании понятие для их обозначения «небольшие седельные аркебузы» указывает на их предназначение.

Впрочем, военные деятели быстро осознали возможности нового личного оружия и начали вооружать пистолетами кавалерию. В моду вошла новая тактика боя, известная под названием караколь: выстроившаяся в линию кавалерия с близкого расстояния стреляла в скопление пеших неприятельских пикинеров, выпустив все пули, она разворачивалась и отступала, позволяя следующей линии повторить маневр.

Не нужно обладать богатым воображением, чтобы догадаться заменить одного противника другим, и вскоре конные охотники, которые до этого преследовали дичь с помощью сабли, копья и арбалета, начали гоняться за ней, вооружившись пистолетами. Этому способствовали бумажные патроны с зарядами пороха и пулями, которые переносили в небольшой сумке или коробке, закрепленной на поясном ремне. Так что оказывалось возможным, находясь на спине лошади, легко перезарядить пистолеты, заряжавшиеся с дульной части.

Основным неудобством, затруднявшим более широкое использование пистолетов, в XVII в. оставался их вес. Сам по себе колесцовый механизм оказывался слишком большим, сложным и тяжелым, вместе с большим стволом и неуклюжим прикладом он не позволял охотнику быстро перемещаться, держа в руке пистолет, весивший примерно 4 фунта.

Рис. 124. Охота на оленя с пистолетом. Гравированная пластинка, прикрепленная к прикладу ружья с колесцовым замком. Коллекция автора

Одно из первых изображений охотника, использующего пистолет, встречается на декоративном диске на покрытой серебром коробке для письменных принадлежностей, выполненной Гансом и Элиасом Ленкерами в Нюрнберге примерно в 1585 г., сегодня она хранится в Сокровищнице в Мюнхене. На ней изображен человек, стоящий за деревом и стреляющий из пистолета в какое-то крупное животное.

К первой четверти XVII в. пистолет с колесцовым замком значительно изменился, и сам замок, и ствол были значительно уменьшены по величине, широкий старомодный ствол заменили более изящной конструкцией. В середине века неуклюжий кремневый замок точно так же превратили в аккуратный компактный механизм, так что удалось создать седельный пистолет, весивший всего 2 фунта.

В течение первой половины XVII в. и большую часть XVIII в. на охотничьих картинах часто изображаются охотники, стрелявшие в оленей, волков, медведей. Такие сцены становились излюбленным сюжетом гравировок на затворных пластинках ружей (рис. 124). Так, на рисунке неизвестного мастера примерно 1740 г., хранящегося в Немецком музее охоты в Мюнхене, изображены мужчины со сворой гончих, преследующие самца молодого оленя. Изображен охотник, стреляющий с близкого расстояния из относительно небольшого пистолета с кремневым замком.