Чтение онлайн

— Да уж, — согласилась Кондрашова, которая, несмотря на то что была тренером по шейпингу и, следовательно, почти спортсменкой, очень любила прикладываться к бутылке. — И все-таки я не понимаю, зачем же вы меня в это впутываете?

— Оля, не бойся, все будет хорошо, если будешь меня слушаться. Если же нет, то пеняй на себя. — В Гусельском снова проснулся жесткий руководитель, слово которого для подчиненных является законом.

Когда наконец они добрались до квартиры Кондрашовой, Гусельский потребовал включить расслабляющую музыку и сделать ему массаж. Кондрашова со своей стороны проверила замки на двери.

Он хотел чего-то брутального — слишком много накопилось в нем негатива. Начиная с поведения собственной жены и кончая криминалом, в который он вляпался отнюдь не по собственной воле. Он хотел буквально безумствовать в ночи… Но желания желаниями, а состояние — состоянием. К тому же возраст… И хотя он с недавнего времени начал пользоваться «Йохимбе», в настоящий момент это мало помогало.

Он почувствовал в себе какие-то зажимы. То ли Ольга вела себя слишком холодно и отстраненно, то ли нервы действовали не лучшим образом на его мужские способности.

Гусельский где-то час потратил на валяние на диване и просмотр последних известий вперемежку с потягиванием из бокала мартини. И лишь только, когда Ольга начала откровенно позевывать, намекая на то, что пора бы уже и отправляться ко сну, он решился.

Но все как-то не ладилось… Он не чувствовал со стороны Ольги практически никакой отдачи. Он подозревал, что причиной тому был отказ ее по телефону какому-то незнакомому ему мужчине. По всей видимости, именно с ним у нее была назначена на сегодня встреча.

Однако, с другой стороны, Гусельский знал, что его любимица настроена по отношению к мужчинам явно меркантильно и наверняка встречается с тем, другим, не по причине своей большой любви, а из-за наличия у последнего толстого кошелька. И чем он хуже других? У него тоже кошелек отнюдь не тонок…

В самый разгар сексуальных игр погребальным колоколом прозвучал дверной звонок. У Ольги он был очень резким, и Гусельский, уже успевший отправиться в путешествие в мир телесных наслаждений, вздрогнул.

— Не открывай, — прошептал он, чувствуя, как внутри все похолодело.

— Милиция! — неожиданно послышался голос из-за двери. — Откройте!

Голос был достаточно суров и очень похож на стандартные голоса милиционеров из советских фильмов.

Кондрашова вздохнула, с упреком посмотрела на Гусельского, запахнулась в халат и пошла открывать дверь. Аркадий Иванович же принялся лихорадочно искать свои штаны.

— Ну ни фига себе! — удивленно вытаращила глаза Фишер, когда Лариса буквально протаранила ее и бросилась в коридор.

За несколько секунд до этого ее отпихнул тот самый толстый и лысый, с которым она познакомилась в баре гостиницы.

— С ума все посходили! — продолжила Фишер, глядя на перегнувшегося буквой «Г» Неделина.

— С-сука! — только и смог сказать Володя.

Лариса всего этого уже не слышала, она бежала по коридору, пытаясь догнать сбежавшего с дипломатом Филиппова. Она надеялась на то, что его комплекция не позволит ему передвигаться слишком быстро.

Но не тут-то было. Лариса сбежала по лестнице на первый этаж, куда по идее должен был броситься лысый. Здесь был довольно большой холл, и она по крайней мере могла бы увидеть его спину около входной двери. Но Филиппов как сквозь землю провалился.

Лариса рванулась к охраннику, который невозмутимо стоял на своем посту у стены холла.

— Видели, толстый такой и лысый пробегал?

Охранник, подозрительно посмотрев на Ларису и секунду подумав, ответил, качая головой:

— Нет.

— Ч-черт! — выругалась Лариса и побежала к выходу.

Оказавшись на улице, она заметалась по сторонам. Лысого не было нигде — ни справа, ни слева. Подождав где-то с минуту и поняв, что упустила его, она снова вошла в здание гостиницы.

Когда она поднялась в номер, то увидела умилительную сцену. Владимир Неделин, слегка оправившись от удара в самую чувствительную часть тела, пребывал под материнской опекой Галины Владимировны Фишер. Он лежал на диване, держась руками за низ живота, а голова его покоилась на массивных коленях Фишер. Она руками гладила ему волосы и приговаривала:

— Ничего, малыш, ничего… Все будет хорошо…

— Может быть, — прокомментировала Лариса. — Вот только непонятно когда…

Она посмотрела на Неделина. Решение о следующем ходе в ее приключениях на сегодня она уже приняла. Оставалось только привести в порядок своего спутника и убедить его в том, что это надо сделать.

— Галя, извини, что так вышло, — начала она и, видя, что Фишер собирается вставить какую-то тираду, сделала предупредительный жест рукой. — Сейчас мне некогда тебе все объяснять. Заеду как-нибудь и все расскажу. А сейчас оставь нас одних на несколько минут. Мы закроем номер и принесем тебе ключ.

Лариса говорила все это непререкаемым и безапелляционным тоном. Фишер открыла рот и уже собиралась что-то возразить, но Лариса снова ее опередила:

— И даже не думай об этом!

— Ладно, все поняла. — Фишер встала и, аккуратно приземлив голову Неделина на диван, удалилась в направлении выхода из номера.

Когда дверь за ней закрылась, Лариса присела к Владимиру:

— Тебе уже лучше?

— Как сказать… — Неделин удрученно покачал головой.

— Тем не менее слушай меня. Мы с тобой упустили Филиппова, но есть еще одна фигура в этом деле, которая, по всей видимости, принимала участие в событиях.

— Кто же это?

— Аркадий Иванович Гусельский, администратор Федерации шейпинга и по совместительству один из элитных сутенеров города. Именно он поставил девочек, в том числе и твою Алину, на обслуживание для Курехина и Филиппова в тот вечер в отеле.

Неделин приподнялся на диване.

— Стоп, стоп! — Лариса повысила голос. — Я понимаю, что все это тебе слышать крайне неприятно, но это факт, не подлежащий опровержению. Алина, так же как и остальные девушки конторы Гусельского, была одной из дорогих проституток для очень обеспеченных в городе людей.

— Господи боже мой! — Владимир закрыл лицо руками.

— Сейчас мы едем к Гусельскому и выясняем у него все, что он знает про лысого. Потому что у Курехина спросить мы уже все равно не можем — не сегодня-завтра его грешное тело будет предано матушке-земле… Ты в состоянии передвигаться?

— Да, — прокряхтел Неделин и сел на диване.

— В таком случае не будем терять времени. Может быть, он еще на рабочем месте…

…Они чуть было не перехватили Гусельского прямо на работе. Однако он ненамного опередил их. Они подъехали к Федерации шейпинга в тот самый момент, когда от нее отъезжал «Опель-Кадет», за рулем которого сидела какая-то дама. Рядом с ней сидел Гусельский.