Охотницы за мужьями
Шрифт:
— Я только старалась обрисовать вам ситуацию и дать понять, насколько это для нас важно, — сказала Андрина.
— Для нас? — переспросил он. — По-моему, вы впервые упоминаете, что вся эта грандиозная затея каким-то образом касается и вас. До этого я думал, что вы печетесь только о своих сестрах.
— И вы были правы. Но… ведь я тоже должна быть здесь, чтобы позаботиться о них и посмотреть, как все складывается… И может, как-то их направить…
С каждым произнесенным словом речь Андрины становилась все более сбивчивой.
— Они ведь… они такие разные… и трудно предвидеть… Но если они обойдутся без меня, то, конечно, мне нет смысла дольше оставаться в Лондоне.
— Какое редкое самопожертвование, мисс Мелдон! Я просто вами восхищаюсь!
Эти слова герцог произнес таким тоном, что Андрина догадалась, что он никоим образом не делает ей комплимент. В его голосе звучала явная издевка.
Но ей было все равно, лишь бы он помог ей.
— Вам надо понять, почему я так хотела увидеться с вашим отцом, — продолжала она умоляюще. — Мне казалось, что он почувствует, что должен… нет, что он раскается в том, что пренебрегал старым другом, который так любил его, и как-то очистит свою совесть… проявив доброту к его дочерям…
— Мой отец никогда не выполнял никаких обязательств и нарушал все клятвы, которые с легкостью давал. И я мало чем от него отличаюсь. И если ваш отец выпал из карусели, то винить он должен в этом только самого себя.
После такого откровенного оскорбления Андрине нечего было сказать.
Наступило гнетущее молчание. Герцог не собирался его нарушать. Пришлось это сделать Андрине:
— Значит, вы… не склонны выполнить мою просьбу?
— Разумеется, нет, — ответил герцог. — Я холостяк, мисс Мелдон, и, конечно, не та личность, которая может сопровождать трех дебютанток, как бы ни были они очаровательны.
— Но есть одна тема, которую я не затронула…
— Какую же? — иронически поинтересовался герцог.
— Существует какая-то родственная связь между вашим отцом и моим… Я думаю, что ваша прапрапрабабушка… Мой отец иногда называл герцога своим кузеном.
— Боже мой! Сколько же у него разбросано по свету кузенов! Назовите имя этого родственника.
Несмотря на явно насмешливый тон герцога, Андрина решилась:
— Бенти…
Герцог наморщил лоб.
— Да-да, что-то подобное я припоминаю. Это имя как-то появлялось на нашем генеалогическом дереве.
— Значит, вы признаете, что мы не совсем чужие вам?
Она чувствовала, что это, разумеется, бесплодные попытки проникнуть в его сердце, но что делать, если ее план рушится, как карточный домик.
Андрина с робостью взглянула в лицо герцога. Выражение его лица не менялось, он походил на мраморную статую.
Она протянула руку и забрала у него футляр с драгоценным ожерельем, на которое возлагала все свои надежды.
— Ну и куда вы теперь отправитесь, мисс Мелдон? — осведомился герцог.
— Домой, куда же еще.
— В этот поздний час? — не без цинизма спросил хозяин дома. — Моя милая девушка, вы не можете бродить по Лондону в одиночестве в столь позднее время. Это опасно…
— Ваша светлость не должны об этом беспокоиться. Я как-нибудь позабочусь о себе.
— Неужели так, как прошлым вечером? — намекнул он.
Горячая волна ненависти вновь нахлынула на нее.
— Вы не имеете право упрекать меня за мое поведение!
— Почему же? Вы путешествовали одна, без подобающей спутницы и даже без горничной. И к тому же сказали мне, что намереваетесь в Лондоне подыскать себе подходящего мужчину…
— Я не знала, что вы, ваша светлость, так превратно истолкуете мои слова.
На ясные глаза Андрины надвинулась черная грозовая туча.
— Как вы посмели подумать… Вы — развратный негодяй!
— А что бы вы подумали на моем месте?
— Все-таки вы должны были почувствовать… Неужели я выгляжу такой… женщиной?
— Моя бедная невинность! — Он в молитвенной позе воздел руки к потолку, явно забавляясь происходящим. — Хорошенькая девушка, которая не хочет попасть в беду, никогда не отправится в путешествие в одиночестве. И никогда — вы слышите меня, моя юная леди, — никогда не примет приглашение отужинать с незнакомым джентльменом!
Та жестокая правдивость, которая ощущалась в его тоне, заставила Андрину покраснеть от стыда. Щеки ее пылали.
Чтобы скрыть это, она, полностью униженная, повернулась и шагнула к выходу.
— Нет-нет, я не позволю вам уйти, пока вы не скажете мне, где намерены провести эту ночь. Вы прежде уже бывали в Лондоне или приехали первый раз?
Андрина могла бы соврать, но она сказала правду.
— Да.
Больше всего ей хотелось убежать отсюда, скрыться в какой-нибудь уголок, но почему-то она чувствовала, что она не сделает ни шагу, пока герцог не разрешит ей удалиться.
— Из всех безумных, фантастических идей ваша самая невероятная, — обрушился на нее герцог. — Как вы могли быть такой наивной, чтобы придумать всю эту дурацкую историю.
— Я думала… что ваш отец… согласится помочь мне… — У Андрины сердце ушло куда-то в пятки от его грозного тона. — Я совсем не собиралась поселиться в его доме… Я думала, что мы сможем арендовать… какое-нибудь приличное жилье, а он раздобудет нам покровительницу…
— Вся ваша идея — это полное сумасшествие от начала и до конца! — возмущенно воскликнул герцог. — Вам еще, ко всему прочему, нужна покровительница? Боже мой! Неужели вы подумали, что мой отец знаком с подобными благопристойными дамами? И где я, черт побери, найду вам покровительницу среди ночи?
— Тогда я вынуждена буду… устроиться в отеле…
— А какой более-менее приличный отель примет одинокую девицу? — издевательски спросил герцог.
— Но где-нибудь такой, наверное, существует… — в полной растерянности начала было Андрина.
И тут же она ощутила страх. Лондон был так огромен, и она слышала, живя у себя в провинции, столько рассказов о преступлениях в столице, о девушках, перенесших надругательства или проданных в публичные дома.
Она как-то даже не принимала в расчет, что может столкнуться с подобными преступниками.
Какой же Андрина казалась маленькой, юной и достойной жалости, когда она стояла возле двери, готовая покинуть особняк герцога и отправиться в путешествие в неизвестность.
Ее глаза излучали и отчаянное горе, и решимость не дать унижать свое достоинство.
Герцог молча смотрел на нее. Во взгляде его было то же чувство, что Андрина испытывала к нему. Они оба не понравились друг другу.
Она была уверена, что миссия ее окончена и ей остается только одно — выйти из этого дома и раствориться в темноте.