Чтение онлайн

Эхо электрического разряда не покидает меня, пока я рисую символы. Готова поклясться, я до сих пор чувствую его под кожей, текущим по моим венам. Он обостряет мою память, и с каждым моментом она становится все сильнее.

Я продолжаю рисовать, лихорадочно, одержимо. Уголь выводит символы на бумаге, словно что-то большее, чем я, водит сейчас моей рукой. Она едва поспевает за темпом, который задает сознание.

Кто-то хватает меня за плечо, и я вздрагиваю. Уголь на бумаге размазывается.

— Спокойнее, — говорит Киаран. — Ты дрожишь.

— Я в порядке, — лгу ему я.

Лучи наступающего заката проникают в окно гостиной и косо падают на бумагу, на которой я делаю наброски. Мои пальцы почернели от угля, кисть свело, но я не могу остановиться. Уголек кажется таким грубым по сравнению с воспоминаниями о тонких линиях гравировки в металле, а я не слишком хороша в рисовании чего-то настолько сложного.

— А не может она активировать это проклятое устройство до середины зимы? — спрашивает Гэвин. — Полностью избежать битвы?

Гэвин пришел сюда под предлогом ленча и пьет чай, словно виски, — с тех самых пор, как я объяснила ему, что случится в середине зимы. Конечно, он и до того, благодаря своим видениям, имел об этом смутное представление, но до сих пор не сказал мне, насколько ясными стали являющиеся образы.

Он ерзает в кресле и выпрямляет скрещенные ноги, колено у него дергается. А чертова чашка снова пуста! Я пытаюсь игнорировать его и сосредоточиться на рисовании.

— Нет, — говорит Киаран. — Мы не можем.

— А ты не мог бы попытаться быть менее уклончивым?

— Если бы мы могли избежать битвы, Видящий, нас бы здесь сейчас не было, — поясняет Киаран. — И ты, полагаю, прятался бы где-нибудь в шалаше с остатками своих соплеменников.

— Если бы твои соплеменники не были такими…

— Джентльмены! — Похоже, моя голова сейчас взорвется. — Я не могу сосредоточиться из-за ваших пререканий. Хотя бы Деррик ведет себя как подобает. — Я оглядываюсь на пикси, который устроился на подоконнике. — И постарайся продолжать в том же духе.

— Я ничего не сказал!

— Но собирался. Не думай, что я не заметила, как ты все это время смотришь на Киарана.

Деррик бормочет что-то себе под нос и наконец говорит:

— Полагаю, я понял, почему он здесь. — Он кивком указывает на Киарана. — Но объясни мне, зачем в наше маленькое собрание по поводу конца света включен этот Видящий?

Я начинаю очередной завиток, часть нового символа, который тянется к южной части печати. И облегченно вздыхаю. Почти закончила.

— Гэвин здесь, — говорю я, — потому что он тоже в это втянут. Я могла бы погибнуть вчера, если бы он не помог.

На лице Деррика мелькает виноватое выражение.

— Ах! Айе.

— Благодарю, что отстаиваешь мою честь, — говорит Гэвин и ставит опустевшую чашку на стол. — Где твой дворецкий? У меня закончился чай.

— Бога ради, — говорю я, — ты не мог бы пить помедленнее, чтобы мне не приходилось доливать тебе его каждые пять минут?

— Мы на пороге апокалипсиса, — отвечает Гэвин. — И в мире не хватит чая, чтобы меня успокоить.

Я рисую последний символ, и электричество, покалывающее мои пальцы, исчезает. Тело перестает дрожать, и я делаю долгий выдох, роняя уголек, чтобы вытереть усталую руку платком.

— Закончено.

Киаран наклоняется, чтобы оценить мою работу. Его теплое плечо так близко, что стоит мне подвинуться всего на волосок, и мы соприкоснемся. Я вдыхаю его запах и просто не могу не податься ближе, преодолевая расстояние между нами и прикасаясь к нему боком. Он поворачивается, чтобы взглянуть на меня, и наши лица оказываются почти рядом. Все вокруг блекнет и размывается, когда я смотрю на его губы.

— Получилось неплохо? — шепчу я.

Голос Гэвина доносится словно издалека:

— А ну назад, фейри. Быстро!

«Черт побери!»

Я отстраняюсь от Киарана, внезапно осознав, что едва не сделала. Мои щеки заливает румянец, сердце ускоряется от смущения. Клянусь, я готова была поцеловать Киарана — перед Дерриком и Гэвином, не меньше. Да что со мной не так?

— В этот раз соглашусь с Видящим, — говорит Деррик. — Держи дистанцию, или я тебя укушу.

Киаран поднимает мой рисунок.

— Попробуй, и я оторву тебе крылья, а потом заставлю их сожрать.

Деррик шипит. Гэвин выглядит заинтересованным, словно задумался, возможно ли последнее в реальности.

— Ну что ж, — радостно говорю я, — мы прекрасно общаемся, правда? Рада видеть, что все вы сдерживаете взаимные порывы к насилию.

— Только не я, — говорит Гэвин. — Я пришел сюда ради чая.

— Не ради компании? — Я прижимаю руку к сердцу. — Я чувствую себя уязвленной. Мне казалось, что я тебе нравлюсь.

— Чаще да, чем нет.

Киаран кладет бумагу на стол между нами.

— Мы будем обсуждать это или вы предпочтете светскую болтовню?

Я смущенно моргаю.

— Прошу, продолжай.

— Часы и компас были добавлены к механизму iuchair. — Он указывает на символы в каждой из частей. — Эти должны отвечать на лунные события, в данном случае на затмение. Эти кардинальные точки удерживают силу нетронутой, куда бы ни поместили устройство. Пока работают часы, работает и механизм.

— Почему затмение? — спрашиваю я, подаваясь вперед.

— S`ithichean сильнее всего во время лунных событий, особенно затмений, — объясняет Киаран. — Символы на механизме служат каналами для их же силы, запирая их внутри. Но ни одна система не идеальна. С каждым затмением те, кто заперт, пытаются вырваться, и со временем печать истончается. — Он смотрит на меня. — Она не предполагалась как постоянная. Ее поставили лишь на время, пока мы не найдем более подходящего решения.