Чтение онлайн

"Вельх меня забери!
– Охотник нещадно шлепнул себя ладонью по лбу и замер на месте так, что шедший позади него сопровождающий едва не протаранил своим длинным носом его спину.
– Как же я про Шуршака-то мог забыть?! Бедняга, поди, весь извелся в тщетных ожиданиях друга?"

– Ты это чего, Глан?
– спросил недовольным голосом гном, потирая нос, ушибленный обо что-то твердое, хранящееся в рюкзаке юноши.

– А тебя, что строем не учили ходить?
– тут же парировал Глан.
– Как там по уставу полагается: соблюдай интервал, держи дистанцию.
– Затем улыбнулся по-доброму самой обезоруживающей улыбкой.
– Ладно, извини - про Шуршака вспомнил. Надо бы позвать парня. Поди, и не знает, что я уже выбрался из-под земли. Как бы под землю вслед за мной не отправился.

– Это ты про своего страховидла формика что ли?
– поинтересовался гном и, укоризненно покачав головой, добавил: - Дождешься, сожрет он когда-нибудь тебя, паря.

– Сам дурак, - усмехнулся беззлобно Охотник, - не знаешь Шурша - не мели ерунды и не порочь доброе имя моего кореша... Короче, погоди минутку - я его покличу.

Тут же, не сходя с дороги, Глан уселся в позе лотоса прямо на жесткий камень, зажмурил глаза и постарался абстрагироваться от внешних раздражающих факторов. Как только это у него получилось, он нарисовал перед внутренним взором образ муравья-переростка и мысленно позвал: "Шуршак! Шуршак!.." Так продолжалось минут пять, но формик все не желал откликаться на зов.

"Ладно, - подумал Глан, - если через минуту не отзовется, позже попытаюсь с ним связаться".

Едва он так подумал, как по всему телу прошла волна приятного тепла, а в голове сформировался новый мыслеобраз: вставший на четыре задние лапы и задравший две передние кверху муравей. Это означало, что его послание дошло до адресата, и формик находится в состоянии максимальной сосредоточенности.

"Еле до тебя докричался, Шур, ты где сейчас?" - спросил юноша.

"Привет, Глан, у входа в плохой (отвратительный, жуткий) муравейник".
– Тут же пришел ответ.

"Меня чувствуешь?"

"Да".

"В таком случае, лети сюда".

"Шуршак не трутень, Шуршак летать (порхать, витать) не умеет", - педантично констатировал формик.

"Экий ты у меня формалист, - к информативной составляющей посыла Глан добавил сопроводительный слоган-улыбку.
– Сам как начнешь рассуждать о высших материях - хоть из дома беги или уши затыкай".

В ответ юноша получил слоган-укор и пространную тираду по поводу того, что никакими ушами невозможно услышать мыслеречь формика, на то она и мыслеречь, чтобы ей внимать напрямую мозгами, а не органами слуха.

"Ладно, зануда, - еще шире заулыбался Глан, - хватай свою мудрую задницу в свои крепкие лапы и мухой ко мне!" - Опасаясь, что приятель вновь начнет свои нудные рассуждения по поводу вопиющей нелогичности человеческого рода - в общем, и его Глана - в частности, наш герой поспешил прервать связующую нить. Шуршак теперь точно знает, где его искать, и это главное.

– Ты чего это лыбился и хихикал, паря?
– поинтересовался сопровождавший юношу гном. За то время, пока тот пребывал в трансе, бородатый успел выкурить трубку, теперь тщательно вычищал ее щепочкой от не прогоревшего табака и пепла.

Вместо прямого ответа юноша задал встречный вопрос:

– Вот что бы ты делал, если бы Беор или еще какой начальник приказал тебе хватать ноги в руки и мчаться куда-нибудь по срочному делу?

– Как чего?
– неподдельно удивился гном.
– Схватил бы ноги в руки и помчался.

– Во-во, а теперь попробуй, объясни формику, как это: "хватать ноги в руки", "молоть языком", "любить глазами или ушами", "воспарить от счастья". Надеюсь, ты уразумел, что я имею в виду?

– Кажись, да, - понимающе закивал коротышка.
– Потому как нет у них ни языка, ни ушей, ни ног - только лапы, поэтому и счастья в жизни тоже нет.

Глан хоть и ничего не понял из глубокомысленной тирады провожатого, ступить на рискованную стезю полемической дискуссии не рискнул, ибо из собственного горького опыта знал, к чему зачастую приводят подобные диспуты с упертыми сынами подгорного народа.

Тем временем наша парочка достигла окраины гномьего поселения. По мере их продвижения вглубь навстречу стали попадаться местные жители. В основном это были представительницы прекрасной половины гномьего племени. Причем "прекрасной" без всякой ехидной подоплеки. Несмотря на уверения некоторых "знатоков" о том, что все гномихи поголовно усаты и бородаты, таковых Глан здесь никогда не видел.

Очутившись впервые в Харад Дуре и узрев своими глазами местных дам, Глан пришел в полнейший восторг, аж слюнки потекли по подбородку. В отличие от топорно сработанных мужиков, гномихи оказались вполне изящными созданиями с миловидными личиками. Мелковаты, конечно, но скроены вполне добротно. К тому же, наш герой предпочитал иметь дела определенного свойства с широкобедрыми грудастыми дамами. Только не подумайте, что запросы его были настолько ограниченными, что он игнорировал внимание стройных худышек. Нет, нет и еще раз нет. Он был не в том возрасте, чтобы в угоду своим эстетическим пристрастиям вот так запросто упустить возможность лишний раз перепихнуться только из-за того, что дама плоска и гремит костями. Это только лишь старики по причине хронического гормонального дефицита могут позволить себе капризничать, мол, эта страшна на лицо, а эта горбата. Юность свободна от подобных предрассудков, в противном случае, все горбатенькие и страшненькие так и остались бы девственницами. И все-таки, если возможность выбора имелась, Глан предпочитал делить постель с приятными на вид и на ощупь обладательницами солидных форм.

Стоит также развенчать глубоко укоренившийся в народе миф о каком-то особенном отношении гномов к семейным ценностям и неприятием ими сексуальных отношений с представителями иных разумных рас Хаттана. Семейные ценности они, конечно же, существуют, но также существует множество хитроумных приемов их обойти. Например, в стельку пьяный супруг, от которого не грех на часок-другой отлучиться к соседу или постояльцу твоей гостиницы.

Так оно и получилось, ибо в первую же ночь пребывания Глана в Харад Дуре его тайно навестила совсем еще молоденькая жена владельца гостиницы, в которой он имел счастье остановиться. Уж очень сильно девушке хотелось разузнать, как там все устроено у людей. И стоит особо отметить, он ее не разочаровал. В дымину пьяный муж хоть и не пробудился, зато другие постояльцы долго не могли заснуть от душераздирающих воплей и сладострастных стонов юной прелестницы. Впрочем, на следующее утро ни один из них не выразил Охотнику своего грозного "Фи!" по поводу ночного беспокойства и тем более не помчался к еще не совсем протрезвевшему владельцу гостиницы доносить о проделках его неверной супружницы. Прагматики гномы искренне считают, что если жена бегает от тебя к другому мужчине, значит, ты слабак, а слабаков и неудачников они на дух не переваривают. Короче говоря, с тех пор по приезде в Харад Дур Глан останавливался только в той самой гостинице, а хозяин был всегда несказанно рад его приезду, ибо только в эти дни обычно нетерпимая к пьянству мужа жена позволяла ему наклюкаться до поросячьего визга.

Помимо особ женского пола на улицах гномьего поселения было довольно много разновозрастной детворы. Не в таком количестве, как в человеческих поселениях, но все-таки. Дело в том, что физиологические особенности строения организмов представителей всех долгоживущих рас серьезно ограничивают рождаемость. Лишь люди и гоблины имеют возможность плодиться подобно тараканам, хотя и здесь Матушка-Природа проявила ум и смекалку и подобрала эффективные способы, лимитирующие бесконтрольный рост численности этих народов. Бесконечные войны, моровые поветрия, а также легкомысленное отношение к собственной жизни - вот далеко не полный перечень сдерживающих факторов.

Время от времени на их пути попадались и не занятые делами взрослые мужчины. Знакомые громко приветствовали нашу парочку, незнакомые просто пялились на человека, поскольку люди, впрочем, как и представители иных разумных рас, не частые гости в гномьих уделах. Конечно же, гномы вели активную торговую деятельность в приграничных районах, также их представительства и банки были практически во всех крупных городах Хаттана. Однако большинство обитателей гномьих уделов, ни разу в жизни не отваживались покидать обжитые места, хотя бы в ознакомительных целях. Подгорному народу и в родных горах жилось неплохо, а суета и неразбериха, царящие, по их глубокому убеждению за пределами уютного тщательно обихоженного гномьего мирка, пугала не меньше призрачных созданий, оживших скелетом и умертвий-зомбяков.