Чтение онлайн

— Никому не двигаться! — с нотками истерики и какой-то безумной лихости заявила Надя, рывком вынырнув из багажника.

У меня отвисла челюсть. Глаза вылезли из орбит. И я судорожно принялся себя щипать, проверяя, не сон ли это? Ибо более бредовой картины я представить просто не мог: Надя стояла, чуть покачиваясь под весом старенького, но от того не менее действенно гранатомёта РПГ-7, куда была уже установлена ракета. Раструб мотало так, что снаряд попеременно смотрел то на машины бандитов, то в зенит, то в крематорий. И по лёгкому… да кому я вру, по абсолютно невменяемому взгляду я понял, девушке сейчас море по колено и всё можно — она за своего избранника всех порвёт.

— Остановитесь. Медленно опустите оружие… — начала девушка. Икнула от нервов. Пальчик на спуске дёрнулся, и ракета полетела в сторону бандитов, оставляя красивый дымный след. Повезло, что выхлоп был направлен в сторону от меня и лишь огненным шлейфом опалил дорогу. И хотя Надя благоразумно не подставила машину в шлейф выхлопа, но краска на кузове всё равно потрескалась. А от грохота уши заложило знатно и в голове зазвенело.

Это были очень долгие полторы секунды моей жизни. Я буквально в полёте поймал девушку и закинул на заднее сиденье. Бандиты тоже рванули во все стороны, им теперь было не до меня. А когда ракета попала в угол здания, где мы пару минут назад отдыхали, и взрывом обрушила кусок стены, который увлёк за собой строительные леса, да всё это прямо на машины бандитов, то неразбериха усилилась сразу на пару порядков!

Кто-то из бандитов попытался применить способности и обломки стали оплывать в полёте и падать на землю огромными кусками цемента, брызгами полужидкого камня и оплывшего металла. К счастью — холодными. К несчастью — быстро застывающими, так что кто не пострадал от каменных осколков и шрапнели, тот вляпался, завяз в камне и в частично пошедшем рябью волн асфальте.

А с противоположной стороны раздались новые выстрелы и уверенные крики представителей власти — это мои коллеги и полиция наконец дождались отмашки и начали действовать.

Я вжал газ и крутанул руль, пока выдался момент, и с чистой совестью рванул в закат… хотя это я загнул, ибо время даже к обеду не приблизилось. А работа не ждёт! Вот только неплохо бы заскочить в больницу по пути.

Как ни странно, но мы сбежали. В то, что у психов закончилось обострение, я не верил. Вот почему поездка воспринималась как затишье перед бурей.

Что хуже, Надя и Брут погрузились в молчание — Радамант сказал им что-то, заставившее их задуматься. Лишь девушка меланхолично поглаживала уснувшего у неё на руках котёнка смерти.

— Надя, душа моя, как? — вкрадчиво, почти интимным шепотом уточнил я, стараясь разбить гнетущую атмосферу.

— Что именно “как”? — переспросила девушка, нехотя покидая трясину своих мыслей.

— Для начала, как ты нас нашла и прибыла так быстро? — в лоб спросил Брут, в наглую рассевшийся на соседнем сиденье и вылизывавшийся.

— Всё просто, — передёрнула плечиками мой стажёр. — Ты оставил данные, куда направляешься. Тут Шефу доложили о заказе на вас с настоятелем храма “Последней Книги”. Я хотела с тобой связаться, но пропал сигнал с твоего наруча. Информаторию не составило труда через дроны тебя отследить. Тебя и людей Художника, которые гнались за тобой и пытались подстрелить. Я и ещё несколько свободных Редакторов сразу и поспешили к тебе. Извини, но основные силы направились к Настоятелю, а мы задержались, ожидая подкрепления от полиции. Перехватить тебя смогли только у театра, а потом появился Брут и сообщил о твоём плане. Штурмовать театр было глупо, ну вот мы и… Хорошо, что ты продержался!

— Я старался, душа моя! Это было выгодно и мне, — искренне признался я. — И спасибо, что всё же пришли.

Когда я только увидел Надю в одиночестве, то, грешным делом, подумал, что Шеф решил списать меня в утиль и не тратить на меня силы. Но похоже он просто верил в меня… по крайней мере буду на это надеяться.

— Принимается. Тогда другой вопрос: как ты сумела достать РПГ-7? — вновь пошёл в атаку Брут.

— Тебя, мелкого предателя, это вообще не должно интересовать, — не сдержавшись, рявкнул я.

Сказать, что мне обидно от поведения Брута во время бегства, — значит, ничего не сказать. Мой призрачный товарищ на это только фыркнул и, не пожелав извиняться, отвернулся, лишь чуть прижал ушки к голове. Гордый паршивец. Наглый. А я, чуть успокоившись, улыбнулся Наде:

— Но вопрос всё равно интересный: откуда столь убойная махина?

— Это… ну, мне Шеф дал попользоваться, — невинно хлопая глазками, сдала начальника моя девушка. — Он предлагал ещё взять пулемёт, пару гранат и броню… но я побоялась, что не сумею их утащить.

Я представил свою девушку в подобном обмундировании и со всем вооружением, да ещё с боевой раскраской на лице и содрогнулся! Как же это диссонировало с привычным образом весёлой девушки, радующейся животным и растениям, верящей в романтику и видящую в людях лишь хорошее.

Это ведь была первая настоящая схватка! Тот самый момент, когда девушке требовалось решить: готова ли она убить! И она держалась просто великолепно! Ни слёз! Ни истерики! Ничего, подобного вчерашнему дню, когда нас пытались взорвать. Лишь лёгкая улыбка…

Понимая, насколько подобная реакция не естественна, я внимательнее всмотрелся в девушку через зеркало. И сразу же заметил мандраж рук, блуждающий взгляд, и дрожание губ в улыбке.

— Надя, не переживай, всё осталось позади, больше тебе ничего не угрожает. Я рядом, — утешение было слабенькое, но я отвлёкся и ободряюще улыбнулся девушке.

— Я не так представляла себе эту работу, — тихо призналась девушка и закрыла лицо ладонями.

Нет, она не плакала. Но и то, что она не в порядке — очевидно. Шок. Возможно, на грани нервного срыва. Ей нужно время и поддержка, чтобы принять случившееся. Жаль, сейчас этого у нас нет. Как бы она не сломалась…

Кажется, сегодня я впервые буду орать на Шефа. Есть у него дурацкая привычка проводить боевое крещение стажёров: отправлять их на помощь наставникам в безвыходные ситуации, давая всё, что они пожелают… Задача в том, чтобы выжить обоим. И при этом поддержка и подстраховка чисто номинальная.

Редактором хотят стать многие. Талант к творчеству — это вступительный этап. Обучение — отсеивание самых тупых, слабых и вообще мусора. Налаживание контакта — проверка умения работать в команде. Редакторы в большинстве одиночки, но без взаимопомощи никуда. А финальное испытание — проверка силы воли совершить невозможное! И поход с гранатомётом против толпы бандитов — это явно мой уровень! Вот если творец будет совершенно трезвомыслящий… Тогда действительно страшно, он ведь может и логично поступать!

— И что будем делать дальше? — поспешил я перевести тему на что-то нейтральное. — Шеф давал какие-то распоряжения? А то выйти с ним на связь я не могу, — постучал я по наручу, который висел на руке мёртвым железом, не полезнее, чем старинный доспех.

Если люди Художника сумели заглушить и отследить наруч, то вдруг смогут отследить вызов? До прибытия к своим я не хотел рисковать.

— Ты прав, не стоит! Шеф перед моим уходом назначил место встречи — там будет и настоятель, — и девушка продиктовала адрес. — Кстати… — встрепенулась Надя. — Есть прогресс по делу с Марией Козловой. Наши умники из Информатория проанализировали ДНК с кровати пропавшей девушки из больницы. Там смешанный генетический материал. Частично от девушки, попавшей в аварию, но частично от Марии Козловой.