Чтение онлайн

Моррелл и Баррон встали.

— Я не подведу, капитан! — заверил Сайленса Баррон, отдав честь.

Моррелл и Баррон вышли вместе. Дождавшись, когда дверь за ними плотно закрылась, Сайленс посмотрел на Кэрриона и сказал:

— Этот парнишка проявляет чрезмерное, я бы сказал, неестественное рвение. Весьма вероятно, что после высадки он улучит удобный момент и выстрелит тебе в спину.

— А я так не думаю, капитан. После той, первой, попытки покушения ему не раз предоставлялась возможность убить меня, но он ею не воспользовался. Не говоря уж о том, что этот малый выражал свою неприязнь ко мне открыто, а не отводил глаза, как большая часть команды.

— Ты что, ему доверяешь?

— Капитан, я уже давно не доверяю ни одному человеку.

— Давай сменим тему, — устало предложил Сайленс.

— Как тебе угодно.

— А что, эшрэи все еще с тобой? Мы ведь далеко от их мира.

— Конечно, они по-прежнему со мной. Они мертвы. Они могут оказаться, где захотят. Иногда все одновременно. Очевидно, смерть есть своего рода освобождение.

Сайленс беспокойно зашевелился в своем кресле.

— Зря ты так о них говоришь. На самом деле они не мертвы. Этого просто не может быть.

— Кому лучше тебя знать, что они действительно мертвы? Это ведь ты их убил.

— Как ты думаешь, как эшрэи отреагируют на посещение другого мертвого мира? Придут они к тебе на помощь, если понадобится?

— Чего не знаю, того не знаю. Они мне не слуги и не прирученные зверюшки. Они даже в лучшие времена откликались далеко не на все мои обращения. Но мне кажется, они не допустят, чтобы со мной случилась беда, если смогут ее предотвратить.

— Ты уверен в этом?

— Нет, капитан. Я ни в чем не уверен. Все, в чем я мог быть уверен в этой жизни, было уничтожено тобой.

— Хватит! Довольно! Это произошло давным-давно. Я думал, что ты простил меня.

— У меня нет права прощать или не прощать. Я уцелел.

Сайленс вздохнул, глядя в пол.

— Шон, мы ведь когда-то дружили.

— Да. Но это было давным-давно, и мы оба уже не те, что тогда. Хотя при всем при том… прежней ненависти к тебе у меня уже не осталось. Ни к тебе, ни к кому-либо другому. Возможно, только такие люди, как мы, прошедшие сквозь горнило испытаний, способны по-настоящему понять друг друга.

Кэррион помолчал, бесстрастно глядя на Сайленса.

— Я знаю, почему я здесь, Джон. Разведчица Фрост умерла, но тебе по-прежнему нужен тот, на кого бы ты мог положиться. Тот, кто способен понять тебя таким, каким ты стал. И конечно же, кто лучше старого друга годится на эту роль. Друга, который и сам-то не совсем человек. Я не Фрост, но можешь рассчитывать на мою поддержку, капитан. Удовлетворись этим.

Сайленс медленно покачал головой:

— Я уверен, что другие люди не ведут подобных разговоров.

Спускаемый аппарат, защищенный самыми мощными энергетическими щитами, какие только могла создать силовая установка «Неустрашимого», устремился вниз, сквозь подозрительно спокойную атмосферу Зеро Зеро. Пилот торопился высадить экспедиционную партию и улететь на высокую орбиту. Он всем своим видом давал понять, что не намерен задерживаться на зараженной планете ни на секунду дольше необходимого. Кроме того, он громко молился сразу нескольким богам и время от времени отрывал руку от рычагов управления, чтобы перекреститься или прикоснуться к подвешенному к потолку кабины талисману, приносящему удачу.

Возможно, если бы не тряска, Сайленс отвесил бы ему затрещину. Но сейчас он держался обеими руками за ближайшую стойку, бурча себе под нос, что посадка на планету могла бы не смахивать на спуск по испорченному эскалатору. Экстрасенс Клаус Моррелл сидел рядом с капитаном со спокойным, отстраненным взором и невозмутимым выражением лица. Каковое, полагал Сайленс, экстрасенс изобразил на физиономии исключительно назло ему.

Напротив Сайленса, погрузившись в свои мысли, сидели Кэррион и Баррон. Облаченный в черный плащ разведчик сильнее, чем обычно, напоминал зловещую птицу. На коленях он небрежно держал энергетическое копье, похожее на обычный посох из полированной кости. В действительности это было столь опасное оружие, что его хранение и ношение каралось в Империи смертной казнью. Смерть грозила бы и ему, не будь он разведчиком Кэррионом, столь нужным Империи. Баррон тихо сидел рядом с ним, нервно проверяя и перепроверяя различные предметы своего снаряжения. Он впервые участвовал в столь ответственной высадке и, сознавая недостаточность своей подготовки, очень боялся напортачить. Что-что, а его старание Сайленс отметил.

Они направлялись туда, где до устроенного Йоргенссон взрыва находилась база Омега. Разумеется, то, что не уничтожил взрыв, скорее всего, стало жертвой беспощадного хода времени. Но раз первая вспышка наночумы произошла именно там, существовала вероятность, пусть и ничтожная, обнаружить на этом месте какой-нибудь ключ. Конечно, особых надежд на успех не было, но такова уж особенность их миссии.

Неожиданно катер тряхнуло особенно резко: пилот начал торможение. Обзорные экраны спускаемого аппарата не работали. Должно быть, они приближались к месту назначения. Мощные защитные поля делали работу сенсоров невозможной, поэтому пилоту приходилось лететь вслепую, полагаясь на электронные карты столетней давности. Пилота это совсем не радовало, чего он не скрывал, а комментировал громко и выразительно. Он чертыхался до тех пор, пока не завершился спуск.

Наконец аппарат приземлился, и пилот, развернувшись в страховочном гамаке, сказал:

— Все, приехали. Прошу на выход. Надеюсь, полет вам понравился, а все его побочные последствия остались не на полу, а в гигиенических пакетах. Все, что вам может потребоваться, забирайте с собой, потому что черта с два я вернусь сюда без крайней необходимости.

Он нажал клавишу на панели управления, и внутренняя дверь переходного шлюза отворилась.

— Порядок. Теперь делаем все точно так же, как на тренировках. Вы заходите в шлюз, после чего я закрываю внутреннюю дверь и открываю внешнюю. Вы активируете свои силовые щиты и, помолясь, прыгаете в люк. Вообще-то, защитное поле аппарата запрограммировано на такое взаимодействие с вашими индивидуальными защитными полями, что должно выпустить вас наружу без необходимости отключения. Теоретически. На практике, однако, никто этого фокуса не опробовал. Не сработает, можете накатать жалобу на проектировщиков. Если останетесь в живых. Но, черт возьми, неужто вас не манит судьба первопроходцев? Риск, как известно, благородное дело.

— Как высоко мы над поверхностью? — спросил Сайленс.

— Хороший вопрос, капитан, — откликнулся пилот. — Жаль, что у меня нет столь же хорошего ответа. Если почва все еще там, где она должна быть, мы зависли над ней футах в трех. Но один Бог знает, что может твориться в мире, где правят бал взбесившиеся нанотехи. Неизвестно, в какое дерьмо вы можете вляпаться. Впрочем, силовые щиты должны вас защитить. От большинства неприятностей. Ну, есть еще что-нибудь, чем бы я мог поднять вам настроение?

— Да, — промолвил Сайленс. — Ты должен висеть на орбите, держать ушки на макушке и быть готовым выдернуть нас отсюда по первому моему требованию.

Капитан вывел группу в переходной шлюз. Внутренний люк позади них закрылся и загерметизировался. В ограниченном пространстве шлюза четверым было очень тесно, но даже при этом вылезать наружу очень не хотелось. На внешний люк Сайленс посматривал с двояким чувством. С одной стороны, ожидал, что он откроется и они покинут аппарат, чтобы исполнить свой долг. С другой же, едва ли не надеясь, что механизм заест и выход придется отложить. По правде сказать, такого сильного страха Сайленс не испытывал даже будучи обычным человеком. А уж для того, кто, пройдя Лабиринт, сделался почти неуязвимым, подобная нерешительность могла показаться и вовсе странной. Но, с другой стороны, ему предстояло иметь дело не с обычным противником, а с невидимыми, всепроникающими, супермикроскопическими механизмами, способными или сожрать любой организм без остатка, или трансформировать его во все, что угодно. То, что противник невидим и вездесущ, а бороться с ним практически невозможно, пугало больше всего.