Охотник. Чужой
Шрифт:
ЭТА жизнь кажется реальной – она яркая, живая, настоящая!
А та, где он, больной инвалид, катался в коляске по постылой квартире, – это дурной сон. Не было той жизни! Не было!
Вот только мама… она-то была! Ее забыть невозможно. Ведь это же мама!
Поели молча, недоеденными остались пироги, недопитым пиво. Олегу пришлось попросить отнести еду в его номер. А еще он спросил, где может помыться и постирать одежду. Подавальщица удивленно подняла брови и ответила, кивнув в сторону двери возле входа:
– Как обычно, мойня. Вода давно нагрета – один деран, и мойтесь сколько угодно. Если хотите дополнительных услуг – девушки есть – и помоют, и помассируют. Не пожалеете! Всего за три дерана за одну девушку в час, и можете делать с ней все, что угодно!
Подавальщица соблазнительно улыбнулась, и Олег с некоторым содроганием увидел, что у нее не хватает двух передних зубов, а те, что есть, – желто-черные. М-да, похоже, что тут не слышали о зубной щетке.
Пока подавальщица говорила, Олег смотрел на своих провожатых, но они и бровью не повели. Как будто каждый день слышали, как мужчине предлагают веселых девиц. Впрочем, а что такого? Тут совсем другое время и другой мир! Для них это, вероятно, в порядке вещей.
Быстро подумал – стоит ли отнести свой рюкзак в комнату на то время, пока моется, и решил – нет, не стоит. Попрут, и что потом делать? Судя по всему – денег он в этот раз заработал очень неплохо. Решено – с собой!
Кинул серебряную монету подавальщице, которая выдала кусочек мыла, пахнущего свежераспиленной древесиной, и относительно чистое полотенце, и прошел за дверь.
Ничего необычного – общественная баня. Мужская. Почему-то Олег вначале подумал, что баня будет общей. В старину ведь были общие бани. Вроде как были. Однако тут ничего подобного. Кабинки, вдоль стен широкие скамьи, на полу – деревянная решетка, через которую стекает вода. Сама вода подается из двух здоровенных медных кранов: один с горячей водой, другой с холодной.
Олег сбросил одежду, повесив ее на деревянные крюки, вбитые в стену, тщательно вымыл деревянный тазик, надеясь, что из него не подцепит какую-нибудь экзотическую заразу, налил воды и принялся мыться, с наслаждением намыливаясь и натираясь сухой травой (на стене висел здоровенный пучок, и Олегу стоило труда догадаться – зачем она).
Здоровое, сильное тело, сытый желудок, горячая вода – что еще нужно, чтобы получить удовольствие? Если только женщину…
Уже когда вымылся, в очередной раз обдав себя прохладной водой из шайки, и взялся за полотенце, в дверь кто-то негромко постучал. Олег криво усмехнулся – девицы во всех мирах одинаковы. Стоит поехать в командировку, устроиться в гостиницу – и тут же начнется: звонки, стук в дверь и всякая назойливая «реклама».
Он не стал открывать. Нет, женщину ему хотелось, и даже очень – в конце концов, мужчина же! Но вот только уединяться с гулящими девками у него не было никакого желания. Будучи врачом, он прекрасно знал, чем могут закончиться такие эксперименты и какую заразу можно подхватить. И рисковать точно не собирался. Презервативов в этот мир еще не завезли.
Выстирал носки, трусы, рубаху. Куртку и штаны стирать не стал – ну не ходить же ему в мокром? Вообще-то надо посмотреть в комнате Семига – может, там есть запасной комплект одежды? Хотя с этих иномирян станется – ходить в одной и той же одежде неделями и месяцами. Средние века ведь!
Олегу пришло в голову, что у парочки его проводников, сидящих теперь в снятой для них комнате, тоже нет запасной одежды. Если только они не припрятали вещи где-то в другом месте.
В таверне прибавилось народу. Кроме посетителей, что сидели там раньше, добавилось еще человек десять – шумная бригада парней, по духу очень похожих на земных таксистов. Они что-то обсуждали горячо и бурно, хохотали и выглядели так, как выглядят все извозчики во всех мирах вселенной.
Чуть поодаль сидели двое мужчин постарше – бородатые, толстопузые, они прямо-таки раздувались от своей значимости, и Олег вдруг безошибочно (как он думал) определил – торгаши. Купцы какие-нибудь. Рядом с ними двое парней, по виду типичные охранники, очень похожие на тех, которых держал трактирщик. Смотрят вокруг, щурятся, будто прикидывают, кому первому пустить кишки.
Когда появился Олег с рюкзаком за спиной и стираными трусами в руке – бросили на него мимолетный взгляд и отвернулись, видимо, не сочтя опасным. И слава богу – Олег не любил лишнего внимания, особенно сейчас, в незнакомом мире.
Комната, ключ от которой ему выдал трактирщик, была очень простой, даже скупой по убранству. Заслуживала внимания здоровенная кровать, на которой могли разместиться даже не двое, а все шестеро, еще – большой шкаф из покрытого лаком темного дерева. Если что-то у Семига и хранилось, то только здесь – больше хранить было и негде. Наверное.
Олег тут же заглянул в шкаф и с удовольствием обнаружил там рюкзак побольше, чем тот, с которым он бродил по Мертвому городу, а в рюкзаке – запасное белье, две пары штанов, рубах, и даже запасные ботинки – не такие брутальные, как те, в которых он пришел в таверну, а гораздо изящнее и красивей.
В общем – нашелся «парадно-выгребной» комплект одежды, в которой можно было «выйти в люди». Например – пойти потанцевать с девушкой или посидеть за столом и послушать музыкантов, которые, судя по обещанию трактирщика, обязательно появятся вечером, чтобы услаждать слух жрущих и пьющих постояльцев.
Олег переоделся и переобулся, надев легкие башмаки, тонкую, похоже, что шелковую рубаху и тонкую же кожаную куртку. Затем положил рюкзак в шкаф и вышел в коридор – длинный, с номерами-комнатами с обеих сторон.
Их было штук тридцать, не меньше. Оно и понятно, номера для постояльцев, номера и для работы девиц – ну не под кустом же девушкам делать свое «грязное дело»?
Ребята сидели у себя в комнате, и когда Олег постучал в дверь, она тут же отворилась, явив лик мальчишки, с хмурым интересом взирающего на посетителя. Когда малец убедился, что стучал «свой», тут же сообщил радостное известие своей сестре, явно стоявшей в засаде где-то сбоку от двери.
Олег не стал заходить в номер – так, на всякий случай, мало ли что взбредет в голову взбалмошной парочке. Шарахнут по башке, решив, что он какой-то там «засланный казачок», а потом пойдут и заберут его барахло (ну не пропадать же!) и поживут в свое удовольствие. Кто будет разыскивать его убийц? Судя по тому, что Олег услышал за последнее время, – никто. Жалкий грабер, не чиновник, не стражник Зелана – кому нужно копаться в обстоятельствах его гибели? Даже смешно.
Да, девица точно стояла с мечом в руке. Попробуй, зайди – тут же башки лишишься! Хорошо, что у Олега проснулось что-то вроде генетической памяти – явно его предки не раз наталкивались на засады и выжили только потому, что были очень осторожны! А возможно, это Сергар Семиг – сидит внутри, воздействует через свою память, разбросанную по «кладовой».
Скорее всего, так и есть. Старый вояка, он бережет Олега, не дает ему поступать опрометчиво. Спасибо, Сергар!
В комнату Олега парочка хмуро топала как под конвоем. Даже странно – чего они так возбудились? Разве Олег дал для этого повод? Нет, ну кое-какой повод он дал, но неужели они не понимают, насколько все очевидно?
Это он и попытался сказать, когда парочка уселась за стол в его комнате. Они сели с таким видом, будто Олег сейчас укажет пальцем и скажет: «Вот они! Хватайте их!»