Охотник
Шрифт:
Я умру на закате, с последним лучом заходящего солнца.
Посиневшие губы попытаются что-то шепнуть.
Не услышит никто. Только Ангел-Хранитель, взглянувший в оконце
Скажет Ангелу Смерти «Отмучился парень. Берем его душу и в путь»
Проснулся от яркого света. Вставало солнце. Нетвёрдым взором обвёл честные лица друзей. Медленно сказал:
– Сержант, ты знаешь… Мне сейчас приснилось… что ты курил!!!
Опаньки, неужели ностальгия начинается?
Маленькие разборки больших роботов
Правое плечо вперёд оружие наизготовку врываемся в ангар. В ангаре толпа огромных роботов сосредоточенно слушает маленького вертлявого коротышу. У коротышки неприятный визгливый голос, и дёрганые, суетливые движения. Производимый нами шум заставляет стотонных киберов недовольно обернуться. Подходим ближе. Коротышка корчит страшную рожу, и сквозь зубы цедит:
– Ээээ, уничтожитель… Этот инстанс - моя добыча!
И тут я его узнаю.
– Шустрый!
Коротышка замирает, медленно краснея. Я невинно интересуюсь:
– У тебя уже прошли синяки на заднице?
Шустрый - постоянный клиент одного из моих подпольных Домов Удовольствия. Делаю вид, что неожиданно вспоминаю:
– Ой, извини! Ты же был в другом теле. Такая блондинка сочная.
Роботы слушают не шевелясь. Те, кто подальше, вытягивают шеи.
– Ах, нет! Блондинкой ты был в позапрошлый раз.
– Слышу какой-то странных стук и скрежет. Не сразу соображаю, что это хихикают металлические монстры.
– А в прошлый раз…
Коротышка срывается на визг:
– Заткнись! Бося, иди сюда! Бося, меня обижают!!!
И, не подумав, разворачивает огромный голографический экран. Хихиканье роботов переходит в ржач. На экране Бося, двухметровый негр, глава одной из мафиозных группировок Четвёртого Континента. На нём кокетливый топик с рюшечками, и красные стринги.
– Да, Шустренький, кто тебя посмел обидеть, мой муся-…
Торопясь, и спотыкаясь на высоких каблуках, подбегает к визору. Замечает толпу роботов, и нас с Сержантом, по инерции договаривает:
– пуся…
Автоматика снижает чувствительность слуховых сенсоров. Роботы со скрежетом бьются головами об стены, некоторые, в приступе хохота сползают на пол. Лёгким движением бронированной клешни приподнимаю Шустрика с пола, и вешаю на гвоздик. На экране забытого визора мечется Бося, заламывая руки, и в панике размазывая косметику. Наконец, кто-то из киберов наступает на пульт, и экран гаснет. Пережидаю приступ смеха.
– Что он вам наобещал, ребята?
Установившаяся неформальная обстановка весьма кстати.
– Небось, гуманизацию? В обмен на военную помощь?
Чувствую, что угадал.
– Забудьте. Любой ваш выход за Периметр - и сюда прилетит армия.
Миролюбиво добавляю.
– А прибор для гуманизации есть только у меня.
Шустрый на крючке шипит, раскачивается, наконец, срывается, и, с криком «Я вернусь!» убегает в полуоткрытую дверь. Роботы свистят и улюлюкают. А я кую железо, пока горячо.
– А ещё я могу предложить легальное свободное гражданство.
Государство - это мы
Я давно планировал своё государство. Тут с этим просто. Покупаешь планету или крупный астероид, регулируешь гравитацию, закачиваешь воздух. В общем, полное терраформирование. К тебе стекаются жители, но, пока что это ещё не твоя территория. А затем, просто вкладываешь деньги. Половина идёт в бюджет владельца звёздной системы, половина вкладывается в развитие планеты, а тебе капают очки репутации. Когда репутация достигает ста процентов, из олигарха становишься монархом. Вот и всё.
Выручка за второй «десятый» инстанс покрывает расходы на космопорт, оборудование, и ещё довольно крупная сумма отягощает счёт. Решаюсь, и покупаю небольшой астероид. Ему явно не хватает массы, и я заключаю контракт с местными космическими шахтёрами на поставку отработанной породы. Астероид начинает медленно расти.
И вот, Сержант занимается астероидом, Аивер космопортом. А я иду в инстанс.
Инвинсиблер работает. Тихо, на цыпочках крадусь внутрь. Скафандр типа «хамелеон» абсолютно не стесняет движений. Система по электрическим сигналам мышц предугадывает каждое движение, и усиливает его гидравликой костюма.
Я не вооружён. Почти. Сорок девять килограммовых мин с ужасающей термитной начинкой компенсируются «хамелеоном», и совершенно не ощущаются ни в статике, ни в динамике.
Сорок девять термитных мин. Много это или мало? Чтобы взорвать планету - мало. Чтобы взорвать инстанс - много. Супертермит - вещь, вообще-то запрещённая, и потому безумно дорогая. Она инициирует почти неконтролируемое превращение массы в энергию. Иными словами, расставив мины, и запустив процесс активации, я должен буду выйти наружу, и там подождать результата. Процесс может занять до трёх суток, зато - никаких проблем. Зашёл - вышел.
Ставлю первую мину. Автоматические турели на стенах не реагируют, датчики расслабленно таращатся в пространство. Ставлю вторую. Коридоры пусты. По пути заглядываю в помещения - какие-то склады.
Ракетные установки «Пламя» на потолке. Зашёл бы без невидимости - и всё. Не помог бы никакой «Панцерклян». Иду дальше, недоумевая. Никого нет. Зато явно избыточное количество огневых точек, и датчиков. Обнаглев, ставлю третью мину на бак с напалмом у огнемётной турели. По-прежнему, ни одного защитника, а концентрация централизованно управляемых средств обороны всё увеличивается.
Без помех устанавливаю всё, что принёс, и тут меня замечают. Стволы стамиллиметровых плазмомётов синхронно разворачиваются, беря меня на прицел.
– С Вами разговаривает Единая Интеллектуализированная Система Обороны. Нарушитель, назовитесь!
Называюсь.
– Цель нарушения?
Объясняю. При упоминании термитных мин, Система давится следующим вопросом. Затем оживает:
– Каковы условия моей капитуляции?
Через пять минут сорок секунд иду обратно, собирая мины. В числе прочих, Система выдвинула просьбу о гуманизации её в тело женского человеческого существа с комплексом характеристик супермодели. Что ж. Будем искать.