Чтение онлайн

— Значит, будем работать с вами, — улыбнулся Волчара.

— Осуществить первичный контакт я уполномочен, — кивнул Борщевский. — В дальнейшем подключатся дипломаты с Земли. Вы, я так понимаю, посол?

— Никак нет! — отперся майор. — Я, скорее, курьер. Должен установить контакт с лицом, обладающим достаточными полномочиями, и передать ему пакет документов. А также решить вопрос по организации постоянного канала связи. Дальнейшие переговоры будут вести члены Совета.

— Хорошо. Считайте, что вы свою задачу выполнили, — заверил мой начальник "курьера". — Пойдемте, нечего тут торчать. Приведете себя в порядок, а там и побеседуем.

* * *

Система Вольф 1061, планета Бурная, база космофлота "Северная",

15 марта 2535 года

Насчет "приведете себя в порядок" Борщевский слегка преувеличил. Первым делом пришлось наведаться в научный отдел, который занимал целое крыло отдельно стоящего здания. Вообще, "Северная" — достаточно крупная база, если бы речь шла о населенном землеподобном мире, я бы сказал, что она тянула на небольшой городок, с населением этак тысяч пятнадцать-двадцать. Но Бурная пребывала еще в самом начале процесса терраформирования, а потому климат оставлял желать лучшего, равно как и атмосфера. Конечно, при крайней необходимости можно было и на улицу выйти без скафандра, и даже прожить немного — около пятнадцати минут, а вот потом обычно наступали фатальные для организма последствия. Все эти факторы в совокупности определили необходимость возведения защитных куполов. Однако, дело это дорогостоящее и не всегда оправданное. В наших условиях это означало, что под куполом прятался лишь жилой городок, в котором располагались казармы и прочие сооружения, предназначенные для длительного пребывания личного состава. А вот все остальные службы, как-то: штаб, мастерские, научный отдел, непосредственно порт — размещались отдельно, имели независимые системы жизнеобеспечения и связывались между собой сетью скоростных капсул на магнитной подвеске. Конечно, это был не единственный способ перемещения — широко использовались колесные вездеходы, летательные аппараты, да и просто пешком пройтись можно было. Озаботившись, само собой, защитным снаряжением. У нас таковое на данный момент отсутствовало, поэтому пришлось воспользоваться ближайшей капсулой, благо от терминала она располагалась в нескольких шагах. Штурмовики, сопроводив нас до "остановки", убыли восвояси, оставив нас в компании начальства. Сама поездка заняла около пяти минут и завершилась в тамбуре шлюза научного отдела. Уж не знаю, совпадение это, или так задумано, но отдел этот ютился в том же здании, что и служба внутренней безопасности. Подполковник Калинин чувствовал здесь себя как дома, а вот кап-1 немного растерялся — не его епархия. В сопровождении безопасника мы довольно быстро добрались до небольшого, порядочно захламленного помещения, оккупированного троицей безумного вида парней из научной службы. Те дружно приняли нас с майором в оборот, общупав со всех сторон и несколько раз просветив какими-то сканерами. Отобрали поклажу, особенное внимание уделив моему снаряжению. Оружие тоже забрали, пообещав вернуть после обследования. Не ограничившись этим, заставили меня вылезти из бронекостюма, заменив его флотским комбезом на пару размеров больше, чем нужно. Покусились было на КПК, но тут я проявил твердость и с девайсом расставаться категорически не пожелал. Ученая братия ограничилась быстрым копированием его памяти. Трофейным шлемам парни обрадовались, как дети новым игрушкам, уже через пару минут заверив, что они в порядке и вскрыть их не составит труда.

От безумной троицы мы избавились минут через двадцать. Все это время Борщевский с Калининым терпеливо ждали, не делая попытки ускорить процесс. Посему я решил, что пареньки дюже умные и могут принести пользу — если их, конечно, вовремя изолировать от общества. Впрочем, тут же выяснилось, что начальство нянчилось с нами из сугубо меркантильных соображений — все отобранное у нас имущество было запротоколировано и сдано ученой братии под роспись. Нас с майором тоже заставили расписаться, поставив заодно автографы и в подписке о неразглашении. На этом вступительная часть закончилась и нас разлучили — Волчару увел Калинин, а мы с Борщевским вернулись на все той же капсуле в жилой городок. Кап-1 тут же убыл в штаб, а я, наконец, добрался до собственного кубрика.

С наслаждением избавившись от одежды, я залез в крошечную душевую кабинку и подставил лицо горячим струям. Однако долго предаваться блаженству мне не дали. Прошуршала переборка входного тамбура, и через несколько секунд в тесный санузел протиснулась Ольга.

— Вернулся, — прошептала она, прижимаясь ко мне всем телом.

— Я же обещал, — сказал я, целуя ее в макушку. — Ты счастлива?

— Очень! — подняла она сияющие глаза. — Ты же знаешь, я диспетчер. Ты вернулся, и это самое большое счастье в моей жизни. Остальное неважно.

Я обнял любимую женщину, зарывшись лицом ей в волосы. Некоторое время мы просто стояли, наслаждаясь близостью друг друга, потом она робко потянулась ко мне губами. Сверху лилась горячими струйками вода, затекала в глаза, скатывалась каплями по щекам, но нам она не мешала. Я покрыл поцелуями родное лицо, шею, плечи… Плавно спустился к груди…

Из душа мы выбрались через полчаса, но лишь для того, чтобы оккупировать заждавшуюся кровать. Плохо помню, что именно мы делали, да и не важно — главное, что мы были рядом и любили друг друга, долго, до полного изнеможения.

А потом мы лежали рядом, укрывшись одним одеялом, и слушали собственное дыхание. В этот момент до меня, наконец, дошло, что я дома. А дом мой, отныне и навсегда, там, где любимая женщина.

— Как ты узнала, что я вернулся? — тихонько спросил я, накручивая на палец непослушный Ольгин локон.

— Мишка Иванов позвонил, — отозвалась она. — Сказал, что жив-здоров, но я не верила, пока сама не увидела.

— Ты что, меня в коридоре караулила?! — притворно возмутился я.

— Неа, — улыбнулась она уголками губ. — Сам же мне код от двери и от информера дал. Вот я и настроила уведомления. Ты как дверь открыл, мне сообщение пришло на КПК. Хорошо, что я не на дежурстве была. А то ждать бы пришлось.

— Действительно, хорошо, — не стал спорить я. — А сколько мы с тобой тут безобразничаем? Офигеть, почти три часа! И никто не вломился…

Тут же заверещал вызовом мой наладонник, который я перед походом в душ выложил на стол. Сглазил, ммать! Кое-как выпроставшись из кровати, я подхватил чертов прибор.

— Кто там еще?!

— Хорош развлекаться, капитан! — вместо приветствия рыкнул Борщевский. — Закругляйся уже, сколько можно. И так три с лишним часа тебя отмазываю. Чтоб через двадцать минут был у меня в кабинете, как штык!

— Есть!

Экран погас, разрывая связь.

— Начальство? — осведомилась Ольга, выбираясь из-под одеяла.

Как всегда обворожительна, особенно без одежды. Хотя, в таком виде я ее всего второй раз вижу. Привыкнуть не успел. И не надо привыкать, надо любоваться. Оно того стоит.

— Отвернись, — засмеялась Ольга и нагнулась за одеждой. — Дырку просмотришь. Или, что скорее всего, к начальнику не успеешь. Вон, какая бурная реакция!

— Да ладно, — смутился я. — Сама тоже хороша. Хватит изображать кошку, а то точно не выдержу.

— Иди уже! — отмахнулась она. — Опоздаешь.

Однако ничего не добилась — я упорно досмотрел до конца, и, лишь когда она выскользнула за дверь, шепнув на прощание "до вечера!", взялся за собственную одежду. В результате к Борщевскому я, все-таки, успел вовремя.

* * *

Система Вольф 1061, планета Бурная, база космофлота "Северная",

16 марта 2535 года

Вчерашний день закончился предсказуемо — до самого вечера я загорал у начальства, вводя его в курс дел на Ахероне. Майор Волчара по мере своих сил тоже участвовал в разговоре. К моему приходу он уже достаточно плотно пообщался и с высшим должностным лицом базы (Борщевским, то бишь), выполнив официальную часть задания, и с безопасником Калининым, ввергнув того в состояние, весьма напоминавшее уныние. Собранные мной материалы ученая братия уже рассортировала, и часть из них поступила во владение сотрудников СБФ, добавив тем порядочно головной боли. Впрочем, к анализу они еще только приступили, каких-то результатов ждать нужно было через пару-тройку дней.

В награду за добытые сведения Борщевский поведал о судьбе остальных разведчиков. Причем различий между нами делать не стал, видимо, признав Волчару полноправным участником операции. Часть истории я уже слышал, спасибо Мишке Иванову. Остальное узнал сейчас.

Удачнее всего дела сложились у группы на Мьеллнире. Мичман Алексеев и лейтенант Котов благополучно перенеслись на планету, оказавшись в руинах главной верфи Системы. Первичный анализ обстановки показал, что руины — небольшое преувеличение. От колоссального комплекса, способного обслуживать линкоры (длиной, на минуточку, до четырех километров), причем не один за раз, осталось довольно много построек. В том числе корпус вспомогательного ремонтного дока, в котором во времена оны проходили ТО корабли поддержки флота — от фрегатов до легких крейсеров. Здание порядочно пострадало при орбитальном ударе, но по большей части лишилось верхних этажей, расположенных над землей. "Минусовые" уровни, в том числе и грузовой терминал, сохранились в неприкосновенности. Система отсечки сработала своевременно, поэтому частично потерян был лишь минус первый уровень. Оставшиеся три сохранили как ремонтную инфраструктуру, так и контуры жизнеобеспечения. Судя по найденным документам, остатки персонала эвакуировались на Ахерон, в самое пекло. Здание перешло в режим консервации, в каковом и пребывало прошедшее столетие, пока наши научники не сумели вклиниться в систему телепортации, оживив управляющий компьютерный комплекс. Тот врубил вентиляцию и энергоконтур, вывел в рабочий режим вспомогательный реактор и запитал телепорт. В результате Котов с Алексеевым пришли на все готовенькое, им осталось лишь влезть в компьютер и запустить сохранившуюся инфраструктуру. Энергии было с избытком, поэтому они спокойно принялись за дело. К следующему сеансу связи оборудовали неплохую базу, способную принять пару десятков сотрудников, оживили передатчик и принялись восстанавливать поврежденный штурмовой бот, обнаруженный в одном из отсеков минус первого уровня. Кораблик хоть и не поражал размерами, но был способен осуществлять навигацию в пределах Системы. К настоящему моменту на Мьеллнире постоянно находилась смена техников в количестве десяти человек. Компанию им составляло отделение штурмовиков из моего отряда. Работы продвигались стахановскими темпами, была обследована почти вся территория верфи. К сожалению, маяк на ней отсутствовал как класс, что затрудняло проведение финальной фазы операции. Некоторое количество комплектующих сумели переправить, но до конца монтажа и наладки было еще очень далеко. В лучшем случае, пара месяцев ударного труда. Плюс необходимость соблюдать конспирацию, что тоже работы не ускоряло. А теперь, в свете полученных сведений, и вовсе делало ее почти что бесполезной — вылезать из подземелья и приступать к монтажу достаточно габаритной ажурной конструкции, было сродни самоубийству. Вряд ли вторгшимся непонятным ребятишкам такая деятельность придется по нраву, а смешать монтажников с грунтом орбитальным ударом не составит для них большой проблемы. Таким образом, предложенная мной Соломатину спецоперация представлялась все более перспективной. Борщевский с Калининым склонялись к такому же решению, но уточнили, что сначала придется все согласовать с вышестоящим начальством. Впрочем, обещали к концу недели управиться, а команду комплектовать поручили уже сейчас, дабы потом не терять времени.