Чтение онлайн

— Гаэтано, — коротко представился он и протянул Стиву крепкую жилистую руку.

— Стив Роулинг.

— Рад познакомиться. Друзья папы Джулиано — наши друзья.

— А это они, — Стив указал на женщину с девочкой. — Ты ведь хочешь работать, не так ли? — обратился он к женщине.

— Да, сеньор, — ответила она чуть слышно.

— Поезжай с ним Будет работа… Все будет хорошо.

— Спасибо… Да хранят вас боги, сеньор.

Женщина встала и со спящей девочкой на руках направилась к машине.

— Как тебя зовут? — крикнул ей вслед Стив.

Она обернулась:

— Мариана… А ее — Мариэля.

— Спасибо, Гаэтано, — сказал Стив. — Вы сильно выручили меня. Не обижайте девочку.

Парень тряхнул рыжей головой:

— Зачем обижать? Мы бедных людей не обижаем. Где вы нашли их?

— Здесь, на набережной.

— А–а, — протянул он. — Ну понятно… Чао, сеньор! Если что понадобится, звоните…

Он помог женщине залезть в машину, сел сам, дверца захлопнулась, и через мгновение “виллис” исчез за стеной цветущих олеандров.

Стив окинул взглядом искрящуюся солнечными бликами бухту с косыми парусами яхт, ряды небоскребов на противоположном берегу, разноцветные киоски, выстроившиеся вдоль бульвара и набитые всякой всячиной, и, повернувшись на каблуках, зашагал к “Континенталю”. По дороге его внимание несколько раз привлекли оборванные дети, тянувшие к нему худые грязные ладони. Стив раздал им всю мелочь, которую нашел в карманах.

Когда он подходил к отелю, он уже не сомневался, что совершил вчера вечером грубую ошибку: следовало наказать Феликса Крукса не двадцатью, а по меньшей мере двумястами тысячами долларов в пользу бездомных детей Латинской Америки.

У подъезда “Континенталя”, перед центральным входом, Стив увидел знакомую машину — тот самый шикарный лимузин, на котором минувшей ночью провожал Феликса Крукса в аэропорт Акапулько. Не означало ли это, что адвокат возвратился из Мехико? Встреча с Круксом сейчас не устраивала Стива. Однако миновать “Континенталь” было невозможно.

Стив шагнул в кондиционированный сумрак холла. Просторное помещение на этот раз было почти пусто. Возле стойки высокий худощавый старик в строгом черном костюме разговаривал с портье, а у лифтов, видимо, поджидая кого-то, стоял вчерашний шофер с лицом бывалого каторжника. Без сомнения, он узнал Стива, но не подал вида.

Стив направился к стойке. Старик в черном окинул его равнодушным взглядом и, отвернувшись, приказал шоферу:

— Поезжайте наверх, Полшер. Возьмите мой чемодан. Мы сейчас выезжаем.

Шофер исчез в лифте.

— Куда прикажете переслать счет, сеньор Пэнки? — спросил портье.

— Все оплатит мистер Крукс, когда вернется, — ворчливо ответил старик. — Номер остается за ним. Разве он не предупредил?

— Мне неизвестно об этом, сеньор.

— Он должен вернуться сегодня вечером или завтра.

— Хорошо, сеньор.

— А это вам, возьмите, — старик протянул портье зеленую купюру.

— Покорно благодарю, сеньор.

Старик отошел от стойки.

Стив взял у портье расписание тихоокеанских авиарейсов, пробежал его глазами и попросил заказать билет на вечерний рейс в Манилу.

— Сеньор уже покидает нас? — удивился портье.

— Срочные дела…

— Просим не забывать нас в следующий приезд.

При входе в лифт Стив снова столкнулся с водителем лимузина. Тот вышел из лифта навстречу Стиву с небольшим чемоданом в руке. Приглядевшись, Стив понял, почему красно–коричневое лицо этого человека производило отталкивающее впечатление. Щеки, лоб и подбородок покрывали рубцы и шрамы; один из шрамов, самый отчетливый, начинался на правой щеке, пересекал наискось нос и кончался на виске под левой бровью. Стиву показалось, что по лицу шофера скользнула усмешка.

“Пэнки… Пэнки… — думал Стив, поднимаясь в лифте. — Интересно, что у него общего с Круксом? Тоже кто-то из людей Фигуранкайна?.. Жаль, что болтун адвокат не упомянул вчера о нем…” Однако времени на выяснение у нее не оставалось. Надо было спешить. Иначе он может опоздать, и тогда вся авантюра, начавшаяся так успешно, сгорала на корню. В лучшем случае это означало бы, что все надо начинать скачала. В худшем же… Но о втором варианте Стив предпочитал сейчас не думать.

Поиск в Маниле оказался безуспешным… Несколько лет назад Стиву довелось провести в филиппинской столице почти год в качестве корреспондента “Калифорния таймс”. От того времени у него остались знакомые и среди манильских бизнесменов, и в китайских кварталах, населенных мелкими лавочниками, рыбаками, контрабандистами и прочим сбродом. Однако о Фигуранкайне–младшем никто из знакомых Стива не слышал. А сеньор Сутрос — хозяин отеля в портовой части города, в котором Стив жил некоторое время в прошлый приезд и остановился сейчас, — высказал предположение, что если молодой Фигуранкайн и был в Маниле, то очень непродолжительное время.

— Богатый американец с такой фамилией не остался бы незамеченным, — с улыбкой говорил маленький толстяк сеньор Сутрос, хитро щуря темные глазки. — Кто-нибудь обязательно помнил бы его, если бы он прожил тут длительное время.

— Не знаю, насколько он богат… — задумчиво заметил Стив.

— О, сеньор Роулинг, — всплеснул пухлыми ручками Сутрос, — американцы, которые приезжают к нам в Манилу, или богачи, или военные.

— Я, например, ни то, ни другое.

— Вы — кое-что иное, сеньор Роулинг: вы — исключение, если угодно. Вы — журналист, человек особых интересов. Многие здесь считают вас своим другом, потому что вы никогда не писали плохо ни о нашей стране, ни о наших людях. Вы всегда говорили правильные слова и писали то, что говорили… И если кто-нибудь, даже и через двадцать лет, приедет в Манилу и станет расспрашивать о вас, многие скажут, что знали вас, расскажут, что вы делали, какой вы человек… А ведь тот, кого вы разыскиваете, жил тут менее года назад… Можно, конечно, навести справки в вашем посольстве…

— Едва ли он зарегистрировал свое пребывание здесь, — возразил Стив, — но, в конце концов, попробовать можно. Вы не могли бы оказать мне и эту услугу?

— А вы сами? — хитро прищурился сеньор Сутрос.

— Лучше сделать это неофициально. Мне не хотелось бы привлекать внимание наших чиновников к тому обстоятельству, что я разыскиваю Фигуранкайна–младшего. В посольстве меня многие знают как журналиста. А вы могли бы, например, сказать, что он жил у вас и не оплатил какой-нибудь счет.

— Уж вы не учите меня, сеньор Роулинг, — замахал руками маленький толстяк. — Найду, что сказать. Буэно [1] … Узнаю, раз это важно для вас… А тот сеньор, которого вы разыскиваете, — добавил он, испытующе поглядывая на Стива, — не родственник ли он банкира Фигуранкайна?

— Значит, фамилия вам все-таки знакома, сеньор Сутрос? — усмехнулся Стив.

— Ну, эта фамилия достаточно известна в деловых кругах, сеньор, — очень серьезно ответил толстяк.

— А с ним самим вам не приходилось встречаться?

— Ну что вы! Я слишком маленький человек… Кроме того, я слышал, что этот господин избегает людей, даже своих родственников. Видеться с ним имеют возможность очень немногие.

— Имели возможность…

— Что вы говорите!.. Значит, он?..

— Да… Несколько дней назад.

— В Маниле еще ничего не известно. Это очень важная новость, сеньор Роулинг, очень. Не скрою, вы оказываете мне большую услугу, сообщая об этом. Очень большую. Мне и кое–кому еще… Простите меня, я вынужден расстаться с вами. Вечером я извещу, что удалось выяснить в посольстве.