Чтение онлайн

На одной из площадей, куда меня затаскивает Джемма, стоит множество открытых лотков, где торгуют сувенирами ручной работы, игрушками, елочными украшениями, фигурками ангелов, шкатулками, керамическими кружками. Не успеваю я опомниться, как уже становлюсь счастливым обладателем фигурки Санта-Клауса и хрустального колокольчика. А также получаю приглашение покататься на катке в парке Миллениум — от парней лет на пять моложе.

— А может и правда пойдем завтра вечером? Ты каталась когда-нибудь? — спрашивает меня Джемма. Раскрасневшаяся и хорошенькая в нелепой шерстяной шапке.

— И не собираюсь начинать, — ворчу. Ноги в туфлях мерзнут, а тонкое пальто оказывается не лучшим выбором для такой погоды, — К тому же завтра я приглашена на Благотворительный Бал.

— Ох ну да, ты же у меня важная персона, — подмигивает подруга и ведет в специально построенный домик, где можно погреться и перекусить рождественской выпечкой, горячими закусками и напитками.

На контрасте с этими посиделками прием, на котором я оказываюсь на следующий день, выглядит холодно и пафосно. Но я должна быть здесь. Некоторые из присутствующих — мои клиенты, кого-то я только планирую заполучить. К тому же, на аукционе будет выставлен великолепный экземпляр желтого сапфира от моей компании, что привлечет нужное внимание.

Когда объявляют этот лот, я подхожу ближе к сцене. И с удовлетворением отмечаю, что его выкупают за более чем достойную цену.

Несколько человек, что стоят рядом, восхищаются моей щедростью, а я вежливо улыбаюсь. Кто-то должен был купить камень, кто-то — пожертвовать на благие цели, прочие — заметить это. Стандартные игры в большом городе.

Никогда не заменят мне игры камней… но и это часть моей работы.

— Мне кажется тот сапфир не так хорош, как его хозяйка, — мужской голос заставляет обернуться.

Высокий шатен с посеребренными сединой висками мне не знаком. Но я не могу не поддаться очарованию его слов и улыбки. Принимаю протянутый бокал шампанского и наклоняю голову:

— Вы разбираетесь в ювелирных камнях?

— Я разбираюсь в женщинах. И когда вижу настоящую драгоценность… не могу не попробовать заполучить её.

— В свою коллекцию? — усмехаюсь.

А он хорош.

В меру нагл, не обделен харизмой и точно знает, чего хочет. Может это и есть то, что мне нужно в длинные холодные дни?

— Поверьте… — рука скользит по моему запястью будто случайно, — вы станете вершиной моей коллекции.

— Вряд ли. Этот камень давно уже не в свободном доступе.

Нас резко прерывают.

— Холл? — я не могу поверить своим глазам. Но Деймон и правда стоит рядом и, несмотря на смокинг, больше выглядит «плохишом», нежели представителем богатого сословия. Особенно когда смотрит на своего соперника. — Что ты делаешь в Чикаго?

— Возвращаю тебе танец.

Он подает мне ладонь, а я, все еще ошеломленная его появлением, механически отдаю бокал проходящему мимо официанту и иду за ним.

Горячая рука обвивает талию и прижимает к мужскому телу так плотно, что между нами не остается пространства, а у окружающих — даже сомнений в наших отношениях.

— Холл, только не говори, что ты собираешься меня изнасиловать прямо во время танца, — ко мне возвращается язвительность и самообладание.

— Не моли об этом так громко, Хендерсон, — он усмехается, — Ты же знаешь — правила приличий не для меня. А значит я могу откликнуться на твою просьбу.

Он прогибает меня в пояснице, а потом снова привлекает к себе. Стискивает. Будто соскучился.

Я тоже соскучилась… Огонь в его глазах воспламеняет мою кровь, а в горле пересыхает.

— Кажется я поняла… — говорю непривычно низким голосом, — ты отвлекаешь меня, пока Митч окучивает какого-нибудь толстосума. Так вот, ты просчитался — я уже сделала здесь все, что запланировала.

— Я больше не работаю с ним. Его вообще нет в стране.

— Что? — я и правда удивлена. — Не ожидала.

— Что я расстанусь с человеком, который заставил расстаться нас с тобой? — в его глазах — вопрос. И, кажется, он вообще не имеет отношения к озвученным словам.

— Мы и сами во многом ему помогли, — говорю мягко, не отрываясь от его лица. Это — Холл. Бабник, бородач, наглец. Но черт возьми, как же я рада его видеть!

— У нас могло бы получиться… — упрямится Деймон.

— Тогда — вряд ли. Не думаю, что мы бы продержались долго.

— А сейчас? Сейчас может?

У меня сбивается дыхание, и я в очередной раз задаюсь вопросом, что он здесь делает. И понимаю, что и сама знаю ответ.

Мой шаг ему навстречу тогда был прыжком через пропасть.

Его похож на движение по тонкому льду, который вот-вот проломится.

Но ведь это тоже шаг…

— У Вселенной странное чувство юмора, — говорю тихо, — Я думаю она будет долго хохотать, когда узнает, что сошлись стерва Хендерсон и плохиш Холл…

— Главное, чтобы не смеялась ты, — заверяет меня серьезно, а потом отводит в сторону — в угол за колонной.

— Мы и так достаточно развлекли публику, потому я бы хотел сделать этот подарок тебе наедине.

Он достает небольшую коробочку и протягивает мне.

Я медлю. Мне просто страшно… но потом я все-таки беру её и открываю.

И чувствую, как перехватывает дыхание от восторга и ужаса.

Холл

Взгляд Аманды, когда она увидела кольцо, запомнится мне, пожалуй, на всю жизнь. И станет одним из самых теплых воспоминаний.

Восторг, неверие, шок и… огромное счастье.

Она жмурится ненадолго, будто пытаясь прикрыться от блеска камня и своих эмоций, а потом достает солитер (классический гладкий ободок с одним камнем, прим. автора) с изумрудом чуть дрожащими пальцами и в изумлении качает головой:

— Это же он…

— Да.

— Но как? Я думала ты отдал его заказчику.

— Я умею пускать слухи… А заказчик получил таки свой самоцвет от другого охотника.

— Но ты же перечислил мне деньги за продажу!

— Что ж… пришлось опустошить свои счета.

Нервно смеется. А потом задумывается:

— Получается… по итогу это кольцо обошлось тебе больше чем в полмиллиона? Холл, а я и не знала, что ты настолько богат. Иначе позвонила бы тебе первой…

— Заткнись, Хендерсон, — рычу, — И дай мне сюда свой чертов палец.