Чтение онлайн

Наконец ему удается разыскать также разоблачительные доклады одного шведского и двух американских миссионеров и прочитать незадолго до того опубликованную Белую книгу британского парламента о процессе Лотэра.

Он убеждается в том, что правительство государства Конго отвергло все содержащиеся в этих документах обвинения как необоснованные и что Керзон, товарищ министра иностранных дел Англии, защищал в палате общин методы управления «Черным государством» от обвинений сэра Чарльза Дайлка.

Вернувшись в Ливерпуль, Морель углубляется в изучение торговой статистики и приходит к удивительному открытию: оказывается, что Конго вопреки всем законам экономического развития молодых колоний с 1896 года ввозит товаров ежегодно всего на один миллион фунтов при общей стоимости экспорта в семь миллионов фунтов, причем девяносто процентов экспорта составляет каучук.

Далее Морель узнает, что акции компаний, вложивших свои капиталы в Конго, продаются на биржах Лондона, Брюсселя, Парижа, Амстердама, Берлина по цене, в пятьдесят раз превышающей их номинальную стоимость. Акционеры этих компаний получают дивиденды в размере до восьмисот процентов. А возвращающиеся в Бому суда по-прежнему везут в своих трюмах винтовки и боеприпасы.

И, наконец, официальные документы, к которым Морелю удалось получить доступ, убедили его в том, что бельгийский парламент не осуществляет никакого контроля за управлением государством Конго, что Леопольд II самолично издает законы для своей колонии и что министерство по делам Конго исполняет лишь функции механизма, автоматически утверждающего повеления монарха, чтобы придать коммерческим аппетитам и неблаговидным приемам его величества видимость законности.

Морелю становится ясно, что импорт оружия и убийство Стокса, восстание в округе Руби-Уэле, осуждение Тилькенса и оправдание Лотэра, как и любой случай убийства, грабежа, истязаний, разрушений, голодной смерти и тюремного заключения, экспорт, в семь раз превышающий импорт, и десятки тысяч истребленных туземцев — все это результат системы «цивилизации» Конго, введенной Леопольдом.

Однажды утром он входит в кабинет сэра Альфреда Джонса.

— Мне хотелось бы сообщить вам некоторые факты относительно обстоятельств, обусловливающих доходность вашей фирмы, сэр, — начинает он. И подробно рассказывает шефу о выводах, к которым он пришел в результате длительного изучения различных материалов.

Глава фирмы молча слушает.

— Сэр! Я понимаю, что ваше выступление за ликвидацию этих условий может принести фирме «Элдер Демпстер» лишь снижение ее доходов. И тем не менее я прошу вас вмешаться!

Поглаживая седую окладистую бороду, сэр Альфред, Джонс спрашивает без тени улыбки:

— Вы уверены, что ваши выводы верны во всех пунктах?

— Абсолютно.

— Не раз делались попытки бросить тень на некоторые отрасли экономики, связанные с колониями. Из политических соображений.

— Как бы там ни было, но, если успехи строятся на порабощении людей, защищать такие методы преступно.

Джонс кивает в знак согласия.

— В будущем месяце я собираюсь ехать в Брюссель. Хоть я и далеко не так тонко разбираюсь во всех этих делах, как вы, господин Морель, тем не менее постараюсь сделать все, что в моих силах.

Поверив, что такой авторитетный человек, как сэр Джонс, несомненно, сдержит свое слово, Морель принимается за исполнение своих служебных обязанностей.

По возвращении из Брюсселя шеф приглашает его к себе.

— Король обещал провести ряд реформ, — начинает он без всяких предисловий. — Перечисление всех шагов, которые я предпринял по известному вам делу, заняло бы слишком много времени. Важно, что меня заверили: скоро многое изменится — таможенные инструкции, закон об армии…

— Когда? — в упор спрашивает Морель.

Шеф неопределенно пожимает плечами.

— Королю нужно время, чтобы все обдумать. Такие важные решения не принимают скоропалительно.

— А принудительные работы? А аресты?

— Надо подождать.

— Но это мы делали и прежде, сэр. Покончить с безобразиями в Конго можно только одним путем: коренным изменением системы управления.

— Но ведь я уже сказал вам, — раздраженно повторяет Джонс, — что король обещал…

— Конечно! Чтобы не попасть в затруднительное положение, он прикажет немного уменьшить таможенные тарифы и передаст германским фабрикантам подряды на снабжение консервами его милиции в Конго. Кому будет польза от этого? Разве неграм?

— Я вас не понимаю, — сдержанно отвечает сэр Альфред Джонс. Тут Морель начинает соображать. Седовласый делец вовсе не желает терять часть своих доходов из-за каких-то там туземцев. Значит, ему придется начать борьбу в одиночку. Ему, Эдмонду Дину Морелю, журналисту, не имеющему ни связей, ни состояния, ни влиятельных друзей, лишенному поддержки, защиты, титулов, придется бороться с могущественным королем, состояние которого исчисляется миллионами, который связан узами родства с двадцатью правящими династиями, с искусным дипломатом, поддерживаемым князьями церкви и банкирами, в распоряжении которого имеются все средства воздействия на общественное мнение.

Морель уточняет обстановку. Еще и еще раз просматривает документы, литературные источники, свои заметки, карты и таблицы и сравнивает основные данные.

А в эти дни в Южной Африке мультимиллионер Сесиль Роде, бывший премьер-министр Капской колонии, выгребает черные алмазы из песчаной почвы страны, завоеванной по его инициативе и названной его именем [Роде — Родезия. — Ред.]; по приказу фельдмаршала лорда Китченера, графа Хартумского, в интересах британской колониальной политики истребляются тысячи буров; германский кайзер разжигает у своих войск, отправляющихся на подавление боксерского восстания в Китае, жажду крови.

В это самое время некий журналист, вынужденный зарабатывать на жизнь службой в пароходной компании, объявляет из Ливерпуля крестовый поход за гуманность и чистоту совести.

Серия его статей под общим заголовком «Скандал в Конго» выходит анонимно на страницах лондонского «Спикера» и производит сенсацию. Депутаты палаты общин Мэл Уэйверс и сэр Чарльз Дайлк приглашают Мореля на секретное совещание.

— Чего вы, собственно, добиваетесь? — спрашивает его сэр Чарльз Дайлк. — Ведь одним лишь устранением старых порядков в Конго делу не поможешь.

— Необходимо ввести новую систему управления, основанную на современном принципе развития колониальной экономики, — убежденно возражает Морель.

— Как же вы себе представляете эту систему?

— С удовольствием объясню вам, сэр, как я понимаю этот современный принцип.

И Морель рассказывает, к каким выводам он пришел в результате многолетнего изучения и сопоставления различных материалов.

В противоположность тому методу, которым пользуются многие европейские государства при получении сырья из стран Экваториальной Африки, объявляя колонизуемую страну собственностью соответствующего европейского государства или финансовой группировки, используя рабский или плохо оплачиваемый труд туземцев и планомерно расхищая богатства страны, имеется второй метод, сущность которого заключается в том, что туземцы не лишаются прав собственности, а считаются свободными людьми, причем мероприятия правительственных органов помогают им освоить природные богатства страны, постепенно приближая ее к экономическому расцвету.