Чтение онлайн

Меж тем захват, сооруженный Колонелло, достиг того, что было на дне озера. Колонелло перехватил веревку у Ванятки, напряженно стал то поднимать, то опускать клещи в подводной бездне.

— Есть! — просипел он наконец, и потянул веревку вверх.

Вверх захват пошел, это заметили все — с натугой.

Артем Владимирыч перестал дышать. Подняв нечто темное почти до поверхности воды, Колонелло вдруг сделал рывок рукой. Клещи вылетели из озера с захваченным предметом и с глухим звоном шлепнулись на пол позади людей.

Князь Гарусов первым подскочил с факелом к несуразному комку, захваченному клещами.

— Обожди, княже! — крикнул Баальник, самодельным ножом развертывая комок.

Клещи захватили в озере, на глубине примерно двадцати сажен, обрубок человеческого плеча с головой и рукой. На руке болтался конец кандальной цепи тонкой, но прочной работы, доселе невиданной никем из стоящих на берегу озера.

Князь долго кашлял, отвернувшись.

— Да, хороша водица, что мы пьем, — сказал он наконец.

Кожа с головы порубленного свисала лохмами, да и плоть провисала, обнажая кость. Баальник умело покрутил обруч кандалов, стянул их вместе с куском плоти. Поднес тонкий обруч с куском цепи к огню факела. Повертел и так и этак.

— Ни клейма, княже, ни зарубинки. Кто там, в той глыби, утоплен, когда? Зачем?.. Не скажу. Вода, одначе, ледяная… Плоть может так храниться веками… То я знаю… видал уже, в сибирских горах, подо льдами…

Повертел кольцо с цепью и Колонелло.

Отвязал от поясного ремня свою зрительную трубу, свинтил большой окуляр и в ту лупу стал глядеть на кольцо изнутри. Кольцо вовсе не пострадало от воды, даже тускло блестело. Тут и князь немедля подсел к Колонелло со своим факелом, не обращая внимания на оклик Баальника, рукой расправил лохмотья кожи на голове и на плече.

— Черная кожа, — тихо сказал князь, — черная… как у эфиопов…

— Вот, погляди… еще… — Колонелло протянул князю лупу, — ты же все время этим бахвалишься…

Под сильной обовыпуклой стеклярной лупой на внутренней стороне обруча ручных кандалов Артем Владимирыч увидел малый, с пшеничное зерно, но очень четкий оттиск знака нетеру-надсмотрщиков. Зрак с крыльями.

— Боже мой… Боже мой… — сказал князь и, сунув лупу Колонелло, подошел к огромному каменному кругу с дырой, что перекрывал вход в боковую пещеру. Не раздумывая, кинул внутрь факел. — Ванятка! Ноги поддержи! Толкай!

Ванятка утолкал князя в дыру на всю ширину каменного круга. Сапоги только торчали наружу.

— Тяни! — донесся глухой голос князя. Ванятка вытащил князя назад. Пока Артем Владимирыч отряхивался, все молчали. Артем Владимирыч наконец поднял голову:

— Кости там… человеческие. Огромная пещера, и одни кости на полу…

— Ладно! — завелся вдруг Колонелло. — Успеешь еще налюбоваться трудами своих предков, князь. Рабов они имели, однако, — не счесть! Завидно… Но раз ныне — решили идти до конца — так пойдем!

Он крепко привязал стальной ломик серединой за веревку, толкнул его в дыру камня. Потом веревку натянул, лом там, внутри пещеры с костями, уперся в края дыры, и получилось прочное крепление.

— Ваня! Тебе — плыть на ту сторону! — скомандовал Колонелло. — Обмотайся веревкой и плыви. Да разденься ты, орясина!

Вятский Ванятка, совершенно окостеневший от увиденного, мелко задрожал. Тут очухался и Баальник. Он содрал с Ванятки верхнюю одежу, оставив на нем лишь исподники. Обернул чресла Ванятки веревкой, но не в тягость, взял верьвиев оборот в два узла. Колонелло, не оборачиваясь на князя, подпалил еще три факела и перебросил их на ту сторону.

— Пошел, Ваня! — толкнул парня в темную воду Колонелло. — На той стороне золотом получишь за геройскую переправу!

Артем Владимирыч очухался от мешанины мыслей и стука крови лишь тогда, когда вятский проорал с той стороны:

— Одежу давай, Баальник, давай быстрее — в мороженого гуся обертаюсь!

На той стороне озера туннель подымался уже чутка вверх. Там же, недалеко от воды, стояла каменная колонна, то ли исчерканная как попало людьми, то ли холодным воздухом. За ту колонну вятский и привязал второй конец веревки. По натянутому вервию переправиться через озеро было легко даже старому Баальнику.

Осмотрели начало коридора, но далее не пошли. Решили дать обсохнуть вятскому Ванятке, честно награжденному Колонелло золотым цехином. А заодно требовалось и поесть. В пещере холод пробирался сквозь кожу и мясо, брал за кости. Выпили одну из двух прихваченных князем оловянных баклаг с водкой. Полегчало насчет холода.

— Колонелло, — неожиданно спросил Артем Владимирыч, а ты карту… ну, ту, настоящую, случаем с собой не прихватил?

— Не будь я таким запасливым, — к чему-то ответил Колонелло, — меня бы давно уже и на свете не было… Прихватил я карту. Конечно…

Он ногтем надорвал подклад своего уже пообносившегося черного камзола и вытащил трубкой свернутую карту. Развернул и протянул князю. Артем Владимирыч велел Баальнику поднести факел поближе. Сощурил глаза. Тотчас и Колонелло подал Артему Владимирычу линзу от зрительной трубы.

Князь шарил лупой по карте недолго — он знал ее наизусть. Пещера Бор Нор на той карте была. Отчетливо проявился в свете факела круг с отверстием. Под лупой прорезался и как бы план пещеры, все ее ходы и казематные тупики, невидимые с земли.

— Есть! — придушенно воскликнул Артем Владимирыч. — Есть выход! Верст полста еще идти строго на север, и будет выход!

Он ткнул черным от копоти пальцем в зеленую краску на карте, означавшую лес. По тому лесу, так было нарисовано, текла река, прорезавшая себе русло в камне старых гор. В долину той реки как раз и выводил туннель, по которому они собирались идти. Правда, там тоже был нарисован круг с дырой. Но главное было — туда дойти… Довести людей и драгоценный груз. Круг можно будет и продолбить. Хоть руками…

— А ведь китаезы могут про тот выход и знать, — прогундел в темени Баальник. — Сначала надо бы отчетливо разведать место… А, княже?

Князь рассмеялся довольным смехом. В этот момент далеко позади снова ударила пушка. Через мгновение выстрел повторился. Потом еще раз ухнуло. Стены тоннеля завибрировали…

Китайцы ни с того ни с сего стали вдруг бить в дыру арбалетными стрелами с горящей на них паклей. Стальным каленым стрелам загородь мешала, а вот огню — нет. Китайцы пропитали паклю хорошим маслом — оно горело прилипчиво и быстро. Вот уже и дерево телег схватилось огнем!