Чтение онлайн

Да что такое со мной происходит?!

– Я заблудилась, простите, – пробормотала я и, резко развернувшись, бросилась снова бежать.

– Подожди… – донеслось мне в спину, но я не стала оборачиваться, проскользнув мимо Сефера и его приятеля.

Разум определил путь своеобразно. Выход там, откуда показались всадники. Так что туда я и бежала, наплевав на ноги, которые снова заболели, и сбившееся дыхание.

Ветер шумел в ушах, ноги окончательно промокли, не выдержав очередного испытания лужами. Я быстро оглянулась и, не обнаружив преследования, с облегчением выдохнула и свернула в ближайший проулок, обессиленно прислонилась к стене какого-то здания и прикрыла глаза.

Не знаю, как я еще стояла на ногах. Последний рывок выпил остаток сил. Резко дернув завязки плаща, непонятно как державшегося на плечах и теперь душившего, я сняла его и сбросила на мостовую. Обхватила рукой шею, пытаясь прогнать комок в горле и восстановить дыхание.

– Ты быстра, но недостаточно, чтобы скрыться от меня… – Тихий голос, немного хриплый, но ровный и… совсем рядом.

В полной панике я открыла глаза и едва не сползла вниз на мостовую. Ноги отказывались держать, сердце снова забилось как ненормальное, дыхание сбилось, а голова закружилась от недостатка воздуха.

Словно завороженная, я смотрела на Сефера, на его шею, видневшуюся в распахнутом вороте рубахи, на глаза, что были серыми, а сейчас стали темнее, чем сама бездна, и понимала, что сейчас самым позорным образом лишусь сознания. Предвестники обморока уже порхали перед моим взором черными мушками, а лицо покрылось холодной испариной.

– Ты в порядке? – обеспокоенно спросил меня он.

Я глупо кивнула и, кажется, даже улыбнулась, а потом сделала то, что и следовало ожидать еще пару часов назад, – потеряла сознание.

Очнулась я оттого, что меня нежно гладили по щеке немного шершавой рукой, потом терли виски какой-то пахучей гадостью и на десерт – усиленно прикладывали к плотно сжатым губам что-то воняющее алкоголем.

Не знаю, от чего конкретно я очнулась, но вот от запаха спирта меня элементарно затошнило. Рванувшись вперед, дабы избавиться от аромата, доносившегося из фляжки, обнаружила себя лежащей на руках Сефера, который умудрялся одновременно обнимать меня и совать под нос вонючую жидкость.

– Тише, – мягко сказал он мне, – выпей. Это взбодрит тебя. – И опять сунул мне под нос свою фляжку.

Меня снова замутило, и я, зажав нос рукой, оттолкнула «лекарство».

– Убери, – процедила сквозь сжатые губы.

Сефер недоуменно на меня посмотрел, но послушно закрутил крышку и отбросил фляжку в сторону.

– Ты не пьешь? – уточнил он.

– Мне плохо от алкоголя, – зачем-то призналась я.

А затем он снова провел рукой по лицу и вдруг неожиданно поднялся, продолжая удерживать меня на руках. Стиснул и прижал к себе еще сильнее.

И… я снова забыла, как надо дышать. Едва вдохнула его запах, в голове закружил туман, а по венам словно огонь потек вместо крови. И все, что мне захотелось, это чтобы меня еще крепче обняли, обожгли поцелуем губы и не дали сделать то, что я собиралась предпринять в ближайшее время, – умудрится сбежать.

– Ты невероятно пахнешь, – выдал Сефер и выполнил первую часть моих неозвученных пожеланий: сжал в объятиях и уткнулся носом в шею. – Я с ума схожу от твоего запаха. Он, как сладкий яд, проник в кровь и никак не желает уходить.

О боги, видно, правду говорят: дурак дурака видит издалека. В нашем случае – два нюхача нашли друг друга.

А тем временем Марк продолжал непонятным образом угадывать и исполнять мои желания. Скользнул губами по шее, нежно прихватил мочку уха и нашел губы.

В этот момент здравый смысл окончательно покинул мою дурную голову и ему на смену ворвались инстинкты.

В себя я пришла, лишь когда на лицо упали первые крупные капли начинающегося ливня. Первая, вторая, третья, а затем небо разверзлось, и на нас обрушился водопад.

Оторвавшись от Сефера, я удивленно посмотрела вверх, ловя пересохшими губами холодную воду, остужая пылающее лицо и восстанавливая потерянное дыхание.

Переведя взгляд на Маркуса, я обнаружила себя обнимающей его за шею и прижавшейся так сильно, что вряд ли между нами можно было просунуть ладонь. А он, в свою очередь, тоже не терял времени даром. Его руки настолько крепко сжимали мою талию, поглаживали спину, трогали бедра, что каждое прикосновение разжигало огонь, и казалось, что меня обнимал не обычный мужчина, а сам Ворг. Только бог войны обладал способностью воспламенять прикосновениями, и его последователь однозначно пошел по стопам покровителя.

– Дождь, – зачем-то сказала я странно охрипшим голосом.

Сефер улыбнулся, окончательно распустил мне волосы, играя прядями, а потом снова подхватил на руки, придерживая за бедра и вынуждая обхватить его ногами, прижал спиной к стене. Томительно-медленно погладил плечи, слегка сжал грудь, поднялся выше, обхватив лицо ладонями, и… поцеловал – сильно, яростно, сводя с ума и ловя полувсхлип-полустон, слетевший с моих губ, своими. Я зарылась пальцами в его волосах, одновременно прогибаясь и подставляя под жадные губы шею и грудь, притягивая к себе еще сильнее, заставляя обнимать еще жестче, отбросив нежность, и вжимать в стену до боли в спине. Целовала и сама, кусала и тут же нежно проводила языком, слизывая выступившие капли крови, смешанные с дождевой водой. Я настолько сильно сжала ногами его бедра, что у меня заболели мышцы, и, забыв обо всем, судорожно пыталась извернуться, чтобы расстегнуть рубашку и добраться до его тела, не разомкнув при этом тесных объятий. И мне почти удалось это, когда я в очередной раз запрокинула голову вверх, переводя дыхание…

К счастью, вода, лившаяся с небес плотной завесой, на этот раз не дала мне снова впасть в состояние безумия, сохранив ясность ума и вернув в реальность.

Да что со мной происходит? Я веду себя как последняя шлюха. В проулке, с незнакомцем, пусть меня и тянет к нему неимоверно, но я же не животное в период течки, чтобы вот так… забыв про все – гордость, достоинство, честь, не помня себя от страсти…

– Отпусти, – потребовала я, уворачиваясь от вездесущих губ.

– Никогда, – хрипло сообщил он и снова обжег поцелуями.

– Пожалуйста, – еле сохраняя способность разумно мыслить, попросила я, понимая, что еще немного – и сама не захочу, чтобы он останавливался. – Не так… не здесь… я не могу так…

Почти рычание в ответ, а руки так сильно стиснули мое тело, что почти наверняка останутся синяки, но… все-таки отпустил, аккуратно поставив на мостовую.

Ноги дрожали, отказываясь держать меня в вертикальном положении, и я снова уцепилась за его плечи, сохраняя равновесие.

А потом он надел на меня куртку, так пахнувшую полынью, солью и им. Привлек к себе, уткнулся носом в волосы, а руки снова скользнули вниз по спине.