Чтение онлайн

17 декабря.

04. 47. Бауманн докладывает: установил контакт с конвоем.

06. 05. Видим одну из наших лодок. Предположительно – Бауманна.

07. 45. Бауман докладывает: контакт потерян.

08. 26. Штаб даёт указание «кондору» следить за конвоем.

10. 12. Дым.

10. 47. Шольц докладывает позицию конвоя.

12. 10. Слышны восемь-десять взрывов.

13. 45. Какая-то подводная лодка.

13. 55. Три дымовых облака в её направлении.

14. 04. Самолёт, пеленг 150 градусов, сбросил бомбы и ушёл.

14. 10. Самолёт сбросил ещё бомбу. На горизонте, пеленг 160 градусов, курсом 060, какая-то подводная лодка. Предположительно – Бауманна.

14. 15. Бауманн сообщил, что его лодка лишилась мореходности и что его преследуют четыре эсминца (Уокер).

14. 46. Срочное погружение. Летающая лодка. Не можем, увы, помочь Бауманну.

15. 55. Всплыли.

15. 59. Срочное погружение. Приближалась летающая лодка.

17. 45. Снова всплыли.

18. 19. Гельхаус сообщил о контакте с конвоем.

18. 41. Срочное погружение. Группа самолётов.

19. 55. Всплыли. Штаб-квартира запрашивает Бауманна и Хансманна об их позициях. Ни один не отвечает.

Воскресенье, 22 декабря.

00. 05. Большой силуэт. За ним корабль охранения. Это было большое судно в 10 000 тонн, высоко сидящее в воде, с очень длинным баком. Предположительно, судно с авиакатапультой. [23]

00. 23. Залп пятым и шестым торпедными аппаратами. Промах. Впереди нас авиационная плавбаза с шестью кораблями охранения, в кильватере ещё два патрульных корабля. Корвет пускает осветительные снаряды, некоторые падают в неприятной близости от нас. Верхней вахте приказ вниз. Патрульный корабль в 800 метрах от нас. Срочное погружение.

00. 48. Восемь взрывов глубинных бомб. Никакого эффекта.

00. 55. Ещё двенадцать. На этот раз ближе.

01. 30. Неуверенные шумы эсминца и корвета.

01. 44. Четырнадцать весьма точных взрывов глубинных бомб.

02. 09. Ещё пять, столь же точных.

02. 38. Ещё два, тоже. Лодку сильно тряхнуло.

02. 48 – 02.56. В гидрофон слышим передвижения кораблей противника.

03. 08. Корвет уходит.

04. 30. Всплыли. Конвой потерян.

10. 36. Настоящая позиция – 600 морских миль к северо-западу от Финистерре.

16. 28. Флаксенберг сообщил, что обнаружил конвой.

Когда мы всплыли на поверхность, то обнаружили, что оставляем след шириной в двадцать метров. Повреждение найдено и устранено. Увидев пятна топлива, на корвете, очевидно, подумали, что потопили нас. Потому он и ушёл.

22 декабря.

09. 21. Радиограмма из штаб-квартиры подводных лодок: прекратить операцию против конвоя и возвратиться на базу.

Что же тем временем происходило с «U-131»?

Верный традициям подводного флота, фрегаттенкапитэн – капитан 2 ранга – Арендт Бауманн остался на своём корабле. Он стоял на мостике, вода уже перекатывала через надстройку. Он посмотрел на команду. Его люди успели надеть спасательные жилеты и теперь плыли в тёплой воде, им больше ничто не угрожало.

Не обманывает ли его слух? Смешиваясь с тихим шелестом воды и нежным посвистыванием тёплого ветерка, до него донеслись звуки национального гимна, вначале еле слышные, а потом все более громкие, по мере того, как все больше плывущих присоединялось к хору. Бауманн взял в руки бинокль. Бинокль не должен достаться противнику. Вешая его на перископ, он почувствовал боль в сердце, словно расставался с лучшим другом.

«Почему мне не оставить корабль? – промелькнула в голове Бауманна мысль. – Традиция? Это так свято, так благородно – вот так жертвовать собой?»

Ответа он не нашёл. Он вряд ли чувствовал эту тёплую воду, плескавшуюся у его ног и медленно поднимавшуюся всё выше и выше. Его правая рука ещё не разжалась на ремне бинокля. Через его стекла он видел так много мирных многоцветных картин. Но всё это было до 1939 года. В те дни…

«Прыгай, парень. Спасайся. Тебя засосёт, и утонешь, как крыса. Почему такая слабость в ногах? И тело неспособно пошевелиться. Утону, не утону – на все воля Божья».

Вода дошла до бинокля. Неужели это единственная вещь, которую он любит? Это не просто его вещь, это часть его самого.

Но Бауманн не прыгнул в воду.

Лодка ушла под воду и с ней ушёл под воду Бауманн.

Корабль потянул его вниз, а потом его выбросило на поверхность, он инстинктивно заработал руками и ногами.

Полчаса спустя он невредимым оказался на борту британского эсминца. Отнеслись там к нему по-доброму, обходительно, его осмотрел врач.

На следующее утро, когда Бауманн и офицеры с его подводной лодки завтракали в офицерской кают-компании, появился посыльный.

– Наилучшие пожелания от командира, сэр. Не смогут ли немецкие офицеры подняться на палубу?

– Передайте командиру мои наилучшие пожелания и скажите, что мы завтракаем и придём, как только закончим.

Посыльный ушёл, но через пять минут вновь появился с новой просьбой от командира, чтобы немецкие офицеры поднялись на мостик. Бауманн оставался вежливым, но твёрдым.

– Пожалуйста, скажите командиру, – спокойным тоном произнёс он, – что у нас не принято беспокоить людей во время еды. Мы придём позже.

Посыльный пришёл в третий раз.

– Это приказ командира, сэр. Немецкие офицеры должны подняться на мостик.

Бауманн положил нож и вилку.

– Очень хорошо, – сказал он. – Пойдёмте.

Медленно, безо всякой спешки все поднялись на мостик. Там царило невообразимое возбуждение. Все смотрели на правый борт. Бауманн тоже посмотрел туда, куда смотрели все. Там он увидел германскую подводную лодку, плывущих в воде людей и катер с эсминца, направляющийся к лодке.

Бауманн взглянул на довольное лицо британского командира.

– Мы собираемся высадиться на неё и отбуксировать домой, – произнёс командир с самоуверенной улыбкой.

Внезапно раздался сильный взрыв, и Бауманн увидел, как лодка исчезла в облаке дыма и пошла ко дну. Катер отвернул вовремя. Ещё немного, и его разнесло бы вместе с лодкой. Бауманн улыбнулся. Британский командир был вне себя от злости.

– Спасибо, командир.

Бауманна и его офицеров отпустили с мостика.

Через четверть часа на борт эсминца взобрался Хайда. Встретившись с Бауманном, он сообщил:

– Команда цела, лодка затоплена.

– Двойное утешение, Хайда, хотя и горькое.