Чтение онлайн

Как команда, мы занимаемся своими обычными делами, собирая доказательства, опрашивая свидетелей и тщательно анализируя данные. И все это время реальность и правдивость ситуации постоянно находятся на задворках моего сознания.

В конце дня Дерек отвозит меня домой и высаживает, заявляя, что он вернется, но ему нужно кое-что сделать. О чем, конечно, он не собирается рассказывать мне никаких подробностей.

Когда Дерек уезжает, я захожу в свой арендованный дом, усталость начинает давить на меня. События дня вкупе с необходимостью держать в секрете мою истинную причастность к смерти Марка накладывают на меня свой отпечаток. Не говоря уже о том, что я официально бодрствую уже 36 часов подряд.

Я знаю, что у Дерека есть план, как справиться с ситуацией, но трудно не испытывать легкого беспокойства по поводу потенциальных последствий наших действий.

Я решаю принять еще один душ, чтобы очистить разум и смыть усталость, которая проникает в мои кости. Горячая вода успокаивает мою кожу, и на короткое мгновение я позволяю себе забыть об этом деле и секретах, которые мы храним.

Когда я втираю средство для умывания в кожу, моя рука касается живота, и мои мысли переключаются на другой вопрос, который не выходит у меня из головы. Они подделали мои противозачаточные. Они трахали меня в течение нескольких дней, зная, что я была в неведении относительно того факта, что я не была защищена, потому что они хотели этого таким образом.

Мне вспоминаются слова Дэра, когда он пришел ко мне посреди ночи, что они будут продолжать трахать меня и наполнять своей спермой, пока я не окажусь рядом с их малышами. Они знали, что делают и чего хотят.

В то время я отмахнулась от его слов, думая, что не было ни малейшего шанса, что это произойдет на самом деле. Но я ошибалась. И когда я думаю о такой возможности, это расстраивает меня не так сильно, как я думала.

Я знаю, что еще слишком рано делать тест на беременность, но одна только мысль о том, что я, возможно, ношу их ребенка, приводит меня в восторг. Когда я мысленно подсчитываю дни своего цикла, я понимаю, что жуткие психи, возможно, точно рассчитали время.

Качая головой, я выключаю душ. Это проблема на потом. Я надеваю чистую ночную рубашку и беру свой ноутбук, направляясь в гостиную. Мне нужно отвлечься, пока Дерек и Тристан не вернутся, неважно, сколько это займет времени.

Внезапный стук в дверь прерывает мои мысли, заставляя меня слегка подпрыгнуть. Я хмурюсь, находя странным, что кто-то действительно стучит в мою дверь. Я действительно никого здесь не знаю, а Дерек и Тристан не стали бы утруждать себя такими формальностями; у них были бы свои способы войти.

Я смотрю в глазок и вижу знакомое лицо — Джеймс. Мое сердце замирает при мысли о том, что мне придется встретиться с ним снова так скоро после эмоционально насыщенного дня, который мы только что пережили.

Я делаю глубокий вдох, пытаясь успокоиться, прежде чем открыть дверь. Джеймс стоит там с усталым выражением лица.

— Привет, Алекс, — мягко говорит он, с легкой улыбкой, которая не совсем достигает его глаз. — Извини, что беспокою тебя так поздно, но я просто хотел спросить, не могли бы мы поговорить.

— Это нормально, — отвечаю я, пытаясь быть понимающей. — Заходи.

Джеймс заходит внутрь, и я закрываю за ним дверь. Он выглядит так, будто у него много чего на уме.

— Извини, что врываюсь без предупреждения, — продолжает Джеймс, входя в гостиную, его взгляд метнулся к ноутбуку, а затем обратно ко мне.

— Все в порядке, Джеймс, — говорю я снова, — Хочешь немного воды? Это единственное, что у меня есть в доме на данный момент. До сих пор не было возможности пройтись по магазинам.

Он тихо посмеивается.

— Почему-то я не удивлен.

Я пожимаю плечами, не стыдясь, посмеиваясь про себя.

— Ты знаешь, как это бывает, когда я по уши погружена в дело, я всегда забываю обо всем остальном. Я бы, наверное, забыла поесть, если бы кто-нибудь другой меня не заставил.

Он улыбается мне, но я вижу в этом напряжение.

— Я тоже такой. Иногда, когда мы так сосредоточены на работе, все остальное просто отходит на второй план. — Он отходит к занавешенному окну, ненадолго выглядывает наружу, прежде чем провести ладонями по лицу. Он выглядит расстроенным.

— Все в порядке? — Обеспокоенно спрашиваю я.

Джеймс поворачивается ко мне и на мгновение колеблется, как будто пытается подобрать правильные слова.

— Я собирался спросить тебя о том же самом. Сегодня на месте преступления ты казалась другой.

Я хмурюсь, я думала, что скрывала это достаточно хорошо, чтобы не вызвать никаких подозрений, но Джеймс знает меня долгое время.

— Другой?

Джеймс кивает, а затем начинает расхаживать по гостиной:

— Я знаю, мы все справляемся с вещами по-разному, но мне показалось, что ты была отстраненной от всей ситуации, — огрызается он.

— Уверяю тебя, Джеймс, смерть Марка волнует меня так же сильно, как и всех остальных, — отвечаю я.

Он не отвечает, просто продолжает расхаживать по гостиной. Я вижу, что он все еще пристально смотрит на меня каждый раз, когда поворачивается в мою сторону. Мое беспокойство только возрастает, я должна быть осторожна, чтобы ничего не выдать, но, похоже, что-то вывело его из себя. Он ведет себя не как человек, которого я знаю сейчас.

Его руки запускают пальцы в волосы, сжимая пряди, а затем распуская их.

— Ты должна была уже найти этих засранцев!

Я никогда раньше не слышала, чтобы он так со мной разговаривал, но тон, который он использует, кажется, на секунду пробуждает воспоминание, прежде чем оно исчезает.

— Мы пытаемся, Джеймс. Нет никаких доказательств, которые можно было бы найти. Ничто не указывает нам, кто это делает. — Я стараюсь говорить как можно спокойнее, но мое сердце начинает бешено колотиться в груди.

Он перестает расхаживать и поворачивается ко мне лицом, его лицо наполняется яростью.

— Ты недостаточно стараешься! Я тот, кто тренировал тебя, Алекс, я знаю, что ты можешь добиться большего, чем это жалкое подобие усилий.

Мое сердце падает от его слов. Я внезапно чувствую себя такой разбитой. Он прав, он действительно тренировал меня с того момента, как я покинула академию. Я знаю его много лет, я ему предана.

Затем его взгляд останавливается на кулоне, который я ношу. Он прищуривается, делая шаг ко мне.

— Это очень красивое ожерелье. Где ты его взяла? — Его тон ничуть не утратил агрессивности, если уж на то пошло, теперь он стал еще хуже.