Чтение онлайн

Первой директивой, которая имела и продолжает иметь для нас огромное значение, является указание на необходимость осознания значимости крови и отбора. Это условие как имело силу в 1929 году, так и будет иметь ее до тех пор, пока будет существовать сам Охранный Отряд (СС).

Мы пошли тем же путем, каким идет занимающийся селекцией посевных семян работник сельского хозяйства, перед которым стоит задача возродить чистоту старого доброго сорта некой аграрной культуры, выродившейся вследствие смешения с другими видами. И подобно тому, как этот селекционер в начале своей работы проходит по полю, отбирая и, так сказать, выбраковывая, негодные растения, мы, обращая, прежде всего, внимание на чисто внешние характеристики, так же занимаемся отсевом тех людей, которых, как мы полагаем, не сможем использовать в структурах Охранного Отряда (СС).

На этом этапе мы концентрируемся на отборе тех, кто с физической точки зрения наиболее близок к идеалу, составляющими которого являются определенные для нордического человека характерные особенности. Внешние признаки, равно, как физические данные и расовое соответствие, играли и играют при этом важнейшую роль.

В том, что этот принцип с течением лет все сильнее развивался, приобретая все более четкую направленность по мере того, как увеличивался накопленный нами опыт, мне Вас уверять не нужно. В то же время я прошу Вас убедиться в том, что мы совершенно отчетливо осознаем абсолютную недопустимость пребывания процесса этого отбора в состоянии бездеятельности и застоя. Из года в год наши требования в этой сфере становятся все более категоричными, в то время, как, благодаря результатам проведения в жизнь германских расовых законов и все более активно пробуждающемуся пониманию значимости крови и правил отбора, начинается подлинный подъем человечества, несущего в себе германскую доминанту.

Весьма вероятно, что через сотню или более лет обстоятельства сложатся таким образом, что выдвигаемые нашими преемниками требования станут более детальными и будут многократно превышать ныне существующие.

Мы также знаем, что первичный отбор на момент подведения итогов осмотра внешних признаков — после изучения родословной и многократно проведенных дополнительных исследований — является лишь первым этапом, на котором во внимание принимается лишь самый элементарный принцип ведения отбора; что все годы жизни, проведенные в рядах Охранного Отряда (СС), должны сопровождаться процессом продолжающегося отбора, за которым должен следовать самый тщательный отсев тех, кто по складу своего характера, волевым и духовным качествам, оказывается, как несоответствующий критериям нашей крови, для нас непригодным.

Мы приняли законы, руководствуясь которыми в своей жизни, мы хотим защитить себя на все времена от того, чтобы любой отпрыск СС-овской семьи, зарегистрированной в «Родовой книге СС», имел бы на этом основании претензии на обладание какими-либо привилегиями или неоспоримыми правом на автоматическое зачисление в Охранный Отряд (СС). Совершенно напротив, мы хотим позаботиться о том, чтобы всего лишь часть сыновей этих семей была принята в наши ряды и признана нами в качестве членов Ордена СС, которые и в дальнейшем будут стремиться к постоянному ведению отбора, дабы в ряды Охранного Отряда (СС) смог влиться поток самой лучшей крови всего германского народа. — Именно эти соображения находятся в наиболее близком соответствии с основополагающим принципом отбора элиты нации.

Вторая директива гласит о тех достойных качествах, которые мы, как находящиеся в рядах Охранного Отряда, должны постараться привить себе и сделать неизгладимыми на века — речь идет о воле к свободе и боевом духе.

Честолюбие присуще нам издавна, и оно руководит нашим желанием одержать верх в любой борьбе, оказаться лучшими в любой ситуации. И мы при этом рады приветствовать каждого человека и любое формирование, чьи стойкость и боевой дух сопоставимы с нашими или превосходят их, ибо каждый из тех, кто подобен нам, полезен для Германии, а для нас явился бы подтверждением того, что наша собственная сила не так уж и велика, что мы должны удвоить наши старания, еще более облагородить свою волю к борьбе и закалить, по сравнению с прежней, свою собственную твердость.

Этой суровой школой, которая должна длиться всю жизнь каждого из нас, и в которой мы из года в год выдерживаем проверки своей стойкости, мы заботимся о том, чтобы мужество и боевой дух каждого из нас в отдельности, и, прежде всего, представителей командного состава, вновь и вновь подвергались испытаниям. Благодаря осуществлению непрекращающегося все эти контроля за требующейся от нас стойкостью, мы поставим надежный заслон возможности когда-либо втереться в наши ряды тому прекраснодушию, что столь часто становилось для германского народа смертельной опасностью. А в дальнейшем нашему содружеству, от личного состава которого в равной степени, вплоть до достижения преклонного возраста, требуется как физическая выносливость, так и наличие волевых качеств, просто останется в нужный момент отторгать от себя все то, что, может быть, и было бы хорошо в условиях спокойной и размеренной жизни, но, тем не менее, смогло бы, при столкновении с трудностями, понизить нашу, принадлежащую Германии, силу и ослабить наш боевой дух.

Третьей директивой названы имена необходимых для создания и существования Охранного Отряда (СС) достоинств — Верность и Честь. Оба этих понятия нерасторжимы друг от друга. Они изложены в двух тезисах — в словах девиза, которым нас наградил Фюрер: «Моя Честь зовется Верностью», и в положении древнего германского права: «Вся честь прибывает от верности».

Многое, как мы обучаем каждого воина СС, на этой Земле можно простить, и лишь только одно никогда — измену! Тот, кто нарушает верность, исключает себя из нашего товарищества, поскольку верность касается состояния души и сердца человека, но ни в коем случае его рассудка. Рассудок может сбиться с правильного пути, что, принося порой ощутимый вред, тем не менее, никогда не приводит к последствиям, которые невозможно, так или иначе, исправить. Но если прерывается пульс, и сердце останавливается, человек умирает, подобно тому, как погибает народ, нарушивший свою верность. Настоящим мы подразумеваем верность в любом ее проявлении. Это — верность Фюреру, а в его лице и всему нашему германскому народу, его знаниям, обычаям и характеру, верность крови, нашим предкам и нашим внукам, верность нашему роду, верность боевым товарищам и верность незыблемым законам достойного поведения, чистоты и рыцарского благородства. Поругание верности и чести происходит не только в тех случаях, когда некто пассивно и безропотно позволяет оскорблять свое достоинство или честь Охранного Отряда (СС), но, прежде всего тогда, когда, не считаясь с честью окружающих его людей, он издевается над святыми для них вещами или когда не выступает, как это положено, с подобающим мужеством на защиту тех, кто в данный момент отсутствует, кто слаб и беззащитен.

Четвертая директива дает указание на такое важное для нас достойное качество, как умение соблюдать повиновение; повиновение, которое, безусловно, имеет в высшей степени добровольное начало и проистекает из служения нашему мировоззрению, которое каждого из нас приводит в состояние готовности пожертвовать своей гордостью, внешним проявлением чести и всем тем, что нами лично так любимо и так нам дорого; повиновение, которое не допускает ни малейшего промедления, ни колебаний, но обеспечивает безоговорочное исполнение любого приказа, идущего от Фюрера или отданного на законных основаниях назначенными им начальниками; повиновение, в точности такое же, как и во времена ведения политической борьбы, когда любой из нас, даже если его воля к свободе была готова взбунтоваться, не смел нарушить молчание, и, находясь в состоянии напряжения всех органов чувств и полностью сосредоточив свое внимание на противнике, не шевелил и пальцем, если это было запрещено, и так же безоворочно повинуясь, бросался в атаку, даже если ему вдруг казалось, что он не в силах перебороть себя.

Мы честны настолько, что не утверждаем о себе, что всеми нами уже достигнуто предельно глубокое понимание этих законов. Однако мы полагаем, что можем твердо заявить, что, спустя шесть лет после своего образования, Охранный Отряд (СС), сформированный согласно приказу Фюрера, был построен и поныне живет в полном соответствии с указанными директивами. Мы знаем, что из года в год все больше воспитываем в себе и усваиваем указанные достойные качества, что, само собой разумеется, все больше и больше оказывает положительное влияние на каждого находящегося в рядах СС. Мы убеждены в том, что, когда спустя годы, раньше или позже — в зависимости от того, как этим распорядится судьба — нас, являющихся первой генерацией Охранного Отряда (СС), не будет больше на этой Земле, нам удастся передать эти достойные качества во всей полноте как свое драгоценное наследие и лучшие традиции тем, кто станет воинами СС после нас.

В соответствии с требованиям вышеупомянутых директив и с содержащимися в них указаниями на необходимые нам качества, мы, приняв для своего внутреннего пользования ряд законов, регламентировали тем самым жизнь нашего содружества и определили его путь в простирающееся перед ним будущее. — Первым из этих законов стало изданное СС в 1931 году распоряжение, предписывающее получение каждым эсэсовцем разрешения на помолвку и вступление в брак. Мы извлекли выводы из познания значения и ценности крови, и совершенно отчетливо осознаем, что было бы бессмысленно предпринимать попытку ведения отбора мужчин, являющихся расовой элитой и не думать при этом об их родственных узах. Мы не собираемся повторять ошибки воинских мужских союзов прошлого, которые, хотя и могли продлить свое существование в пределах нескольких сотен лет, но затем, вследствие отсутствия притока достойной крови и традиций кровного родства, неизбежно погружались в небытие. Обладая глубоким внутренним убеждением, мы знаем, что наше содружество только тогда будет в состоянии преодолеть путь, ведущий в будущее, если оно живет в глубоком почитании предков далекой седой старины и убеждено в происхождении своего народа из вечности. Мы знаем, что только в том случае, если осознание значимости крови целиком воспринимается как обязательство, как святой завет хранить неизменную чистоту своего рода — жизнь расы и народа вечна. Мы проникнуты убеждением, что только то поколение, которое подобно крепкому звену, прочно занимает свое место в цепи между предками и потомками, правильно воспринимает соотношение масштабов величия возложенных на него задач и обязанностей и всей малости своего собственного преходящего значения.

Мы узнали, что только обладающий таким убеждением человек даже в те времена, когда ему сопутствует успех, старается быть непритязательным и учится избегать ошибок высокомерия и самонадеянности, и что только такие люди выдерживают времена самых тяжелых нагрузок с тем же железным спокойствием, с каким они невзыскательно и по-спартански просто проживают в благополучное время. Поэтому, помимо Закона на разрешение вступления нашими эсэсовцами в брак, помимо воспитания для правильного выбора ими подобающей супруги, мы учим своих людей тому, что все наши битвы и сражения, гибель на полях Мировой войны двух миллионов, политическая борьба последних 15-ти лет, создание нашего Вермахта для защиты границ Германии оказались бы напрасными и утратили свой смысл, если за победой германского духа не следовала бы победа германского ребенка.