Чтение онлайн

— Мне сложно анализировать объективно. Я ведь тоже не святой. Но в данных обстоятельствах тебя сложно упрекнуть в потере веры.

Атаназ усмехнулся:

— А вы черствый человек, господин Рош.

— Я просто думаю, ты не из тех людей, которые любят, когда их утешают.

Улыбка мальчика погасла.

— Да, все верно.

Нихэль помолчал и, устав сидеть в полусогнутом положении, встал и сделал пару шагов в сторону горящей свечи.

— Я теперь попаду в Ад? — вдруг спросил Атаназ. Нихэль резко обернулся.

— Что заставило тебя сделать такой вывод?

— Ну, я же согрешил и все такое.

— У тебя есть еще грехи, мальчик?

Атаназ задумался.

— В школе один парень специально столкнул мою одноклассницу с лестницы, и та сломала ногу. В отместку я стащил его кошелек и отдал содержимое в благотворительную организацию. По-моему, что-то там с природой связанное.

Нихэль расхохотался. Мальчик обижено воззрился на него.

— Почему вы смеетесь? Меня совесть месяц потом мучила!

Мужчина с трудом сумел успокоиться и смахнул выступившие слезы.

— Всегда забавно видеть таких праведных личностей, — сказал он, проводя рукой над пламенем свечи.

— Праведных? — недоверчиво переспросил Атаназ. — Разве это был не грех?

— Ты забыл, что мне сложно судить объективно. — В прозрачных глазах Нихэля, в которых теперь плясали отблески пламени, появилась хитринка.

— Да, мало от вас пользы, — притворно вздохнул мальчик и улыбнулся.

Нихэль улыбнулся в ответ, но через секунду его лицо приобрело серьезное выражение.

— Чтобы от меня был хоть какой-то прок, я передам тебе некое ценное знание, которое я приобрел совсем недавно.

— Какое? — Мальчик с любопытством подался вперед, но тут же рухнул снова на подушку.

— Не переутомляйся. — Нихэль подошел ближе к кровати. — Сначала скажи, какой ты сделал вывод из нашего разговора.

Мальчик призадумался.

— Ну, судя по всему, в Ад я не попаду, что не может не радовать.

— Ты и правда храбрый, раз так просто говоришь об этом.

Атаназ отмахнулся.

— У меня нет лишнего времени. Ни времени на испуг, ни времени на мысли о страхе. Я реалист, насколько могу себе это позволить.

Нихэль смотрел на мальчика и видел лишь изможденное тело. Как странны забавы судьбы. Едва тлеющий уголек жизни способен вмещать настолько сильный дух. Печальная утрата для мира.

— Кроме Ада и Рая, есть еще одно место, в котором не хотел бы я пожелать очутиться твоей душе, — начал Нихэль.

— Вы о Чистилище? — перебил его Атаназ. — Место не из приятных. Не хотелось бы проходить, конечно, те местные процедуры очищения. Православным на этот счет проще: Рай и Ад — больше ничего. Туда или сюда и баста.

Мальчик пытался шутить, но Нихэль его не поддержал. Увидев мрачность на лице собеседника, Атаназ смолк.

— Я говорю не о Чистилище, мальчик. А о другом месте. Месте, достаточно молодом еще, не успевшем просуществовать и десяток лет. О существовании его я сам узнал совсем недавно.

В комнате сгустилось напряжение. Мальчик внимательно смотрел в глаза Нихэля, стараясь предугадать дальнейшие слова.

— Что это за место?

Мужчина отвлекся от созерцания свечи. Казалось, он смотрел на пламя, чтобы избавиться от удручающих его мыслей.

— Имя ему «Обитель Душ». Оно наполнено пустотой и рождено пустотой. Оно не ведает различий — и праведники, и грешники — ему все равны. Душа любого может оказаться там, в оплоте разложения жизни. Нематериальное не может гнить, но там даже душа обречена на вечное гниение.

— П-почему вы решили поделиться этим знанием? — Голос Атаназа предательски дрогнул.

Нихэль печально склонил голову.

— Знай, я не говорю это отчаявшемуся и потерявшему себя человеку, потому что ты не такой. Я рассказываю это путнику, находящемуся в начале его пути. Смертного, но все же пути.

Атаназ громко сглотнул и сжался в комочек. Нихэль продолжал говорить:

— Мне неведомо, как попадают в Обитель Душ и есть ли выбор. Но я хочу сказать, если вдруг тебе предоставят этот выбор, никогда не обращай взор свой в сторону Обители Душ. Слышишь? Никогда!

В глазах Нихэля вспыхнул непонятный огонь, и он устремился к двери.

— Господин Рош!

Нихэль остановился, но не повернулся. С каким-то своим внутренним удовлетворением он отметил, что тон мальчишки остался прежним. Он не испуган, а значит, для него не все потеряно. Может быть, не в этой жизни, но там, за завесой существования, Атаназ Поль сможет выстоять свою душу. Или хотя бы попытается. Но даже попытки дорогого стоят.

Атаназ вновь позвал его, и на этот раз Нихэль обернулся.

— Насколько ужасно это место? — спросил мальчик, серьезно глядя в бесцветные глаза мужчины у двери.

Нихэль, вздохнув, опустил взгляд, но тотчас вновь воззрился на мальчика.

— И заклятому врагу своему я бы не пожелал познать всей сути глубинной Обители Душ…

[К оглавлению]

В воздух взвились пожелтевшие листья. В этом году осень наступила слишком рано. Казалось, что она не дала лету вволю порезвиться в последние мгновения его царствования, словно не в меру заботливая мамаша, цепким движением выхватывающая малыша из песочницы в разгар игры.

Раздосадованная вереница школьников недовольно пересекала границу, отделявшую мир мирского легкомыслия от мира черствых глубокомысленных идей и являвшую собой украшенные легкой ржавчиной школьные ворота.

Те, кому уже посчастливилось миновать «врата в бездну», они же школьные ворота, они же «пора сдавать на металлолом, а то скоро вальнутся и пришибут какого-нибудь шкета», сонно шлепали через двор, под завязку забитый опавшими листьями. Странное обстоятельство: деревья росли лишь по краям двора у самого забора, а школьный сад располагался на другой стороне за зданием, но это большущее открытое пространство перед школой в осенний период покрывалось одеялом опавшей листвы, словно над ним разом встряхивал шевелюрой целый лес. Забавные нынче штуки любил вытворять ветер.