Чтение онлайн

Терехов прислушался к себе, с трудом, помогая себе слабыми, словно затекшими руками, поднялся с подушек и прислонился к дверке. Прислушался к себе и вдруг... произнес: Я все понял, Игнат, и готов служить тебе.

Владимир был готов отдать голову на отсечение, что вовсе не хотел говорить ничего подобного. Да и вообще, он уже было собрался дернуть ручку двери, и бежать отсюда куда подальше.

– Да? А кто в этом сомневался?
– Игнат скривил тонкую губу и выжал педаль газа.
– Хлипок твой выбор оказался, Фрол, и глупец к тому-же.

– Вместо того, что-б посох беречь пуще жизни он его в доме своем бросил. Паршивого призрака напугался и бросил. Зря выходит я на тебя бабку Морочницу извел. А уж она мне сколь годков верой и правдой служила?

– Не трави душу.
– Владимир вдруг осознал, что сказал это не он.
– Произнес эти слова кто-то большой и сильный, способный натворить такого, что сам Фрол был против него сущим гномом.
– Не вышло, тут не поспоришь.
– Теперь придется служить.

– А все почему...
– Теперь в голосе Борова слышалось явное торжество. От радости он явно стал болтлив.
– Потому, как понадеялся ты на девчонку свою. Да только я проворнее оказался. И ее к ногтю прибрал, и мужичка ее малохольного тоже, и этого, недомерка.

– Глеба-то зачем?
– не сдержался Владимир.
– Он же не причем.

– Причем, не причем.
– Отмахнулся Игнат, вытягивая новую сигарету из цветастой пачки.
– Он мне давно поперек горла стоял. В поезде кто, как не он помешал? А ты вообще милок молчи, не вякай. Я с брательником говорю.

– Не бери в голову, Фрол. Он скоро совсем ручной будет. Тебе Иуде, не помощник. Слушай, а это идея. Может мне тебя теперь так и называть? Браткой Иудиной?

– Из-за тебя ведь все. Из-за жадности твоей мучаюсь. А ну как если малец этот, Владимир, давеча бы руку твою удержал, глядишь, иначе могло повернуться.
– Игнат-Боров осекся, но хитро подмигнул сидящему рядом с ним. Владимир мог отдать голову на отсечение, ему подмигнул.
– Не сумел, теперь себя кори.

Похоже, что Владимир стал невольным свидетелем выяснения старых споров.

– А ты не слишком разболтался, Игнат? Он ведь еще не до конца свой.
– Поинтересовался некто его голосом с нескрываемым ехидством.

– Тебя не спросил.
– Отрезал Боров.
– Сейчас. Еще немного и процесс станет необратимым. Он просто уснет. Уснет навсегда. А я останусь один с его..., с твоим могуществом. Так, отчего и не поболтать пока? Когда еще выпадет, ты ведь тоже исчезнешь?

Голос Игната начал стихать. Поплыл куда-то вдаль, растворяясь в аромате неведомого табачка. Показалось, что еще миг, и вот уже вокруг все исчезнет. Белесый, плотный туман начал заполнять пространство. Он проникал в тело, в голову, в мысли, смывая все...

– Очнись. Вспомни меня.
– Владимир попытался отмахнуться от надоедливых звуков, от зудящего голоса. Но тот никак не хотел отставать. Лез в уши, доставал до самых мозгов.

– Кто ты?
– прошептал он.

– Я Варя.
– Прошелестело в ответ.

Перед глазами возник смутный образ в сиянии светлых волос.
– Помню.

– Ты можешь. Должен.
– Голос прервался, однако белесый туман, заполнявший сознание на мгновение рассеялся. Владимир напряг силы, и вновь попытался взять под контроль свое, почти ставшее чужим тело.

– Все ты правильно рассчитал.
– Вновь донеслись до внутреннего слуха Владимира слова Фрола.
– Только... подумал я, что может и к лучшему все. Устал. И сила уже не в радость. Жаль мне тебя...

– Себя пожалей, глупец.
– Отозвался Бугай с нескрываемым ликованием.
– Еще чуть-чуть. Вот тракт окончится, и все, конец и тебе и человечку этому, которого ты в слепоте своей в наследники выбрал...

И тут Владимира осенило. Он понял, что хотела сказать ему Варя..., чего так боялся этот торжествующий сейчас победу упырь. Неимоверным усилием Вовка протянул вперед руку, нащупывая рюкзак с золотом. Медленно совсем медленно положил плохо слушающийся его палец другой руки на кнопку стеклоподъемника. Подтянуть довольно тяжелый рюкзак как можно ближе к себе оказалось куда боле сложной задачей, но главной проблемой было сделать это не привлекая внимания сидящего рядом колдуна. Однако радость предвкушения сыграла с Игнатом дурную шутку. Он невидящим взглядом смотрел в лобовое стекло, губы распылись в блаженной улыбке.

Странно, однако Владимиру на миг показалось, что кто-то все-же наблюдает за ним. Не с одобрением, но и не с осуждением. Скорее с безмолвной покорностью судьбе. Но главное этот кто-то вовсе не собирался мешать ему.

Вовка вытянул ладонь из-за спины, и на мгновение замер, пытаясь сообразить, правильно-ли он понял безмолвную подсказку. А в следующее мгновение, так и не разрешив до конца загадки, уперся пальцем в кнопку, помогая неподвижному пальцу всем телом. Тонированное стекло дрогнуло и медленно поползло вниз. В салон ворвался поток сырого ветра.

Однако даже это не смогло отвлечь колдуна от его фантазий. Заметил неладное он только когда Вовка потянул мешок на себя.

– Эй... Фрол, ты чего это?
– еще без особой тревоги стрельнул взглядом в зеркало заднего вида Игнат.
– Ты...

Но Владимир уже преодолел мертвую точку. Помогая себе, чувствуя, как тают последние силы, вцепился в яркую брезентуху зубами и мотнул головой.

Рюкзак замер, качнулся назад от потока встречного воздуха и плавно, словно бы нехотя, кувыркнулся за борт. Хрустнул выбитый из сустава палец Владимира, покатилась по бордовой обивке сидения тусклая монетка, и вдруг прозвучал дикий, душераздирающий крик Игната. Водитель несущегося по пустому шоссе джипа, забыв обо всем, ухватил обеими руками голову.

И тут тяжелая машина вильнула вбок, визгнула резиной на мокром асфальте и на полном ходу крутанулась через крышу.

Владимира бросило вперед, на жесткую спинку переднего сидения, потом назад, потом вбок, а потом все исчезло...

Он лежал на земле. Вокруг него стояли какие-то, кажущиеся отсюда снизу великанами, люди. Тянуло откуда-то вонючим химическим запахом горелой резины и пластмассы. Владимир моргнул ресницами, пытаясь рассмотреть хоть что-то.

– Жив? Жив!
– Выдохнул вдруг один из стоящих, рухнул на колени, едва не придавив неподвижное тело Владимира и принялся лихорадочно расстегивать его одежду.
– Эй, аппарат скорее. Чемодан...быстро.

– Надо-же, повезло тебе мужик.
– Случай ведь, что мы именно тут на вызов поехали. Мне Венька ведь говорил, мол знак тут... , кирпич. Как говориться, стечение обстоятельств...-А вот напарника твоего уже не спасти. Как спичка сгорел, одни уголья остались.
– Просопел врач, ритмично надавливая на грудную клетку лежащего перед ним пациента.

Владимир попытался усмехнуться, но боль в изодранной в клочья щеке заставила застонать. Он вновь закрыл глаза и принялся слушать, как мерно стучит в висках кровь.