Чтение онлайн

На одной из конференций, посвящённой проблемам психотронного оружия, мне запомнилось выступление директора международного института теоретической и прикладной физики Анатолия Акимова. Учёный после споров о том, существует или не существует психотронное оружие, сказал, что для воздействия на психику человека вовсе не нужны какие-либо сложные технические средства: «У меня есть сведения, которые с высокой статистической достоверностью доказывают способность группы людей влиять на события. Институт Махариши разработал технологию трансцендентальной медитации. Создатель этого института — исследователь Махариши — утверждал: чтобы повлиять на психику людей, проживающих, скажем, в большом городе, достаточно медитации группы, количество которой составляет один процент от всего населения. Например, для воздействия на население города Пензы понадобилось бы 77 человек. Институт Махариши использовал трансцендентальную медитацию для того, чтобы уменьшить уровень преступности. Эксперимент проводился в тринадцати штатах США. По данным официальных публикаций, в двенадцати штатах уровень преступности в момент проведения медитации уменьшился на двенадцать — пятнадцать процентов. С октября 1983-го по май 1984 года три группы институтов — в Иерусалиме, Югославии и США — пытались воздействовать на боевые действия израильско-палестинского конфликта. Институт социального исследования в Иерусалиме подтвердил, что в момент воздействий боевая активность падала на 32 — 37 процентов». По мнению А.Акимова, воздействие хорошо подготовленной группы людей на психическое состояние вовсе не фантастика, а реальность, которая может быть подтверждена соответствующими научными выкладками. Не лишним будет напомнить, что именно А.Акимов считается, и не без основания, разработчиком психотронного оружия.

Исследования учёных о дистанционном воздействии группы операторов на живые организмы заставляют вспомнить один странный древний церковный ритуал — способ смертной казни провинившихся перед церковью: все верующие соединяются в молитве о гибели намеченного человека, и в момент поднятия святого причастия священник произносит заклинания против него. Как утверждается, в ту же минуту жертва вне зависимости от своего местонахождения умирала. По некоторым свидетельствам, к подобным же ритуалам прибегали и суфии, желающие лишить жизни ставших опасными отступников.

По сведениям московских парапсихологов, в настоящее время есть несколько групп, специализирующихся на магическом киллерстве. Вероятно, были правы древние, утверждавшие о силе мысли — она материальна.

Распространение колдовства среди африканских племён принимало такие масштабы, что местные сановники были вынуждены содержать специальных людей. Так, в племени бетсилео на Мадагаскаре существовали люди, которых называли раманга, что означало «голубая кровь». В их обязанность входило поедать за аристократами обрезки ногтей и вылизывать пролитую ими кровь. Знать высокого ранга и шагу не ступала без этих покорных слуг, а если случалось, что их не было рядом, то кровь тщательно собирали, чтобы раманга проглотил её позже. Не надо считать, что раманга исчезли в наше время. Но об этом позже.

Татарские ханы не принимали подношений русичей без специальной магической «обработки». Татары боялись колдовства и все вещи и сокровища с соответствующим ритуалом протаскивали через костры. Панический страх властителей перед злыми чарами заставлял их частенько содержать при себе собственных колдунов, способных отвести напасть.

К чародеям властители Руси издавна относились с недоверием, что, впрочем, не мешало им при случае прибегать к их услугам. Дабы уберечь себя и свою семью от колдовского лиха, московские цари требовали от придворных приносить специальную присягу. Со времён Василия III бояре клялись, что не будут сами чародействовать и людей своих, ведунов и ведуний против государя посылать. И надо сказать, жестоко карались такие попытки, будь они реальные или вовсе мнимые.

Исторические документы свидетельствуют, что лихие люди «испортили» невесту царя Михаила Фёдоровича Марию Хлопову, наговором довели до «падучей болезни» невесту царя Алексея Михайловича Ефимию Всеволжскую. Спрашивая на соборе разрешения на четвёртый брак, Иван Грозный ссылался на то, что трёх его предыдущих жён извели чародейством. И много ещё таких историй было. Само собой, чары наводились и на самих правителей.

Обвинённому в измене князю Воротынскому сам царь кричал, что повинен вельможа в сговоре с «бабами шепчущими». Новгородский архиепископ Леонид был схвачен по обвинению в колдовстве, а вместе с ним ещё 15 жёнок-ведуний. Казнь была лютой — чародеек четвертовали и сожгли.

Особая судьба была у придворного доктора Ивана Грозного немца Елисея Бомелия. Доктор медицины Кембриджского университета, медик и маг стал доверенным человеком царя. В потайных каморках Кремля и Александровской слободы иноземный доктор посвящал русского самодержца искусству магии и астрологии. А между тем его «лекарства», приготовленные для опальных вельмож, сеяли смерть при дворе. Около ста приближённых мнительного царя, испив чашу, умерли в муках. Царский астролог извёл множество боярских и княжеских родов, чем заслужил себе чёрную славу. По свидетельству современников, именно он внушил Ивану Грозному идею бежать в Англию и там жениться. В итоге бежал сам Бомелий. Его поймали в Пскове. Колдуна пытали и вконец измученного проткнули железным вертелом и долго поджаривали на медленном огне.

Доверенный боярин царя Алексея Михайловича некто Артамон Матвеев, помимо всего прочего, был обвинён в использовании «чёрной книги». Якобы с её помощью вызывал он в царские палаты нечистых духов и говорили те духи вслух. Отправили столь опасного вельможу в ссылку. А то ведь, чего ради, подумали бы в народе, что сам царь помешался, всякая нечисть ему советы даёт.

В 1638 году расследовалось дело замоскворецких ведьм. Одна царская золотошвейка в пылу ссоры сделала навет на подругу, дескать, сыпала чародейка пепел на государев след. Под жестокими пытками свидетели колдовства стали давать показания. Царские сыщики добрались до некоей Настасьи, жены литовца Янко Павлова. Ясное дело, обвинили ворожею в том, что она иностранная шпионка. Стали выяснять, был ли ей от польского и литовского короля «заказ государя и государыню испортить». На дыбе Настасья призналась, что «сыпать велела не для лихова дела, а для того как тот пепел государь или государыня царица перейдут, а чьё в те поры будет челобитье, и то дело и сделается». На несчастье ворожей в 1639 году случилась в царской семье беда. После болезни скончался пятилетний царевич Иван Михайлович, а вслед новорожденный наследник Василий Михайлович. Государь именным указом повелел пытать ведуний. Настасья в ходе следствия умерла, та же судьба была уготовлена её товарке, слепой Ульяне. Остальных отправили в ссылку.

В XVII веке колдовство являлось в России государственным преступлением. По свидетельству историков, первое частное узаконивание борьбы с чародейством состоялось при царе Фёдоре Алексеевиче. В «Грамоте об учреждении Славяно-греко-латинской академии», относимой к 1682 — 1685 годам, писалось: «Сему от нас государя устроенному училищу быти общему и в нём всякий от церкви благословенные науки да будут. А от церкви возбраняемых наук, наипаче же магии естественной. И иными такими не учите и учителей таковых не имети. Аще же таковые учителя где обрящутся и они со учениками яже чародеи без всякого милосердия да сожгутся».

Смерть же самого Фёдора Алексеевича была приписана народной молвой колдунам из Немецкой слободы. Восставшие стрельцы ворвались в Кремль. Искали лекаря Даниила ван Гадена. Не помогла иноземному доктору защита царевны Софьи. Доктор был признан колдуном, так как в его доме стрельцы обнаружили многоногое морское животное. Заспиртованный осьминог и стал последним доказательством вины «цареубийцы». Лекаря жестоко пытали и порубили на куски.

Всё, что происходило в эти годы, очень сильно напоминает политические репрессии сталинских лет. Всё те же оговоры, неправедные обвинения. Многие в те времена свели счёты с врагами. Показания добывались под пыткой и оправданных не находилось. Громкие процессы сотрясали целые районы. Не щадили и царских приближённых, ибо одного лишь обвинения было достаточно, чтобы заработала машина следствия, перемалывающая всех, кто попадётся. Цари до жути боялись колдовских чар и легко расставались с тем, кто в них подозревался.

В смутное время противостояния Софьи и Петра I активное участие приняли чародеи. Начальник стрелецкого приказа окольничий Фёдор Шакловитый подсылал в Преображенское чернокнижницу, чтобы извести Петра I. Колдун Василий Иконник требовал от Софьи пять тысяч рублей за наведение смертельной порчи на государя (чем вам не киллер?). Но не одни софьинские подельники были столь хитры. Постельничий царя Петра I, впоследствии ставший канцлером, Гаврила Головкин в превеликой тайне привёл к царю татарского мурзу Ибрагима Долоткозина и татарина Кодоролея. Колдуны ворожили по книгам и предсказали Петру I победу в политической борьбе.