Чтение онлайн

— Он — sapientia dvreva, да? — Эд наморщился, словно вспоминая. — Древний полумифический род чистых кровей. Ты об этом? — Джон вопросительно посмотрел на ученика. — Я понял это, когда Катич решил поговорить с нами, а не убить на месте. Он другого рода, это видно, но если верить истории, malitia rskal кинулся бы на нас без вопросов. Значит, он — sapientia dvreva, из тех, кого нет уже сотни лет.

— Да, Эд, он — sapientia dvreva, — кивнул Джон и улыбнулся. — И нам сильно повезло, что он знает Его.

— Кого?

Джон двинулся вниз по улице.

— Он — это очень сильный черный маг, о котором на Западе уже лет пятьсот ничего не слышали. Лично я не знаком с Ним, но много слышал о влиянии. И вот Он всплывает в Москве, как возможный источник.

— А как ты понял, что Катич говорит о… Нем?

— Да рожу он скривил уж очень похожую.

Через пятнадцать минут охотники дошли до перекрестка Кузнецкого моста с Неглинной, там Джон остановился.

— Времени нет ехать в Киров, — пробормотал он, — нужны мариды. Пошли, обойдем эти дома.

Детективы чуть спустились по Неглинной, свернули на Пушечную. В скольких великих городах мира был Эдвард, и ни на один из них не была похожа Москва. Казалось, она впитала все известные лики и особенности своих нашумевших братьев. Невысокие стройные дома, не поднимающиеся выше пятого этажа; узенькие улочки в две проездные полосы и широкие прогулочные аллеи; скромный, но важный и гордый винтаж в облицовке зданий — все это характерно для городов Италии, Испании, Франции. Но столь нелогичная гигантомания Москвы-Сити, где они с Джоном были несколько дней назад, ища очередную вампирскую клоаку, отдавала Манхеттеном. Огромные, холодные, навивающие мысли о собственной ничтожности, бизнес-центры Москвы-Сити наглядно отражали мечту Нью-Йорка, каким он должен быть. Все это давно знакомое и виденное там, на Западе, в Москве приобретало образ кривого зеркала — убирающего лишнее.

Джон встал у одного из арочных проходов, ведших куда-то вглубь: он остановил ученика жестом, не то тот в своей задумчивости пролетел бы мимо. Двор, куда прошли охотники, представлял собой площадку, наглухо замурованную квадратным домом, с несколькими подъездами, мусорным баком, остатками небольшого палисадника. Три машины стояли под окнами квадратного дома. И ни души вокруг.

— Барфи, Бони…

— Что, дорогой? — откликнулся Бони, встав рядом с Джоном.

— Нам надо в Киров.

— А самолет? — оскалился Барфи, нависший у плеча Эда.

— Твою мать!.. — шарахнулся молодой волк.

— Не привык еще? — улыбнулся марид.

— Так, хватит, — Джон рубанул рукой по воздуху, — нам надо в Киров и срочно.

Мариды помолчали.

— А вы знаете, кто живет в Кирове? — спросил Бони.

— Мы к нему и идем.

Белые переглянулись.

— Киров для нас закрыт, потому останетесь там одни.

— Нам не впервой, — пробурчал Эд.

— Помолчи, — отозвался Джон и отвернулся к маридам, — я понимаю, что там может произойти, но пути назад уже нет. Думаю, Он нас ждет.

— Да, Он вас ждет.

Бони подошел к ближайшей двери подъезда, закрыл ее и снова открыл. Перед глазами Эда разверзлась тьма. Только что за дверью была видна укрытая полумраком лестничная клетка, белевший где-то в глубине щит для объявлений, и вдруг ничего этого нет. Непроницаемая, словно черная марля, поглощающая свет.

— Это что за?.. — протянул Эд.

— Все вопросы потом. Джон, входи, — Бони кивнул на тьму.

Наставник уверенно пошел к двери, но чуть замешкался перед самой темнотой, и вдруг пропал в ней, провалился, во мрак. За ним вошел и Бони, закрыв дверь, но Барфи тут же открыл снова. Эд же не двинулся с места.

— Смелей, парень, там ничего нет, — попытался его успокоить марид.

Но молодой волк стоял с каким-то ошалевшим видом, пялился на темноту. Тогда Барфи в один момент оказался возле него, с какой-то чудовищной силой взял за плечи и рывком швырнул того в проем. Эд даже заметить ничего не успел, как тьма сменилась абсолютным светом. Он вроде споткнулся о порожек подъездной двери и вот уже стоял посреди… ничего. Лишь белый свет кругом и пустота. Эд огляделся — ничего. Ни черного проема, в который его швырнул Барфи, ни самого марида. Ни пола, ни потолка. Эд стоял на чем-то твердом, дышал удивительно чистым воздухом, но при этом понимал, что ничего нет.

Перед глазами мелькнул силуэт, да так резко, что Эд дернулся. Только он решил оглянуться, как силуэт снова мелькнул, и что-то почудилось недалеко. Эд отскочил и зарычал. В этой пустоте что-то было! И снова мелькнуло. Но на этот раз погрезилось Эду, что он в лесу. Мгновение, и снова лес. Такой старый, затхлый, сырой и до боли знакомый. И так же до боли знакомый силуэт перед ним. Опять — лес, и Эд бежит, спотыкаясь о корни вековых дубов, перепрыгивает через кусты орешника, скользит по зарослям лопуха. Он зарычал и обхватил голову руками. Нет-нет-нет, он помнил тот лес, помнил, что там произошло. Он бежит от неизвестного, обезумев от страха, несется сквозь чащу, слыша за собой утробное рычание. Нет-нет, только не снова! Не видеть этого! Эд перемахнул через очередной куст и тут же столкнулся с кем-то. В ту же секунду он понял, что это его сестра Николь. Девушка хватается за руку брата и что-то кричит. Но рык становится настолько явным, что Эд от страха вырывает руку и бежит дальше. Истошный вопль Николь застывает у него в голове, словно желе, когда Эд заставляет себя отвлечься от воспоминаний.

И тут все схлынуло так же неожиданно, как и навалились. Голову пронзила мгновенная боль, и Эд будто прозрел. Так легко и чисто стало ему на душе.

— Зря ты их отогнал, — Барфи положил руку на плечо охотнику, но Эд даже не подумал отшатнуться.

— Что это было?

— Твое прошлое, парень.

— Такое живое, словно я опять там…

Барфи улыбнулся и огляделся.

— Так и было, Эд. Ты снова там был, пусть и в короткий момент, — Барфи посмотрел куда-то поверх Эда. — Если бы ты пропустил его через себя заново, не стал ему противиться, то было бы легче.

— А где мы вообще? И что со мной было?

— Это, — марид развел руками, — Пространство Времени, если говорить примитивно. Точнее, это и есть то, что вы зовете Временем в Сущем Мире. Здесь отражено абсолютно все, что было, что есть и что может быть. В этом… Пространстве учтены все переменные и все возможные итоги.

У Эда открылся рот.

— Господи… — пробормотал он, шаря по пустоте глазами.

— Нет, Господь тут не при чем, — улыбнулся Барфи. Он потянул охотника за плечо. — Нам туда.

Они шли по пустоте, четко ступая на твердое ничто. Воздух пульсировал, словно наливался тяжестью. В глазах у Эда все плыло. Он то четко видел идущего впереди марида, то лишь размытый силуэт. Иногда ему казалось, что все начинает рябить, как при плохом сигнале по телевизору.

— Задавай вопросы, молодой волк, пока есть возможность, — бросил через плечо Барфи.

— Я… не совсем понимаю, что вокруг происходит. Что за чернота в подъезде, что за место, какое еще время? Барфи, здесь все один сплошной вопрос.