Чтение онлайн

— Да, и у вас все получилось. Я в этом и не сомневаюсь.

— У тебя вид усталый. Что-нибудь не так?

— Нет, все хорошо.

— А какие из себя дамы?

У Тилли едва не вырвалось: «Стервы», но она сдержалась.

— Если бы не одежда, то в них нет ничего особенного: обыкновенные женщины.

— А ты начинаешь разбираться, что к чему, — Бидди на это весело рассмеялась. — Потихоньку, но начинаешь. Я сейчас вспомнила, что говорил мой дед, когда мать возвращалась со службы в большом доме и начинала рассказывать о дамах и джентльменах. «Не забывай, милая, — говорил дед матери, — что и они в туалет ходят так же, как и мы».

— Очень правильно сказано, — согласилась Тилли.

— А где твой фартук? — помолчав, спросила Бидди. — Я думала, ты наденешь его сегодня, тот, который ты себе сшила.

— Хозяину он не понравился, и он велел мне его снять.

— Почему? — глядя ей в глаза, спросила Бидди.

— Не знаю. Мне кажется… ему просто он не понравился, вот и все.

Бидди отвернулась от нее и осторожно подняла блюдо из резного стекла, на котором красовался глазированный пудинг, вокруг которого были выложены цветы из засахаренных фруктов. Бидди больше ничего не сказала, только едва заметно покачала головой. Догадавшись, о чем она подумала, Тилли отвернулась.

Ужин продолжался полтора часа. Обрывки разговоров и смех проникали и в холл. Смех и разговоры стали еще слышнее после того, как компания перебралась в гостиную. По дому пополз запах сигар, и доносившиеся из гостиной веселые голоса позволяли предположить, что гости довольны и не скучают. А вот в том, что довольны слуги, можно было не сомневаться: они с завидным аппетитом угощались остатками праздничного ужина.

Тилли ужин принесли наверх. Она не стала спускаться, чтобы оказаться на месте, если ее услуги понадобятся дамам. Она забыла показать им, где находится туалетная комната, но пока они этим не интересовались. Тилли не чувствовала ног от усталости. Она суетилась весь день с шести часов, а время уже близилось к одиннадцати. Не задумываясь, правильно ли она поступает или нет, Тилли села в кресло и начала уже клевать носом, как вдруг услышала голоса в коридоре.

Когда три дамы вошли в комнату, она была уже на ногах. Они прошествовали мимо нее, как будто она была пустым местом, и расселись, кто где.

— Мне нужно в туалетную, — рассмеялась одна из них.

— А мне придется потерпеть до дома, потому что надо снимать корсет, — призналась другая.

— Ты уверена, что дотянешь до дома, Бернис?

— Если нет, моча из ушей потечет.

Стоявшая в дальнем конце комнаты Тилли слушала их и не верила своим ушам. Какие же они грубые, эти женщины, пусть и дамы. У двух из них отцы имели титулы. Несколько часов назад они держались как благородные дамы, а теперь, наевшись и выпив вина, вели себя ничуть не лучше прислуги. Больше того, многие простые люди постеснялись бы говорить о таких вещах.

— Мою накидку, служанка.

Тилли быстро прошла к шкафу. Она достала из шкафа одну из накидок и не совсем уверенно развернула ее перед женщиной.

— Это не моя, какая ты глупая. Моя — коричневая.

Тилли достала нужную накидку и помогла ее хозяйке надеть ее. Затем она достала еще одну накидку и вопросительно посмотрела на двух других женщин.

— Это моя, — вполне вежливо ответила одна из дам.

Одевшись, они, весело смеясь и переговариваясь, вышли из комнаты, снова даже не взглянув в сторону Тилли. И все же она ясно чувствовала, что им не безразлично ее присутствие. Она шла за ними по коридору, и до нее долетали обрывки их разговора.

— Ты обратила внимание на его лицо, когда Алберт заговорил о новом увлечении Агнес?

— Не стоило Алберту говорить об этом. Марк весь в лице переменился.

— А что ты о ней думаешь?

— Ничего определенного, но все может быть.

— Я чуть в обморок не упала, когда Стенли начал жаловаться на свои ноги и подагру.

— Это вышло не нарочно, он просто не подумал, что говорит.

— Боже! Мне все же нужно в туалет.

Тилли не знала, следует ли ей спуститься вниз и проводить их, но она осталась наверху. В холле был мистер Пайк, и она посчитала, что этого вполне достаточно. Женщины говорили о бычке. Тилли догадалась, что они намекали на очередного любовника леди Майтон, и это очень не понравилось хозяину. Тилли убедилась, что правильно назвала про себя всех троих стервами. Они заслуживали это название.

Как только двери за гостями закрылись, хозяин приказал перенести себя наверх. По его лицу она поняла, что он сильно рассержен.

Мужчины пронесли его мимо нее в туалетную комнату, затем усадили в кресло рядом с постелью.

— Троттер! Троттер! — повелительным тоном позвал он Тилли, которая была в гардеробной.

— Да, сэр? — Она остановилась перед ним. Он смотрел на нее молча. — Хорошо провели время, сэр?

— Нет, Троттер, вечером я не доволен. Можешь ты мне сказать, сколько у человека в жизни бывает друзей?

— Нет, сэр.

— Если у тебя есть двое друзей, считай, что тебе страшно повезло. А вот я не уверен, есть ли у меня хотя бы один настоящий друг. Настоящий друг нашел бы способ заставить свою жену придержать язык, хотя бы в компании. Троттер, эти три леди явились сюда сегодня, чтобы кое-что выведать. Ты не догадываешься, что именно?

— Нет, сэр, — глядя на него открыто, ответила она, хотя вполне могла ответить утвердительно.

— Ну и хорошо! Сними с меня эту рубашку, — он с силой дернул шейный платок.

Она расстегнула рубашку ему до пояса, и он, как всегда сказал:

— Теперь, я сам.

Она уже разложила на кровати его ночную рубашку, но без ночного колпака, потому что он его не признавал. Тилли немного это удивляло. Как она слышала, большинство господ спят в колпаках. Хозяин никогда не пудрил волосы и не носил парик, возможно, поэтому колпак он и не надевал, такое объяснение представлялось ей правдоподобным. Однако мало кто теперь носил парики или пудрил волосы, и все же ей казалось, что они все спали в ночных колпаках.

— Иди тоже спать, ты, должно быть, сильно устала.

— Да, сэр. Доброй ночи, сэр.

— Доброй ночи, Троттер. Между прочим, ужин был замечательный. Не ел ничего вкуснее. Так и передай кухарке.

— Обязательно, сэр. Она очень обрадуется.

Тилли не сразу отправилась спать, а сначала немного посидела в кресле в своей комнате. Грустно было у нее на душе. Неприятный осадок оставило отношение к ней дам, и хозяину вечер не доставил радости. А все остальные в доме остались очень довольны. О впечатлении гостей она ничего сказать не могла.

Она встала и, раздевшись, легла в постель. Тилли не могла сказать, как долго спала. Но сильный грохот заставил ее сесть в кровати и мигом прогнал остатки сна. Удар донесся со стороны стены, отделявшей комнату от гардеробной. «Может быть, он… упал? Или что-то уронил, пытаясь встать?» — пронеслись у нее в голове тревожные мысли.

Не задумываясь над ответом, Тилли выбежала в коридор и влетела в спальню хозяина. При слабом свете свечи в чаше из красного стекла она увидела опрокинутый столик. Рядом лежал не разбившийся, но наполовину пустой графин для воды и расколовшийся надвое стакан. Лежавшие на столе книги разлетелись по полу, у самого камина на половике поблескивали медью часы.