Околдованные
Шрифт:
— В сказках всегда есть и то, и другое. Мне нравится твоя сегодняшняя прическа. — Он подошел ближе, провел пальцами сквозь ее волосы, чувствуя их вес и форму. — Волосы свободные и немного спутанные.
У нее перехватило горло.
— Я забыла утром заплести косу.
— С ними играл ветер, — пробормотал он, поднося прядь к своему лицу. — Я чувствую его запах, и еще запах моря. — Это было безрассудством, но ведь у него тоже есть мечты. — Ощущаю и то и другое на твоей коже.
Ее колени превратились в желе. Кровь так быстро бежала по венам, что она слышала гул в голове. Роуэн не двигалась и едва могла дышать. Просто стояла и смотрела ему в глаза. Ждала.
— Роуэн Мюррей с глазами феи. Хочешь ли ты, чтобы я прикасался к тебе? — Он прикоснулся рукой к ее сердцу, чувствуя каждый его удар. — Вот так. — Затем растопырил пальцы и сжал их вокруг одной груди.
Все ее кости растворились, взгляд затуманился, дрожащее дыхание сорвалось с губ податливым вздохом. Он лишь тихонько дотрагивался до нее пальцами, но жар, идущий от них, проходил сквозь кожу. Тем не менее, она не двигалась ни к нему, ни от него.
— Тебе стоит лишь сказать нет, — прошептал он, — когда я спрошу, хочешь ли ты, чтобы я отведал тебя.
Но когда он приблизился, проведя зубами по линии подбородка, она откинула голову назад и закрыла затуманенные глаза.
— Море и ветер, и еще чистота. — От желания его голос стал глубже. — Отдашь ли ты мне и ее тоже, не станешь останавливать? — Он немного отстранился в ожидании, когда она откроет глаза и посмотрит на него. — Если я тебя сейчас поцелую, Роуэн, что может случиться?
Ее губы раскрылись, когда в памяти всплыл тот же самый вопрос, прозвучавший однажды во сне, но так и не получивший ответа. Затем он накрыл ее губы своими, и все мысли тут же испарились. Перед глазами закружился дикий водоворот огней. В животе вспыхнул пожар. Первый ее всхлип мог вполне означать страх, но последующий стон определенно говорил о наслаждении.
Лиам вел себя нежнее, чем Роуэн ожидала, и наверно даже нежнее, чем собирался. Его губы скользили, пробовали на вкус, захватывали и прижимались, пока ее губы не стали податливыми и теплыми. Она таяла в его объятиях, капитулируя и требуя большего.
«О, да, я хочу этого. Именно этого».
Она затрепетала, почувствовав его руку на своей шее. Он откинул ей голову назад и сделал поцелуй глубже, переплетая их языки, вкусы, дыхания. Она вцепилась в его плечи, чтобы обрести равновесие и почувствовать крепкие, опасно сильные мышцы.
Затем Роуэн подняла руки выше, запустила пальцы в его волосы.
В голове тут же вспыхнул образ волка с густой черной шерстью и мускулистым телом, потом его сменил мужчина, который сидел на кровати и держал ее за руку, в то время как ее тело дрожало.
Воспоминания, пришедшие из снов, и шквал ощущений столкнулись друг с другом.
И она взорвалась.
Ее рот стал диким, подрывая весь его контроль. Ее капитуляция была очаровательной, но требовательность ошеломляла. Он притянул ее ближе, позволил поцелую превратиться из жаркого в голодный, прочти что дикий.
Она все подгоняла его, тянула за собой, пока он не уткнулся лицом в ее шею, борясь с желанием пустить в ход зубы.
— Ты не готова для меня, — наконец-то выговорил Лиам, отстранил Роуэн от себя и легонько встряхнул ее. — Во имя Финна, я не готов для тебя. Наступит время, когда это будет уже не важно, и мы воспользуемся шансом. Но не сейчас. — Его тон смягчился, хватка ослабла. — Сейчас это важно. Отправляйся домой, Роуэн. Там ты будешь в безопасности.
У нее до сих пор кружилась голова, и бешено бился пульс.
— Никто никогда не заставлял меня чувствовать такое. Не думала, что подобное вообще возможно.
Странная вспышка в его глазах заставила ее дрогнуть в ожидании. Затем он что-то прошептал на языке, которого она не понимала, и прижался лбом к ее лбу.
— Откровенность может быть опасной. Я не всегда веду себя цивилизованно, Роуэн, но очень стараюсь быть честным. Подумай над тем, сколько ты готова предложить, потому что я, скорее всего, возьму больше.
— Я не умею врать.
Эти слова заставили Лиама засмеяться. Когда он выпрямился, его глаза снова стали спокойными.
— Тогда, ради Бога, молчи. И иди домой, только не той дорогой, какой пришла. Когда выйдешь из дома, увидишь тропинку. Следуй по ней, и довольно быстро доберешься до дома.
— Лиам, я хочу…
— Я знаю, чего ты хочешь. — Он решительно взял ее за руку и вывел из комнаты. — Если бы все было так просто, мы бы уже были наверху и катались по кровати. — Пока она что-то пыталась сказать, Лиам продолжал вести ее к двери. — Но ты не так проста, как привыкла себя считать. И я тоже. А теперь иди домой, Роуэн.
Он практически вытолкнул ее за дверь. Ее характер, проявляющийся на удивление редко, выбрался на поверхность, как только ветер ударил ей в лицо.
— Отлично, Лиам, потому что я не хочу, чтобы все было просто. — Ее глаза вспыхнули. — Я уже устала от простоты. Так что не дотрагивайся до меня, если не собираешься ничего усложнять.
Кипя от злости, она повернулась и даже не подумала о том, откуда здесь взялась тропинка, такая широкая и четкая. Просто пошла по ней и скрылась за деревьями.
Лиам наблюдал за Роуэн с крыльца. Продолжал смотреть, даже когда она уже скрылась из вида, и улыбнулся, как только она дошла до дома и хлопнула дверью.
— Тем лучше для тебя, Роуэн Мюррей.
Глава 4
Он просто вытолкнул ее за дверь, думала Роуэн, врываясь в свой домик. Сначала целует ее до потери сознания, прижимает к своему потрясающему телу, а потом выпроваживает. Вышвыривает из дома, будто она какой-то надоедливый продавец второсортных товаров.
О, это было унизительно.
Все еще заведенная до предела она металась по комнате, делая уже второй круг. Он же сам сделал первый шаг. Поцеловал ее, черт побери. Она ничего не делала.
Только стояла там как столб, поняла Роуэн, когда раздражение начало медленно переходить в замешательство. Она просто стояла там, позволяя прикасаться к себе, целовать, и была настолько поражена, что разрешила бы ему делать с собой все, что угодно.
— Ох, какая же ты дура, Роуэн. — Войдя в кухню, она плюхнулась на стул, нагнулась и тихо стукнулась головой о поверхность стола. — Тупица. Размазня.