Чтение онлайн

Дети тревожно и робко подходят к нему.

ТАТА. Я знала, папочка! У тебя болела головка?

ТОЛЯ. Папочка, не плачь! мы теперь большие, мы теперь все понимаем, мы тебя любим.

ТАТА. И мама тебя любит. Только ты не плачь!

ТОЛЯ. Никто не должен видеть, как ты плачешь!

ТАТА. Не плачь, миленький папа, я тебя поцелую, смотри, как я тебя целую. – Тебе не больно?

ТОЛЯ. И я, папа, поцелую тебя. Только ты не плачь!

ОТЕЦ (целуя их). Вы еще – дети. Вы еще ничего не знаете. Вы одни меня не осудите. Это все вздор, что они там говорят, что меня дети должны теперь бояться! Да, я знаю. Ведь это неправда, Толя? вы меня не боитесь. Меня? Вы любите, да?

ТОЛЯ. Мы же, папа, ничего не боимся. Мы тебя любим.

ТАТА. Я только думала, папа, что ты шутишь.

ОТЕЦ. Вы не смотрите на меня, дети, что я – такой, что я плачу. Вот бывает, что и папа плачет. Это ничего, это все сейчас пройдет. Вы расскажите лучше, вы гуляете тут, да? вам весело? Вы выросли, загорели.

ТОЛЯ. А ты, папа, нас не узнал тогда? Мы, папа, правда стали совсем большие? Мы ходим с мисс Эми в лес – а мисс Эми боится волков, а мы уж нет, мы ее пугаем. Мисс Эми тут ничего не знает и всего боится.

ТАТА. А у меня, папа, коса ниже плеч. Посмотри! мне мама подарила гребенку.

ОТЕЦ (гладя Тату по голове). Да, как это было давно! Мы ходили гулять все вместе. Я помню, как было светло, хорошо тогда!

ТОЛЯ. А мы, папа, пойдем с тобой за реку. Ты хочешь? Сегодня, днем. Теперь можно. Теперь и мама говорит, что сухо.

ТАТА. А там уже поспела земляника – вчера бабы приносили. Я уж видела. Я тебе, папочка, сама соберу. Ты хочешь? Ты будешь кушать? тебе и мамочке.

ОТЕЦ. Да, да хорошо, Таточка, только теперь не надо говорить про маму – про нее не надо. Мы пойдем потом гулять, после, и всем будет весело. А теперь…теперь говорите, дети, тихо, шепотом. Нас могут услышать. Я не хочу. Это наша тайна. Ее никто не должен знать.

ТОЛЯ. Да, папа?

ТАТА. А это – что, папа?

ОТЕЦ. Я вам сейчас скажу! Я вам все скажу, вы уж большие. Только подождите! Я затворю лучше дверь! (Он идет на цыпочках и затворяет дверь.) Нас никто не должен видеть, что мы вместе. Нас теперь только трое. Нас стало трое. ( Молчание .)

ТОЛЯ (тихо). А мы, папа, были умники; знаешь, мы встали сегодня совсем тихо, одни, и нас никто не слышал.

ТАТА (тоже тихо). Все тогда спали, а мисс Эми, папа, спала в гостиной на диване. Как смешно!

ОТЕЦ. Пусть они спят! их не надо будить! А вы, дети, подите сюда – ко мне ближе. Совсем близко, вот так. Мне так лучше. Я вам скажу – только вы никому не рассказывайте, что я вам скажу! Слышите! Это наша и ваша тайна!

Дети молча кивают головой.

ОТЕЦ (таинственно тихо). Это в последний раз, что я – ваш папа. А ваша мама спит. Вы не смотрите так на меня, – смотрите лучше в окно! Я не хочу, мне тяжело. Я вам скажу, вы это запомните! Это я – я–ваш папа так сделал, что мама… ваша… спит… Таточка! Она спит, спит, ты это понимаешь?

ТАТА. Папочка, пусти! зачем ты так целуешь меня? Ты очень жмешь!

ТОЛЯ. Папа, пойдем лучше к маме, мы скажем, что ты приехал. Мы ее разбудим.

ОТЕЦ. Нет, не то! вы еще маленькие, вы еще всего не понимаете. Но это было ужасно! знаешь, Толя, ночью на широкой постели… Нет! Ты еще этого не можешь понять! Ты – еще маленький. Но это было ужасно! Когда я был один, я не мог спать, в ушах все звенело и жужжало так длинно, длинно, долго! О, это было невыносимо! Этого никто не поймет.

ТАТА. Папа, зачем ты так говоришь?

ТОЛЯ. Это была муха, папа?

ТАТА. Толя, я боюсь, папа никогда таким не был. Я не понимаю. Мы лучше уйдем.

ОТЕЦ. Муха? Муха! да, муха! пусть будет это муха. Это все равно! Вы вырастете! о, тогда вам будет страшно. Вы поймете – и вы будете молчать про своего папу. Я ее теперь убил! и теперь все тихо! Боже мой, как все тихо! Она больше не кричит! Она ужасно кричала! Зачем она так кричала? Я не знал, что она будет так кричать! ( Молчание .)

ТОЛЯ (робко). Разве, папа, муха кричит?

ТАТА (шепотом). Толечка, лучше уйдем, лучше уйдем, папа будет сердиться. Я боюсь.

ОТЕЦ ( вдруг вставая и поспешно целуя детей ). Вы слышите? Вы никому этого не говорите, что тут было, никому никогда. Всегда молчите про папу, когда про него будут говорить, – молчите. Это ваша тайна! Тайна навсегда. Боже мой. Я вас любил, люблю; это помните! ваш папа – несчастный, ему больно. Вы за него помолитесь! Я уйду. (Быстро уходит.)

ТОЛЯ (растерянно). Папа, куда ты? ( Бежит за ним, но дальше двери не решается идти .)

ТАТА (плана). Толя, зачем папа такой, зачем он так говорит? Толя, я не понимаю, пойдем наверх.

ТОЛЯ (возвращаясь). Ты все плачешь и плачешь! Папа сказал, чтобы мы молчали. А ты плачешь. Ты еще маленькая и ничего не понимаешь. А я знаю, я теперь большой – папа сказал.

ТАТА. Папу кто-нибудь очень обидел. Мы лучше уйдем скорее, тут чужие; уйдем, Толечка!

ТОЛЯ. Ты только не шуми и не плачь, а то нас услышат. Не надо теперь, Тата, плакать. Мы пойдем тихо наверх и сядем, как будто не уходили. Ты никому не говори! слышишь? Это наша тайна, теперь так надо, сам папа сказал! (Уходят.)

Занавес. Перерыв третий.

Утро следующего дня. Опять комната в мезонине. Толя и Тата рассматривают новые черные платья.

ТОЛЯ. Мисс Эми в черном платье и мы будем, как большие – все в черном.

ТАТА. Я помню раз, мама надевала черное платье. Тогда она ехала на похороны. Нам это сказала Феклуша. Мама на нее сердилась! А когда вернулась, научила нас молиться за упокой души тети Лены. Как мы молимся за упокой души бабушки и дедушки.

ТОЛЯ. И тогда большие шептались. Я помню. (Молчание.)

ТОЛЯ. Когда есть смерть, все должны шептаться, чтобы не слышали маленькие дети.

ТАТА. Мы теперь не маленькие.

ТОЛЯ. Маленьких детей можно испугать. (Молчание.)

ТОЛЯ. У нас в доме не было смерти.

ТАТА. Я думаю, что смерть бывает только у чужих. (Молчание.)

ТОЛЯ. Тата, а как ты думаешь, какой он?

ТАТА. Кто?

ТОЛЯ. Он, мертвец?

ТАТА. Толя, зачем ты говоришь такие страсти? Это грех.

ТОЛЯ. Глупая, я думаю, что он длинный и белый.

ТАТА. Толя, перестань, он может прийти сюда.

ТОЛЯ. Ты совсем глупая. Разве мертвец может ходить? Его кладут в гроб и его носят

ТАТА. А Дуня – боится ходить в церковь, в темноту; там ходят мертвецы, ты этого не знаешь.

ТОЛЯ. То – другие. ( Молчание.)

ТАТА. А вдруг у нас, Толя, кто-нибудь умер!( Толя молчит.)

ТАТА. Я думаю, нас мама все-таки не пустит туда. Мама не любит.

ТОЛЯ. Папа сказал, что мы теперь большие. Это папа велел нам сшить черные платья. Он велит нас пустить.

ТАТА. Мы не будем кричать как маленькие, мы уж знаем.

ТОЛЯ. Когда мы были маленькие, мы были ужасно смешные и глупые.

ТАТА. А теперь мы можем о всем говорить, как большие. Мы все знаем.

ТОЛЯ. Кто-то идет, Тата. Это нас позовут. Мисс Эми сказала.

ТАТА. А все-таки страшно, Толя; ты не боишься?

Входят мисс Эми и дама, обе в черном; у мисс Эми заплаканные глаза. Она, стараясь не смотреть на детей, проходит к окну и, всхлипывая, опускается на стул. Дети жмутся друг к другу.

ДАМА. Здравствуйте, милые дети! не бойтесь! Я ваша соседка, я – тетя из Ясного. М-llе Эми была так добра, привела меня сюда. Дайте ручку, милая девочка. Вот так. Позвольте вас поцеловать.

ТАТА молча протягивает щеку для поцелуя. ДАМА целует.

ДАМА. Ну вот, мы теперь будем друзьями. Не правда ли? как вас зовут? Тата?

ТАТА. Тата.

ДАМА. Смотрите, как прекрасно, я уже вас знаю. А как зовут вашего брата?

ТАТА. Толя.

ДАМА. Дайте мне ручку, Толя! Познакомимся.

ТОЛЯ молча протягивает руку и отворачивается.

ДАМА. Вот так. Вы хороший мальчик. Мне m-lle Эми говорила, какие вы хорошие дети. У вас локоны сбились, Тата, хотите я их вам расчешу? Не бойтесь, я не больно.

ТАТА. А тут нет гребенки.

ДАМА. Ну ничего. Я их завяжу ленточкой. У вас ленточка развязалась. Вот так.

ДАМА завязывает ленточку. Дети молчат, оглядываясь на МИСС ЭМИ.

ДАМА. Ну, Толя, скажите же и вы нам что-нибудь, скажите: идет ли эта ленточка к сестре?

ТОЛЯ молчит.

ДАМА. Ну, что ж? Толя – Тата – вы еще не знаете, как меня зовут? меня зовут тетя Саша.

ТАТА собирается что-то сказать.

ДАМА. Да? что?

ТАТА. А отчего мисс Эми все плачет?

ДАМА. Мисс Эми? – у m-lle Эми болит голова, она нездорова сегодня.

ТАТА. Она нездорова?

ДАМА. Это ничего, дети, это пройдет у ней, скоро пройдет.

МИСС ЭМИ. Ничего, дети; не смотрите на меня! Мне теперь уже лучше. Я плохо спала. Я знаю, Толя, ты будешь умником, не будешь плакать. Вот вы наденьте новые платья, когда вас позовут. Не смотрите, что я плачу. Ты, Тата, сама не плачь! Вы ведь будете умниками? Я сейчас уйду. У меня болит голова. Вы ведь не будете кричать.

ДАМА. О, они будут умниками. Такие милые дети! Я думаю, им и говорить об этом нечего. Ведь правда?

МИСС ЭМИ. Да, да, так вы посидите тут еще немного, смирно! А когда придут, – когда придут – вас позовут, вы ступайте тихо, – не шумите, не кричите! Вы ведь теперь большие – ничего не бойтесь, что там будет, что увидите. Толя, ты – ведь мальчик, я знаю, ты – умник. Ты ведь скажешь сестре. Ты ничего не боишься. Я не могу – у меня, дети, болит голова. Я потом приду. А теперь – вы будете умниками.

Уходит, сдерживая рыдание.

ДАМА. Не бойтесь, дети, ничего! М-11е Эми нездорова. Это ничего, у ней пройдет.

ТАТА. Мне жаль мисс Эми. У ней, должно быть, очень болит голова – у ней давно болит голова.

ДАМА ( обнимая Тату). Милая моя, добрая девочка.

ТАТА. У вас тоже болит голова? Вы плачете.

ДАМА. Да, да, деточка, у меня тоже болит голова. Это все ничего, это все пройдет.

ТАТА ( плача). Я не могу, я не могу! У меня тоже болит голова. Все плачут, у всех болит голова.

ТОЛЯ. Тата Тата, не плачь! не надо! Я не хочу плакать!

ДАМА. Да, да – я виновата, простите, я вас расстроила. Не надо, деточки, плакать. От этого разболится головка еще хуже. Не плачь, Таточка. Развеселись, моя крошка; посмотри, какое солнце; птички щебечут, так светло, хорошо! Мы пойдем гулять. Ведь вы пойдете со мной гулять. Ты мне покажешь сад, Толя. Хорошо?

ТОЛЯ. Мы пойдем за реку.

ДАМА. Пойдем за реку, на поля, на луга! Будем собирать цветочки, слушать птичек, петь песни! Рассмейся же теперь, Таточка! Ведь ты – хорошая девочка! Да это и не ты плакала. Это плакала другая девочка. Ее больше нет. Теперь с нами Тата, веселая Тата! вот как!

ТАТА (утирая слезы). А мисс Эми тоже пойдет за реку?

Дама. Да, и m-lle Эми пойдет. Мы пойдем все вместе. Мы пойдем после завтрака – тогда у m-lle Эми пройдет голова – и всем будет весело, вот как.

ТАТА. Всем будет весело. Папа тоже сказал, что всем будет весело.

ДАМА. Да, да, вот и прекрасно, дети! Я так и знала, что вы такие умницы. Подите же сюда ближе. – Вот так, и ты, Толя. Я тетя – добрая, хочу вам только хорошего. Вас люблю и пришла поговорить с вами, как с большими и взрослыми детьми. Ты ведь большая, Тата? (Тата кивает головой.) Ты не будешь, значит, плакать и кричать? Да? А про Толю и говорить нечего, он мальчик. – Так вот что, дети, вы должны теперь помолиться о своих папе и маме. Молиться Боженьке об их душе. – Так нужно! – Бог любит, когда дети молятся. А это важная минута в вашей жизни, когда нельзя плакать и кричать, а нужно хорошенько молиться Богу. (Молчание.)

ТАТА. Да?

ДАМА ( целуя ее). Да, деточка. Вы папу и маму – больше никогда не увидите!

Молчание. Дети глядят в стороны.

ДАМА. Маму Боженька взял на небо. Только вы не бойтесь и не плачьте – вашей маме там хорошо.

ТАТА. Да?

ДАМА. Да, милая. Мама теперь вместе с ангелами, на небе, смотрит на вас – и радуется, что вы такие умники, – она хочет, чтобы вы были хорошие, мама будет рада, когда увидит, что ее дети послушные и веселые. (Молчание.)

ТАТА. А папа?

ДАМА. Папа тоже… А теперь, дети, вы должны стать на колени и помолиться о них.

ТАТА. А здесь нет образа.

ДАМА. Ну, так просто. Бог сказал, все равно, где молиться. Вот станьте, дети, на колени, я вас научу. Перекреститесь и говорите за мной слова:

Дети становятся на колени и повторяют за дамой.

Упокой, Господи, маму во царствии небесном и прости, Господи, папе все прегрешения.

ДАМА. Ну вот – вы умники. Я так и знала, что вы будете такие послушные… А теперь вы должны будете надеть эти платья. К вам придет няня. А потом посидите тут смирно. За вами я скоро приду и мы пойдем вместе вниз, молиться о маме… Вы с ней должны будете проститься.

ТАТА. А где теперь мамочка?

ДАМА. Вы проститесь с ней внизу, в зале, с ней – с ее телом… Вы не бойтесь… Она не умерла… Нас Бог учил, что душа не умирает, а умирает только тело. А душа мамы теперь у Бога на небе… Мама смотрит на вас.

ТАТА. Да? это правда?

ДАМА. Правда, правда, моя хорошая, добрая девочка. Мама теперь счастлива, она смотрит на вас с неба и радуется, что у нее такие хорошие дети. Она видит вас. Мы ее не видим, а она видит и рассказывает про вас Богу.

ТАТА. И я хочу к маме… Это можно?

ДАМА. Да, да… Вот немного погодя, вы пойдете к маме проститься с ней… А теперь посидите тут, смирно. Вы ведь будете смирно сидеть? Вы ведь большие, серьезные дети?

ТАТА. Мы никогда не кричим. Это в городе есть такая у нас девочка Вера, она – плакса… А мы нет.

ДАМА. Ну вот, я так и знала. Тогда до свиданья, дети. Мне пора, я уж опоздала. Прощай, Таточка. ( Целует ее.) Ну а вы, Толя… Вы не хотите со мной проститься?

ТОЛЯ протягивает руку и отворачивается.

ДАМА. Ну вот так, дети. Значит, до свидания. Я скоро, скоро за вами приду. А теперь посидите тут, переоденетесь – к вам сейчас придет няня. ( Кивает головой и уходит.)

ТОЛЯ ( шепотом). Как ты смела говорить им про папу, ты совсем глупая и маленькая. Ничего не понимаешь. Папа будет на тебя сердиться. Папа велел молчать. Мы теперь большие.

ТАТА. Я и не говорила.

ТОЛЯ. Нет говорила.

ТАТА. А сердиться теперь грешно.

ТОЛЯ. Я не сержусь. А только мы должны слушаться папу.

ТАТА. А сам папа говорит, что нехорошо сердиться.

ТОЛЯ. А эта дама глупая… Она говорит, как дядя Поль, она хочет, чтобы мы ее хвалили.

ТАТА. Это мамина новая знакомая.

ТОЛЯ. Она совсем глупая, она ничего не знает, она говорит про папу. А папа тут… Она говорит m-lle Эми… Зачем m-lle Эми, у нас мисс Эми. ( Молчание.)

ТАТА. А почему все плачут, Толя?

ТОЛЯ. Они жалеют нас и плачут. Они думают, что мы совсем маленькие.

ТАТА. Я не буду больше плакать… А папа тоже плакал.

ТОЛЯ. А про папу нельзя так говорить. Его обижают. Это наша тайна, папа сам вчера сказал.

ТАТА. А вчера? Что он говорил? Мне было страшно.

ТОЛЯ. Папа нездоров… Все нездоровы… (Молчание.) Мы еще не совсем большие и этого не понимаем, но мы будем расти и тогда скоро все поймем. (Молчание.)

ТАТА. А ты, Толя, пойдешь к мамочке?

ТОЛЯ молчит.

ТАТА. Я хочу к мамочке. Я думаю, что мамочка больна. Отчего все так?

ТОЛЯ молчит.

ТАТА. А все-таки мне страшно. Зачем все чужие? Что там будет? Почему все плачут?

ТОЛЯ молчит.

Занавес. Перерыв четвертый.

Богато убранная детская в нижнем этаже. ТАТА в кроватке спит. Перед ней ТОЛЯ.