Чтение онлайн

– Это забавно, – прервал Томпсон. Он начинал злиться. – Из всех жестокостей и прямо-таки погромов, что я могу припомнить в истории телепатии, ни в одном телепаты не резали нормалов. Но я могу привести чертовски много убийств телепатов нормалами.

– Ты позабыл Бестера; он и его головорезы убивали нормалов в избытке. И это было для него только началом, как доказало разбирательство. Не разразись война телепатов…

– Бестер – это один человек. Нельзя судить о всех нас по нему.

– Будут еще Бестеры. Однажды один из них запустит маховик.

– Действительно? Еще Бестеры? Так почему же вы так печетесь об этом Бестере, который оказался реальным, нынешним Бестером?

Гарибальди осклабился.

– "Три амигос"? Я знал, что ты мне понравишься, Томпсон. Почему этот Бестер? Видишь ли, я не Шеридан. Я не спасал вселенную, или что-то подобное. Я просто называю вещи их именами и делаю лучшее, что могу, для себя и своих. Бестер… ты помнишь ту телепатку, о которой я рассказывал? Талию?

– Ту, у которой очаровательное "неважно что"?

– Ага. Между нами никогда ничего не было, но она была другом. Думаю, что была. И – да, захоти она, чтобы что-нибудь было… Что ж, как и Лондо, я тогда был другим. Но Талия, которую знал я, была ненастоящей.

Бестер и его приятели запрограммировали ее, создали фальшивую личность, упрятали настоящую, мерзкую Талию глубоко внутрь. Или, может быть, все было по-другому. Может, женщина, что мне нравилась, была настоящей личностью, и внедренное создание сожрало ее заживо. Как бы то ни было, Талия, которую я знал, погибла из-за Бестера. И то было лишь начало. Это было еще до того, как он влез в меня. Я не пытаюсь приукрасить это, потому что не думаю, что приукрашивание требуется. Месть – своего рода давняя и почитаемая традиция. Никто не заплачет по Бестеру.

– Вы говорите…

– Я говорю, юноша, что, когда придет время, не оказывайся у меня на линии огня.

Томпсон, казалось, боролся с собой минуту, затем кивнул.

– Я понимаю.

– Хорошо. Рад, что мы это выяснили.

– Так что насчет этой войны, грядущей, по-вашему, между телепатами и нормалами? Отделение нас вы не считаете выходом, но вы также и не находите возможным сейчас смешивать ваши гены с нашими.

Гарибальди вздохнул.

– Не знаю. Было время… – он вспомнил вирус для телепатов Эдгарса и внутренне содрогнулся. – Я думал, ответ есть. Теперь же я просто довольствуюсь надеждой, что это произойдет не в мое время, и не во время жизни моей дочери. Может быть, случится чудо и все мы научимся ладить.

– Думаю, новые законы – хорошее начало для этого.

– Может быть. Или, может, они лишь завеса. Время покажет, – он поднял глаза. – Где проклятый официант? Я весь проникся французским духом, но это смешно. Эй, ты! Гарсон! – узкое лицо повернулось к нему, и он запоздало понял, что официант – женского пола. Ох. Однако он постарел.

Официантка подошла к их столику.

– Да, мадам? – осведомилась она прохладно.

– Простите. Мы бы хотели кофе.

– Как пожелаете, – ответила она. – А вам?

– Просто кофе, – сказал Томпсон.

– Я приложу все свое усердие к выполнению такого трудного и сложного заказа, – сказала она и отошла.

– Ну ладно, – сказал Гарибальди, округляя глаза, – почему Бестер изменил своим привычкам? И почему он сделал это в Париже?

– Почему бы нет? Кто его здесь заметит? Он вырос в Женеве, так что он, вероятно, говорит по-французски так же хорошо, как по-английски, если не лучше. Большинство домовладельцев в этом городе не станут суетиться проверять вас, покуда вы вовремя платите – здесь принято заниматься лишь своими собственными делами. Полно мест, куда смыться, в случае чего. В наши дни очень легко пересекать границы, за исключением межпланетных. Если он сегодня покинул Париж, он может быть где угодно на Земле к завтрашнему утру.

– Я хочу поставить кого-нибудь в каждом аэропорту, на вокзалах и особенно в космопортах.

– Отлично. Так он наймет автомобиль и уедет. Или сядет на велосипед. Вы не сможете перекрыть Париж – разве что армией в состоянии боевой готовности. И, глядя, как вы стараетесь не допустить к этому EABI – что я все еще считаю ошибкой – вы не смогли бы проверить и часть этого людского потока, даже будь у вас такая армия.

– Так мы его вынюхаем. На каком расстоянии ты мог бы его почувствовать?

– Вы шутите, наверно? Я встречал человека лишь раз, да и вообще, я не учился выслеживать. Что вам нужно – это подразделение ищеек из Метасенсорного отделения, и вы это знаете.

– У него есть человек внутри. Знаю, что есть. Минута, когда Метасенсорное узнает, что он здесь, – это шестьдесят секунд до его бегства.

Его кофе прибыл. Он поблагодарил девушку и сделал глоток. Кофе был хорош – чертовски хорош. Лучше, чем тот, к которому он привык на Марсе.

Его телефон зазвонил. Он вынул и раскрыл его.

– Гарибальди, – сказал он.

Это был инспектор Жерар.

– Мистер Гарибальди, у меня для вас хорошие новости, если вы соблаговолите придти их послушать.

Наяву Гарибальди был более внушителен, чем на видео. Не физически – он как раз был меньше, чем Жерар себе представлял. Но он обладал непринужденной осанкой, энергией, что скорее порождало чувство – простоты.

– Так что за большие новости? – спросил он, разваливаясь на стуле, который Жерар держал у себя в офисе, чтобы доставить посетителям неудобства. Гарибальди как-то проигнорировал твердое дерево и острые углы, придав себе совершенно довольный вид.

– Бандит, убитый при взломе аптеки, Джемелай Пардю. Один из его соседей видел человека, наносившего ему визит несколько недель назад. Мужчина подходит под описание Бестера.

Это привлекло его внимание. Брови изогнулись, глаза расширились – Жерар мог почти поклясться, что и уши встали торчком.

– Рассказывайте. Это только что стало известно?

Жерар удержался от саркастического комментария. Он начинал подумывать, так ли уж лучше иметь рядом Гарибальди и его шайку гуннов, чем надзирателей из Метасенсорного отделения. Он отделался ледяным "да".

– Что это значит?

– Пардю недолго заправлял организацией на Пигаль – наркотики, рэкет и тому подобное. Она была очень локальной. Обычно ничего не делала за границами своей территории.

– Позвольте догадку. Кроме ограбления аптеки.

– Именно.

– Так, допустим, этот свидетель не был обкурен или что-то подобное и действительно видел Бестера. Это значит, возможно, что тот человек, сумевший скрыться, был сам Бестер.

– Я так не думаю. Больше похоже на кого-то из людей Пардю.