Чтение онлайн

«Так много всего нужно запомнить», — подумала Алекса. Но до сих пор она так и не применила на практике полученные ею новые знания. С ироничной усмешкой она подумала о том, что все еще девственница, хотя и не невинна. Она уже, слава Богу, знает немало. Но как мало она знает настоящую жизнь, не знает даже своего собственного тела. В обществе, где невежество и наивность считались синонимами добродетели, никого не волновал тот факт, что многие девушки по незнанию легко поддавались уговорам беспринципных мужчин. И уж если девушка согрешила, не имея кольца на пальце, она уже больше не была добропорядочной и у нее уже больше не было возможности выйти замуж.

Закрыв глаза и подставив лицо солнцу, Алекса облокотилась на каменный парапет. Как было бы хорошо подставить все свое тело солнцу, почувствовать, как оно проникает в каждую его клеточку, пока оно не станет бронзовым и блестящим, как у деревенских женщин, которых она видела на Цейлоне во время прогулок. Весело смеясь, они купались под небольшим водопадом, распустив по спинам свои смоляные волосы. А ее волосы… Выходя из дома, она закрутила их в пучок на затылке, и теперь бессознательно Алекса вынула шпильки, и волосы тяжелой волной рассыпались по спине. Если бы не поздний час, можно было бы раздеться и полежать на солнышке совсем нагой, а потом по мраморной лестнице побежать в бассейн, вода в который поступала из горного ручья, протекавшего по территории усадьбы и орошавшего водой оливковые рощи. Можно было бы там поплавать, а потом снова подставить свое тело ласковому солнцу.

— Надеюсь, дорогая Алекса, что ты не учишься спать стоя?

Открыв глаза, Алекса выпрямилась:

— Я представляла себя язычницей, поклоняющейся богу Солнца, и мечтала скинуть с себя всю одежду!

Сэр Джон засмеялся:

— Ты можешь и должна делать все, что тебе хочется, моя дорогая, только не забудь, что ты обещала пообедать сегодня со мной. И потом, я бы хотел, чтобы ты пожалела мои старые уши и бросила этому молодому человеку, который так громко поет тебе серенады, цветок или что-нибудь еще, чтобы он замолчал от счастья.

Потом Алекса будет вспоминать дни, проведенные в Неаполе, как «золотое время», когда она, обнаженная, лежала под ласковым солнцем, а ее кожа заманчиво блестела от розового масла. В то время они с сэром Джоном ни с кем не встречались и много времени проводили, беседуя друг с другом.

— Я думаю, что она все-таки по-настоящему любит сэра Джона, — прогуливаясь по саду, говорила Бриджит мистеру Боулзу. — Он прекрасный человек, этого нельзя не заметить. Вероятно, именно это заставило ее, такую молоденькую и хорошенькую, выйти за него замуж. А возможно, была какая-то договоренность между их семьями… Но чем больше я смотрю, как они упоенно беседуют, как весело смеются, тем… В общем, поэтому я и сказала то, что сказала!

— Я полностью разделяю твое мнение, — после небольшой паузы ответил мистер Боулз. Дойдя до клумбы с пышно цветущими розами, он повернул назад, увлекая за собой разочарованную Бриджит. — Однако… однако, мисс Калиган, я думаю, что определенная сдержанность может… Эти рыбаки поют так громко! А садовники постоянно носят свои корзины из сада во двор. Эти зануды всегда притворяются, что не понимают меня, когда я пытаюсь объяснить им их ошибку.

— О! Вы имеете в виду то, что мадам плавает в бассейне и загорает обнаженная?

Сама Бриджит уже давно ничему не удивлялась, хотя и ей было интересно, что же кроется за поведением хозяйки. Тем не менее, голос горничной звучал сейчас абсолютно безразлично:

— Ну… я думаю, она сама прекрасно знает, что происходит вокруг, но ее это совершенно не волнует, так же как и сэра Джона. И я считаю, что это никого, кроме них, не касается. Вы не согласны со мной, мистер Боулз?

— Скажу только, — холодно ответил он, — что лично я бесконечно счастлив, что завтра мы наконец уезжаем в Рим. Я думаю, там они будут вести себя более цивилизованно!

«Глупая, бестолковая женщина!» — с раздражением подумал он, но его мысли были прерваны громким стуком. Кто-то стучал в деревянные ворота, мимо которых они сейчас проходили.

— Интересно, кто это может шуметь так поздно? Я надеюсь, это не тот настойчивый рыбак, который постоянно предлагает каких-то морских тварей, состоящих из одних ног…

— Но это же главный вход! — Бриджит выглядела испуганной. Даже этот настойчивый рыбак не позволит себе стучать в эти ворота. Может, вернулся граф, хозяин усадьбы?

Громкий стук сопровождался пьяными голосами, которые с каждой секундой звучали все более грубо и требовательно. Мистер Боулз решительно освободился от Бриджит, которая нервно вцепилась ему в руку.

— Мисс Калиган, извините. Я полагаю, что раз уж я здесь, а этот ленивый сторож скорее всего где-то спит, то мне следует принять меры, чтобы остановить это грубое вторжение на частную территорию.

И оставив Бриджит, потрясенную его словарным запасом, с открытым ртом и округлившимися глазами, мистер Боулз решительно направился к массивным деревянным воротам, которые уже содрогались под ударами ног.

— Нет нужды так громко сообщать о вашем присутствии, джентльмены или кто вы там есть! Я здесь.

За воротами воцарилось молчание, мистер Боулз удовлетворенно кивнул и поднял длинный металлический засов, соединяющий вместе две половинки ворот.

Рим! Разрушенные дворцы, величественные колонны, мраморные статуи, старинные площади с прохладой фонтанов… Наполненные солнцем дни и теплые ночи… И музыка, которая звучит всегда и везде… Рим — это город чувств, его скорее ощущаешь, чем видишь. Они были в Риме только три дня, но Алексе уже хотелось остаться здесь на всю жизнь.

Они остановились на вилле одного очень знаменитого итальянского вельможи и его молоденькой супруги — англичанки Пердиты, которые были друзьями сэра Джона. И Пердита с удовольствием показывала Алексе все местные достопримечательности.

— Ты уже видела Колизей, Сикстинскую капеллу, катакомбы и знаменитые римские бани. Но, дорогая, разве тебе не хочется познакомиться с современным Римом?

Джусто, муж Пердиты, вел политическую дискуссию с сэром Джоном, но сейчас он отвлекся и улыбнулся:

— А! Я слишком хорошо знаю свою жену, мне было только интересно, насколько ей хватит терпения и когда она наконец заговорит о том, что ее интересует.

Взглянув на удивленную Алексу, он опять улыбнулся и пояснил:

— Храм Венеры. Это очень точное название, смею вас заверить. Обычно хотя бы раз в неделю мы обязательно приглашаем Орланду к нам в гости. — Подмигнув ничего не понимающей Алексе, вельможа продолжил: — Но пусть Пердита сама все тебе расскажет, у нее это получится лучше, чем у меня. А ты уже сама потом все решишь, ладно?