Олаф Торкланд и принц Данов (Непобедимый Олаф)
Шрифт:
Но вдруг среди ночи вспыхнул свет, ослепив людей с обеих сторон. Свет был настолько ярок, что там, где опускались его лучи, было видно как днем.
Олаф смотрел, как радостно вскочили финны и стали что-то выкрикивать, сопровождая слова немыслимыми жестами. Это очень напоминало дикарский ритуал или молитву.
Хирдманы побросали весла, а Олаф что было силы всматривался в источник столь необычного освещения.
– Остановитесь, кровожадные пришельцы!
– разнесся над морской гладью громкий голос, несущийся со стороны сверкающего круга, возвышающегося на вершине острова.
– Кто это там тявкает?
– бесцеремонно ответил Торкланд.- Если ты какой-нибудь финский божок, то видал я птицу и покрупней. А если колдун, то лучше тебе использовать свою силу в целях собственной безопасности и драпать отсюда, пока я тебе это позволяю. Один кол-дунишка уже подразнил меня накануне вечером. У нас на его ворожбу быстро нашлась управа.
– Глупый человек! Если ты так дерзишь той, в чьей власти сейчас находишься, то как же ты обращаешься с простыми смертными?
– Каждому по длине языка и прыткости ног,- пошутил ярл.
– Вы обидели представителей моего народа в своем мире, но колдовство неопытной девушки, лишь недавно ставшей жрицей-правительницей, забросило вас в этот благословенный край вместо земли, которая самой природой предназначена для вас. Я, Мать мира, исправлю эту досадную ошибку.
Свет вдруг померк, но не погас вовсе. Казалось, будто кто-то просто уменьшил его яркость. А на вершине острова, где только что горел ослепительный круг - источник этого света, стояла крупная олениха, со звездой, сияющей во лбу.
– Так финская Мать мира - это просто-напросто обыкновенная корова!
– со смехом ткнул пальцем в собеседницу Торкланд.
На самом деле эти остроты славного ярла имели одну лишь цель: отвлечь внимание хирда от создавшегося положения. Краем глаза он уже уловил скопление черных сгустков тумана вокруг драккара.
– А ну, взяли весла, бездельники, чего расселись! Отправим к Ньерду недобитую падаль!
– заорал он осипшим голосом и ринулся по палубе, угрожающе потрясая кулаками.
В эти минуты для юных хирдманов Торкланд был большим источником ужаса, чем все колдовство Мидгарда. И они, забыв усталость, исправно трудились. Олаф добился своего. Черный Туман, опять окутавший корабль, не испугал его экипаж. Видя, что парни находятся в норме, ярл дал слабинку.
– Ладно, кидайте весла, они сейчас бесполезны. Надеюсь, никто не будет бросаться за борт или кататься по палубе от страха?
– устало выдохнул Торкланд.
Но людям было не до этого. Получив наконец желанный отдых, они просто попадали от усталости прямо там, где сидели. И никакие опасности, никакие ужасы, творящиеся сейчас за бортом на расстоянии вытянутой руки, нисколько не волновали ни одного из хирдманов.
– Ну ты и изверг, дядюшка Олаф,- засмеялся сидящий на носу корабля Хэймлет.
– Ничего, это им только на пользу. Здоровее будут. Все живы и без этих, как их там, припадков,- подытожил Олаф плоды своей деятельности.- В общем, все в порядке.
Туман исчез, как и возник. Прямо по курсу перед ними выросла ледяная гора. А дальше еще, и еще одна. Драккар почти замер на месте, покачиваясь в черной стылой воде. Людей начал пробирать колючий мороз. Благо, предвидя наступление скорой зимы, викинги набрали в деревне теплых медвежьих шуб. Эта одежда сейчас была, как никогда, кстати.
Усталые молодые хирдманы заерзали на своих лавках, непонимающе подымая головы, и не без помощи пробирающего до костей холода окончательно сбрасывали остатки сна. Парни быстренько вскакивали и, порывшись в куче барахла, натягивали на себя спасительный мех. Прыгая по палубе и толкаясь, они старались согреться.
– А может, погребем, согреемся?
– предложил Олаф хирду.
Но те дружно замотали головами, предпочитая чуть-чуть померзнуть.
– Ну как хотите,- пробурчал старый вояка и отвернулся, рассматривая ледяные торосы, в изобилии вздымающиеся над черной водой холодного моря.
– Эй, Хэймлет, кажется, на этот раз мы по-настоящему влипли,- повернулся ярл к другу.
– Ничего не могу тебе сказать, я предпочитал ходить в южные воды, во Франкленд, Ингленд, наконец, Спайнленд, холодный север никогда не прельщал меня. Что можно найти на севере, кроме льда и китов?
– ответил конунг.
– Ну здесь, дорогой мой принц, ты и китов не найдешь. Я еще не уверен, но мне кажется, что грязная корова отправила нас прямехонько в Нифльхейм.
– Подумаешь,- беззаботно отозвался молодой конунг,- хорошо еще, что не в Муспелльсхейм.
– А зачем ей было тратить силы и отправлять нас неведомо куда, чтобы тут же зажарить на огне. Если бы нас хотели убить, легче было бы поднять ветер, например, и разбить о скалы. Так нет же, ее цель была замучить нас, Заставить издохнуть медленной смертью.
– Ну где бы мы ни были, а прежде, чем издохнуть, стоит поискать выход, может, и не придется отправиться на свидание к Старухе,- возразил Хэймлет.
Он поднял глаза к небу, но не обнаружил там совершенно никаких светил, по которым надеялся хоть как-то определить местонахождение судна. Если, конечно, друзья еще были в Мидгарде.
Над ними был лишь серый фосфоресцирующий свод, больше походивший на потолок, нежели на небосклон.
– Мне кажется, ты прав, Олаф, это действительно Йотунхейм,- подытожил датчанин,- давай-ка проплывем немножко вдоль берега, а потом высадимся и посмотрим получше.
– Эй, викинги, по местам!
– скомандовал ярл слегка отдохнувшему хирду.
Но на этот раз утомленным воинам грести было не тяжело. Их никто не гнал, и корабль медленно плыл, огибая ледяные утесы, обследуя замерзшие бухты.
– Слышишь, конунг, надо бы высадиться, людей покормить, да и самим пожрать не мешало бы,- постучал Олаф по пустому животу.
– Тебе только жрать да убивать, рыжий верзила,- пошутил Хэймлет,- может, ты пойдешь прогуляешься? Йотуны тебя за своего примут. Такой же здоровый, кровожадный и редкостный проглот. И появится в Ледяной стране йотун Олаф.
– Ну ладно, ты, цверг-переросток. Тебе только саги сочинять, а не в море ходить,- парировал Торкланд.
– Ладно, ладно, сдаюсь,- датчанин задрал руки кверху,- я и сам бы не прочь червячка заморить.