Оленька
Шрифт:
Валя совсем пьяна, но по её слабым стонам можно понять, что ей нравится.
За Владом подошли и все остальные. Кто-то вырубил музыку. Настала абсолютная тишина.
Валя на мгновение протрезвев стояла с распущенными, немного растрепанными волосами и недоумевающе смотрела на Влада.
— Праздник окончен. — прокричал Влад сквозь гробовую тишину.
— Влад! — позвала Валя. Влад! — зарыдала она. Я… я… я не понимаю, я…
Все разошлись — кто в зал, кто к выходу. Причем Слава к выходу пошёл, даже не пошёл, а юркнул, самый первый.
Влад поплелся в зал не разбирая дороги.
Влад! Влад! — заголосила Валя и побежала за ним.
Влад так сильно оттолкнул Валю, что она упала, едва на входе в зал, едва не ударившись об колоду. Волосы её окончательно разлохматились, от слез тушь размазалась по лицу. Валя пыталась встать, но видя, что Влад быстрее её и, видимо пробирается на балкон, она с быстротой змеи не то подползла, не то бросилась за ним и вцепилась ему в ногу.
— Влад! Влад! Пожалуйста! Выслушай, умоляю! — рыдала она.
Влад одернул ногу, немного наклонился и с такой силой ударил её по лицу, что Валя, вскрикнула от боли и принялась рыдать во весь голос. Она сидела на полу и уже не пыталась бежать за Владом, который плюнув прямо на ковёр и бросив жестокое “шлюха” всё-таки пошел на балкон.
Олька и Таня стояли в дверях. Таня была не в силах пошевелиться.
— Не упусти свой шанс. — еле слышно прошептала ей Оля. Останься тут, помоги убраться, скажи что-то утешающее. А я её заберу.
К Тане пришла страшная идея. Во всяком случае Таня так подумала, что это ей она пришла, а нисколько не Оле. Зорик и Эрдени уже вышли, никто даже словно не заметил их тихое “ну мы пойдём”
Егор, Костя и Олег-парни, что жили в одной квартире со Владом сидели на диване и кресле с задумчивый лицами и боялись пошевелиться или издать какой-либо звук и тем самым побеспокоить Влада, который словно в агонии перемещался по балкону, то яростно опираясь на перила, то садясь на корточки и хватаясь за голову, то пиная стену и прутья балкона и ударяя по ним кулаком.
Олька подошла к Вале и помогла ей подняться.
— Идём! скомандовала она.
Олька практически уволокла ревущую Валю в ванную умыла и вытерла её лицо.
— Где твоя сумка? — спросила Оля.
Продолжая рыдать, Валя ответила: “В спальне”. Валя с трудом начала одеваться, делая это как попало, едва натянув на себя пальто и неправильно застегнувшись. Красная щека пылала огнём. Валя прикоснулась к щеке и одернула руку. Так было больно — и лицу и душе.
Олька нашла сумочку и заодно собрала Валины вещи. На стуле она увидела ее джинсы, свитер и футболку. Очевидно, Валя, зная, что приедет заранее, решила переодеться здесь. Тем самым Олька отрезала ей путь к отступлению-повода заехать за вещами или попросить Влада их привезти уже не будет.
— Парни, есть пакет? — спросила Оля.
Когда парни его нашли, Олька подхватила Валю, успевшую заплакать снова и снова же клюющую носом.
Олька вывела Валю на улицу и усадила на лавочку, сама сев рядом. Олька позвонила Вадиму и попросила её забрать.
Она умудрилась уйти с праздника практически трезвой. Валю она решила забрать себе, потому позвонила также Полине, своей компаньонке, чтобы та встретила их. Валя совсем отключилась и Олька положила её голову к себе на колени
Вадим приехал довольно быстро.
— Любимая, что это у вас?
— Валя оказалась не самой идеальной девушкой.
— Судя по её состоянию выпила она много.
— Я раньше не представляла, что она может так пить… Но это-то ладно…
— Что ещё?
Пара в это время волокла Валино тело на заднее сиденье машины.
— Сейчас сядем. — Олька немного запыхалась. На каблуках волочь подругу, телосложение которой можно было определить как “здоровое”-не толстое, но “здоровое” маленькой Ольке было непросто. Когда все уселись или были уложены, Олька продолжала:
— У Влада оказывается есть двоюродный брат, Слава. Он такой, знаешь, неприятный… Гопник какой-то. Наглый. Ко мне пытался подкатить.
— А ты что? — засмеялся Вадим.
— Что-что. Послала куда подальше.
Я не знаю, зачем Влад с ним общается… Ну вот мы танцевали, Валя пошла водички попить и что-то долго её нету. Смотрим и Славы этого нету.
А они на кухне обжимаются. Да вообще. Мне кажется не зайди никто…
Короче я была о ней лучшего мнения…
Мы вообще никогда не пили так сильно.
Валю начало рвать. Когда Вадим смог остановиться, задняя часть салона, Валино пальто и волосы были в ужасе.
Оля затрепетала:
— Дорогой… Я все вымою… Прости меня, пожалуйста, но я не могу её бросить в таком состоянии.
— Ну конечно, не надо было её бросать. Только больше с ней не общайся. И со Владом, если он продолжит с этим Славой общаться.
— Ну после такого врядли.
— Моя девочка ведет правильный образ жизни.
— Я люблю тебя. — сказала Олька.
— Как приятно это слышать. Дима не активизировался?
— Тихо пока.
— Ну хорошо.
***
В Тане откуда-то проснулась активность и командирский тон.
— Так парни! Помогите мне убраться. Вы все переносите в зал, а я мою посуду. И мусор соберите.
— Ну да, надо — замямлили парни.
Таня уже домывала посуду, как на кухню вошёл Влад.
— А ты чего здесь?
— Я… Я поддержать тебя хочу…помочь.
— Знаю я все про тебя! Нечего ко мне подкатывать! — проорал Влад и кинул ложку на край мойки, которая прогремела, заставив Таню задрожать. Вон! Пошла, пошла! — продолжал упорствовать он.
И торт забери! Валите все забирайте все с собой, пошли все….
Испугавшись, что Влад что-то сделает с тортом, Егор поднес его уже вытершей руки и подошедшей к двери Тане. Торта оставалась ещё добрая половина, был он довольно большой.
Сделан он был на заказ, Валя специально экономила деньги, чтобы заказать его. На этой половине ещё красовалась надпись: “с днём рождения, любимый! “, которую никто трогать не решился. Несмотря на небольшое количество еды почему-то торт не съели.
Торт был от фабрики Восток, с масляным кремом, который был со вкусом детства. Таня ещё в начале праздника обзавидовалась этому торту. А теперь половина досталась ей. Несмотря на дрожь, она усмехнулась.