Чтение онлайн

Мое «зубное» приключение только в очередной раз доказало, что Украина разводит не специалистов, а «державномовних» имитаторов любой деятельности. Больше всего государственного языка сейчас в парламенте, правительстве и на телевидении. Там же – меньше, чем где-либо, профессионализма. Выборы следуют за выборами. Кабинеты министров сменяются, как прокладки у барышни в критические дни. Президент хочет в НАТО. Но НАТО уже не очень хочет его, и Ющенко приходится, как мальчишке, бегать в переднюю Саркози, чтобы поговорить с ним всего 40 минут(!) и попытаться убедить не тормозить присоединение Украины к сотрудничеству с Северо-Атлантическим блоком. Вроде бы ничего не значащий момент. Но ведь он показывает, насколько на Западе разочаровались в своем беспомощном, запутавшемся в юридических формальностях «друге» Викторе Андреевиче! Ему плюют в рожу из Парижа прямо на глазах у всей Европы, показывая: не нужен! А украиноязычный «державницький» канал разводит какую-то манную кашу в комментариях, пытаясь представить бесполезный и дорогостоящий ющенковский вояж как дипломатическую победу. Но если бы победа была, Президент не мямлил бы что-то нечленораздельное, а прямо и понятно заявил: Франция после моего разговора с ее лидером больше не возражает против вступления Украины в НАТО! Вы слышали от него что-нибудь подобное? Я – нет. А значит, и Ющенко, и тот «правильный» политический обозреватель, который откомментировал его парижскую прогулку, ничем не отличаются от зубодера в вышиванке, издевавшегося над моей челюстью.

Еще Грушевский, так ценимый ныне нашими псевдопатриотами, заметил, что независимую Украину не следовало бы даже придумывать, если в результате предполагается построить очередную обывательскую страну. Видимо, он подразумевал, что Украина должна сказать какое-то новое важное слово для мировой цивилизации, показать пример общества нового типа – более продвинутого, чем те, что были до нее. Но даже ему не могла прийти в голову картина нынешнего национального развала. У нас борются не за государство, а за государственный язык! Как будто это одно и то же! Давайте представим, что, освободившись от английского колониального гнета, Соединенные Штаты Америки все свои силы потратили не на развитие экономики, вооруженных сил и культуры, а на фабрикацию истинно национального диалекта, представляющего собой смесь из говоров белых переселенцев и языка индейцев чероки. Кто-то слышал бы сегодня об атлантической сверхдержаве? Американцам не помешало стать великой нацией отсутствие национального языка.

Украина пошла другим путем – выискиванием причин, которые позволили бы ей и дальше оставаться официально признанным мировым «лузером». Мне хотелось бы знать, что будет после того, когда все украинские граждане забудут русский язык? Наступит счастье? Рай земной? Сами собой начнут расти булки на деревьях и ядерные боеголовки в ракетных шахтах, которые прогулял еще Кравчук? А за что тогда будет жить «Просвiа», регулярно высасывающая бабки из госбюджета на поддержку «мови»?

Мы живем в стране псевдонационалистов, имитаторов украинизации, успешно разрушающих все вокруг. Им кажется, что карт-бланш, выданный Украине Господом в 1991 году, бесконечен. Но они забыли, что на этой земле уже существовали Киммерия, Скифия, Сарматия, Готия, Крымское ханство, и все они успешно канули в небытие, когда предались разврату и безумию. Украинцы так долго жаловались на то, что великие народы мешают им строить собственную хату, что Всевышний сжалился и предоставил им такую возможность. Но в результате все равно получился не новый Версаль, а мазанка, которую можно разрушить, ткнув в стену пальцем.

Абсурд хорош, когда он занимает свое скромное место шутки. Но когда он превращается в норму жизни, жизнь кончается. На днях я имел самый абсурдный разговор, который только можно представить. Иногда читатели вычисляют мой телефон. На сей раз позвонил отставной офицер СБУ (и, естественно, КГБ), ибо только в Украине тех, чьей профессией была борьба с украинским национализмом, с обретением независимости в одночасье смогли превратить в Службу безопасности националистической Украины. Этот молодой, судя по голосу, еще явно полный сил пенсионер просил меня о встрече.

– Зачем? – поинтересовался я.

– Менi хотiлось би поговорити з вами про деякi вашi статтi. Я багато в чому з вами не згоден.

– Ми можемо i так розмовляти. Що ви хотiти запитати?

И тут этот комик не придумал ничего лучшего, как выдать:

– Чому ви так не любите Украiну?

Я знал, что в спецслужбах всего мира работает много идиотов, скрывающих это под личиной секретности. Но это был просто эталон полицейского пенсионного кретинизма! Звонивший мне явно работал при советской власти в 5-м управлении, занимавшемся диссидентами. Теперь «оно» тосковало на пенсии и выискивало новых, уже «антиукраинских» диссидентов. Но я – не диссидент. Я живу строго по закону и не имею времени болтать с профессиональными бездельниками, черпающими оперативную информацию из газет. А потому просто и вежливо отправил звонившего туда, откуда он появился, заметив, что не собираюсь разговаривать с бывшим кагэбэшником о любви к Украине. Впервые в жизни меня действительно тошнило. Я готов уважать офицера КГБ, если он был настоящим офицером. Я готов также уважать офицера СБУ, а не притворяющегося таковым. Но не могу даже беседовать с мутантом – полукагебешником-полуэсбэушником. Точно так же, как никогда больше не пойду лечиться к зубодеру в вышиванке, выдающему себя за дантиста.

21 февраля 2008 г.

Политика кинопотугов

«Украина – страна казаков, расположенная между Малой Татарией, Польшей и Московией, – писал еще в XVIII веке Вольтер. – Плохое управление погубило здесь то добро, которое природа пыталась дать людям». Вольтер никогда не был в Украине. Все свои представления о ней он черпал со слов участников похода Карла XII. Но великий французский мыслитель смотрел в корень. Все беды Украины не от татар, ляхов или москалей, а от плохой администрации! От того, что, сидя на горе ресурсов, хохол неизменно превращает их только в кучу дерьма.

Давайте возьмем для примера даже не такие общеизвестные полезные ископаемые, как уголь и металл, а историю. Тоже ведь «ископаемое»! Причем способное приносить немалую прибыль! Польский кинорежиссер Ежи Гофман закладывает свой дом, берет кредит и снимает успешный фильм «Огнем и мечом», весь построенный на коммерческой эксплуатации украинского прошлого. Кредит окупается. Фильм приносит прибыль. Вся Украина, разинув рот, смотрит, как кто-то в очередной раз ее «поимел».

Как же нам самим в голову не могло прийти снять что-то подобное? А вот не могло! И знаете почему? Наши режиссеры – закомплексованные трусы. Они не умеют рисковать. Им хочется только угадать затаенные желания «хозяина» – государства, подбрасывающего время от времени объедки «дiячам культури» со своего пиршественного стола. Недавно мне пришлось посмотреть фильм «Капитан Алатристе», снятый по роману Переса-Реверте за деньги испанского правительства. Действие происходит в те же времена, что и трилогия Дюма о мушкетерах. Главный герой – наемный убийца и мерзавец. Его возлюбленная – актриса, зараженная сифилисом. Испанский король – ничтожество. Испанские гранды – сволочи. Тем не менее, фильм об этих грешниках смотрится на одном дыхании.

Я подумал: что получилось бы, финансируй подобное кино на тему отечественной истории украинское Министерство культуры? Все гетманы в этом гипотетическом фильме (даю голову на отсечение!) были бы непременно политическими гениями, которым только злая «доля» не позволила развернуть крылья. Все паны-полковники – героями. Все Гали и Оксаны – женщинами неимоверной моральной чистоты. А враги – трусливыми, глупыми и мерзкими. Просто непонятно, как такие идиоты вообще кого-то могли победить – не то что наших гениальных предков?

Значит, дело даже не в том, государство или частник финансирует кинопроизводство, а в том, обладают ли эти финансисты интеллектом – навыками управления. Все кино при Сталине в СССР было сплошь государственным и без постельных сцен. Тем не менее, «Чапаева» или «Волгу-Волгу» интересно смотреть даже сейчас. Просто потому, что это качественные фильмы. В «Чапаеве» атака тогдашних советских врагов – белогвардейцев – снята так, что хочется самому стать в их антисоветский строй. У нас так врагов не снимают. И даже не рисуют. Был я как-то во Львове в Музее современной истории. Чуть ли не всю стену в нем занимала картина какой-то горы, которую обороняли сечевые стрельцы от орд «диких москалей». Что это были за москали! Никогда в жизни я не видел таких славных москалей! Нечто среднее между бурым медведем и голливудским гоблином то ли в шинели, то ли в больничном халате, то ли с винтовкой в лапах, то ли с дубиной (национально свидомый художник так плохо умел рисовать, что трудно определить!) лезло на эту самую гору, символизируя, по замыслу автора, темную силу. Тем не менее, эта фантастическая живопись не восхищала и даже не пугала. Хотелось только смеяться. «Як вам, пане, наша експозицiя?» – спросил меня экскурсовод. «Та, так якось не дуже, – ответил я. – Москалi погано намальованi, а стрельцi – ще гiрше».

Российский парламент сделал простую вещь – полностью освободил кинопроизводство от НДС. Вкупе с высоким режиссерским и актерским потенциалом этого оказалось достаточно, чтобы вызвать кинобум и довести производство до ста фильмов в год. Вот вам пример грамотного управленческого решения! У нас же Ющенко, собираясь снять своего правильного «Бульбу», и приглашал Жерара Депардье, и поил его в собственном доме, и обещал ему какие-то крымские виноградники, а воз и ныне там. Только Депардье наел себе пузо еще толще – наверное, все вживается в образ запорожского полковника.

Наши политики тоже до сих пор только вживаются в роль. Они хорошо освоили профессию вора, получив в этом международное признание. Тут их заслуги неоспоримы. Достижения лепшего друга нашего нынешнего премьер-министра и тоже экс-премьера Павла Лазаренко даже американским судом зафиксированы. Другие все время оправдываются, что их руки ничего не крали. Но до сих пор нашим политическим деятелям кажется чудовищной мысль, что настоящий политик – это честный, если не перед другими, то хоть перед самим собой, и, главное, бедный человек. Сталин, будь он хоть трижды тиран, действительно умер, имея всего несколько френчей, а не гору тряпок от Луи Виттона. Спаситель Британии Уинстон Черчилль все свои доходы получал в основном от писательской и журналистской деятельности, достигнув, между прочим, даже Нобелевской премии по литературе. Он собственными руками возводил кирпичную стену в своем поместье.