Омский горячий твой
Шрифт:
Через лобовое стекло я увидел миловидную стройную девчонку в рабочем комбинезоне. Она подошла к машине и остановилась у водительской двери, ожидая, когда мы выйдем из машины.
Симпатичная, даже без косметики. Длинные каштановые волосы собраны в косу. Цвет натуральный. Я чуть наклонил голову, чтобы лучше ее рассмотреть, когда наши глаза встретились. Даже отсюда я разглядел цвет ее огромных глазищ. Синие, просто, блядь, синючие. Таких не бывает, наверное, девчонка носит линзы.
Валера суетился, убирая все лишнее из салона.
– Проверь ее, – коротко распорядился я. – Положи пятерку.
Так мы проверяли мойщиков – бросали в салоне деньги, где попало, если возвращали, обслуживались дальше, если нет, искали другую. Я не любил крыс, а постоянно переживать за вещи, а тем более стволы я не хотел.
– Блядь, Глеб, – протестовал Валера. – Тебе деньги девать некуда? Пятеру тебе точно никто не вернет.
– Давай забьемся? Если вернет, подаришь ей, а если скрысит, я тебе две верну.
– Другой базар!
Валера уже с радостью вынул пятитысячную купюру и незаметно бросил между сиденьями. Я удовлетворено кивнул и лениво вылез из машины, разминая мышцы. Все тело болело, будто его отбили молотком. Не знаю, что хуже он или кулаки Валеры.
– Как тебя зовут, милая? – возвышаясь над автомойщицей, как гора, поинтересовался Валера.
В отличие от меня, Валера, как раз таки носил строгие костюмы. Он был таким широким и высоким, что шил их на заказ. Обладая грацией медведя-шатуна, он все равно выглядел в костюмах охуенно.
– Алена, – с улыбкой представилась девушка.
– Аленушка, – протянул Валера, – Приберись в салоне тоже хорошенько. Ладно, милая?
Он потрепал ее по плечу, и она смущенно отвернулась. Я давненько не видел смущения на лицах людей, даже в более пикантных ситуациях. Меня цепануло.
Посмотрим, вернет ли девчонка деньги. Она может их и не найдет, если плохо выполняет свою работу. Было такое уже и не раз, когда под сиденье заглянуть никто не утруждается.
Мы пошли с Валерой пить кофе. Вообще он занимался машиной без моего участия, но когда мы возвращались после тренировок, мне было неловко его задерживать дольше, чем нужно. Лучше я посижу и подожду вместе с ним, пока помоют машину. Позвоню пока маме.
Обещал ей перезвонить еще позавчера, но не то, чтобы забыл – не хотел. Я люблю ее конечно, как и отца, но снова врать, что я их скоро навещу, сил никаких не было. Они с папой приезжали летом ко мне, теперь была моя очередь нанести визит вежливости, а я не хотел переться в Омск. Ну, честно. Я не для этого съебал оттуда.
Валера пошел отлить, а я слушал мамин треп. У них все было хорошо. Я так к этому привык, что не представлял, как может быть иначе. Мама снова спросила, когда я собираюсь жениться.
– Скоро, мам, – опять наврал я, чтобы она отстала.
– Глебушка, это правда? – даже через трубку я почувствовал ее радость.
– Конечно, мам! После Нового Года приеду и познакомлю вас.
– Сынок, а как ее зовут? Кто она? – мама тут же вцепилась в эту тему.
– Алена, – пизданул я первое имя, которое пришло мне на ум, а точнее, последнее, что я слышал за сегодня. – Все, мам, пока, мне некогда! Я тоже тебя люблю.
Через час девчонка сообщила, что мы с Валерой можем уматывать – машина была готова. Мы оба вышли к машине в предвкушении.
– Тут это... – девушка смущенно протянула Валере аккуратно сложенную купюру. – Вы нечаянно обронили, должно быть...
8. Глеб
Видели бы вы лицо Валеры.
– Спасибо, милая, – грустно выдохнул он, на автомате протягивая руку к деньгам.
Я оттолкнул его руку, взглядом напоминая про пари.
– Оставь себе, Алёна, – улыбаюсь я, видя, как вытягивается ее лицо. – Возьми ее расписание, – даю я распоряжение Валере. – Мыться будешь только у нее.
Я сел в машину и еще немного подождал Валеру, который справлялся у девчонки об ее рабочем графике. Если честно, мне было плевать, насколько хорошо эта милаха помыла мой внедорожник. По крайней мере, не крыса. Придирчиво оглядев салон, я остался более чем доволен. В машине даже пахло приятно.
Пока Валера усаживался за руль, я продолжал разглядывать Алену. Под мешковатым комбинезоном было сложно разглядеть ее фигуру, но было понятно, что она не жируха, скорее, наоборот, немного худовата на мой вкус. А вот мордашка зачетная! Губки такие аппетитные. Она так мило улыбается нам на прощание. Я тоже улыбнулся и помахал ей рукой.
– Хорошая девочка, – продолжая улыбаться, как идиот, пробормотал я.
– Глеб, а ты чё это пролетариатом заинтересовался? – усмехается Валера, уверенно выводя машину на трассу.
– Я? С ума сошел? Нет, конечно!
– Вот и прекрасно! Она все равно тебе не подходит. Не твой полет. Сразу видно – колхоз. Вот мне подойдет. Я и телефончик взял.
– А ты, значит, по колхозницам? – я повернулся к Валере, сделав очень заинтересованную мину.
– Я? Да! Я же сам еще тот колхозник. Вот ты мне честно скажи, Глеб, не заебали сиськи и губы силиконовые? Сами на хер готовы заскочить, в жопу за косарь дадут? Фу, блядь, тошнит уже! Так и хочется вцепиться клешнями в упругие дойки настоящие, жопушку такую сладенькую помять! – Валера смачно мял руль своими ручищами. Его глаза горели. – И чтоб не сразу, а поухаживать, добиться, может даже и влюбиться! Чтобы ее не только лопатник твой и хер гобатый интересовал, а мужика в тебе разглядела!
Я заржал, как конь, слушая проникновенную речь Валеры. Честно? Не ожидал от него такое услышать. Мне было пофиг настоящие сиськи или нет, лишь бы они были. А силиконовые губы, скользящие по члену, так это вообще улет! Как вообще могут надоесть красивые, ухоженные дамочки?
– Да ты шары-то разуй! – продолжая гоготать, отвечаю Валере. – Ты где там сиськи увидел? Жопы вообще нет! Аллёёна! – специально с издевкой произношу ее имя.
– Откормлю, Глебасик, не переживай! – не унывает Валера. – Конечно, она там работает, поди, с утра до ночи. Покушать некогда, а может и нечего. А я ее заберу и откормлю. Вот щас дом дострою и женюсь! До Нового Года еще женюсь!
Сука, почему меня так бесят его слова? Романтик хуев!
– Ну, вот щас купит себе чебуреков на твою пятеру, – снова язвлю я и снова ржу.
– Да пускай! Я ей еще пятеру дал. На чай!
Вот мудак! Мне становится еще неприятнее. Да с чего бы это?
– Дай-ка мне тоже ее телефончик! – почти требую я. Что я хуже Валеры?
– Ага, щас!
– А за десятку? Давай, я возмещу тебе ущерб? – Валера, не глядя на меня, качает головой. – А за двадцатку? – Валера молчит и только лыбится еще шире. Я понимаю, что бОльшую сумму предлагать бессмысленно. Да и пошла она на хер! Столько денег за номер телефона! Сам узнаю, если надо будет. – Я тебя уволю! – сам не знаю зачем, угрожаю я Валере. Пусть вспомнит, кто тут главный.
– Да похуй!
– Ты че из-за бабы готов уволиться?!
Я уже открыто накаляюсь. Как удалось этой девчонке запудрить ВАЛЕРЕ мозги за пятнадцать минут?
– Таких работ завались! А ты попробуй девушку хорошую найти. Из-за такой ляльки? Увольняй! Жалко, что малышка совсем, вряд-ли ей больше восемнадцати. А глазищи видел какие? А губешки? Такие хочется не пошло засосать, а нежно смаковать, осторожно, даже можно и без языка. Как вспомню, как она облизывает их, аж встает! Я бы в такой ротик даже хер пихать не стал, только бы целовал!