Чтение онлайн

– У меня было такое только однажды, – призналась я. – Клиент остался недоволен и забрал деньги. Это было… ужасно. Я с ним попусту переспала и ничего не заработала.

– Как видишь, за все приходится платить.

– Да, знаю, – нехотя признала я.

– Прости, но мне придется тебя наказать, – строго упредила Ванда, и я тяжело вздохнула. – Я ударю стальным стеком четыре раза, и ты будешь считать. Если не скажешь нужное число, получишь ещё два раза. Можешь отказаться, однако за сегодня не получишь ни цента. Я не стану платить за то, что ты пришла поесть.

Я крепко обхватила ноги, прижала голову к матрацу и напрягла ягодицы.

– Я готова, мэм!

Ванда вскинула руку и ударила наотмашь. Вот только целью стали не ягодицы, а бедра. Я этого вообще не ожидала, поэтому взвизгнула от пронзившей боли. Место, куда ударила клиентка, словно обожгло раскаленной сталью. Кожу защипало так, что из глаз брызнули слезы. Я ещё не успела отойти от первого удара, как женщина замахнулась во второй раз.

– Один! – крикнула я в приступе испуга, и тут же получила второй раз.

И завизжала от боли, с трудом пытаясь удержать ноги. Это было точно не то, на что она рассчитывала, когда соглашалась приехать. Вот только деваться было некуда – рука-то прикована. Собравшись с силами, я сжала бедра и зубы.

– Два, – чуть ли не рыча, выдавила я.

Ванда сверкнула признательной улыбкой и ударила снова.

– Три… – я уже готова была вытерпеть все что угодно, ведь боль не имела никакого значения. Когда клиентка ударила в последний раз, я только вздрогнула и зажмурилась, потому что почти ничего не почувствовала. – Четыре…

Ванда бросила стек в чемодан и толкнула тот под кровать, чтобы не мешался под ногами.

– Снять зажимы? – спросила она.

– Нет, мэм, – с решимостью в глазах ответила я. – Я отработала только прошлые деньги. Осталось ещё сегодня.

– Да, это правда, – подтвердила Ванда, развязав пояс и позволив халату скользнуть на пол. Она взяла со стола резиновый фаллос с ремнями, вдела его между ног, натянула до пояса как трусики и затянула все ремешки, наглядно показывая, что будет дальше. Я облизнула губы. Меня ещё никогда не трахали резиновым членом.

Я пристально следила за тем, как клиентка взяла из ящика тумбочки пачку презервативов, банку с вагинальной смазкой и забралась на кровать, усевшись на колени перед её промежностью. Я заметила, как сексуально Ванда натягивает презерватив на резиновый фаллос и почувствовала от этого приятный жар внизу живота. Мне хотелось скорее почувствовать его в себе.

– Можно задать личный вопрос? – Ванда открыла крышку со смазкой, полила жидкость на ладонь и принялась смазывать резиновый фаллос, так возбуждающе, словно дрочит мужской пенис.

– Задавай, – наблюдая за всем со стороны, ответила я.

– Ты рассказала только про отца, – втирая остатки смазки в мои бёдра, сказала Ванда. – А где твоя мать?

Вот черт!

– Не знаю, – я снова соврала. – Отец сказал, что она нас бросила сразу после родов. Может быть, соврал. Это и без того было больно осознавать, чтобы пытаться выяснить судьбу матери. Если она бросила меня, на это должна была быть веская причина. Ну а если причины не было, то зачем воротить прошлое? Получается, что я ей была не нужна. Какой смысл искать женщину, которой наплевать на дочь? Я выросла с отцом и ни о чем не жалею.

Ванда промолчала.

Она приподнялась, направила головку фаллоса в нужное место и, заглянув мне в глаза, осторожно стала проникать в нежную плоть. Закатив глаза и задержав дыхание, я с огромным наслаждением приняла резиновый пенис. У меня уже было влажное влагалище, а со смазкой Ванда без особого труда смогла проникнуть максимально глубоко, уткнувшись в стенку матки. Цель была достигнута и она замерла.

– Дай мне руку, Ханна – потребовала Ванда властным тоном.

Моё тело пылало изнутри, извергало блаженство, и тонула в омуте наслаждения, хотя Ванда ничего не делала. Я прекрасно осознавала, что случится, если отпущу ноги. Знала, но облизнула нежные лепестки губ и протянула рука. Ванда скрестила наши пальцы и положила руку на кровать, чтобы теперь бедра держались только на железной цепочке, пристегнутой к маленьким соскам.

Начав двигаться в неспешном такте, Ванда положила свободную руку на лоно, сжала возбужденный клитор большим и указательным пальцами, принимаясь насаживать меня на фаллос и теребить чувствительный клитор.

– Господи Боже, помоги… – я извивалась подобно змее, крутила головой из стороны в сторону и старалась двигать бедрами в такт действиям неумолимой клиентки, знающей толк в наслаждении. Я держалась из последних сил, но в итоге не выдержала и одернула ноги. Зажим сорвался с правого соска, из-за чего я взвизгнула, ощутив пронзительную боль, но тут же расплылась в улыбке, облизнув уголки губ.

Теперь, когда мои ноги были расставлены в разные стороны, Ванда разомкнула пальцы, освободила руку и взяла за цепочку, которая ещё держалась на левом соске. Без раздумий, без колебаний и прелюдий она просто одернула цепь на себя, освободив мою девичью грудь из власти зажима. В этот раз я только вздрогнула, жалобно заскулила и протяжно застонала. Клиентка знала толк в наслаждении, и это было потрясающе.

– Нравится? – улыбаясь, спросила Ванда.

Я коснулась пальцами лепестков губ, облизнулась и стала ими двигать по часовой стрелке, сожалея о том, что меня никто не целует. Да, поцеловаться бы не помешало.

Было видно, что Ванда тоже безумно хотела поцеловаться, но пока, видимо, не была готова изменить покойной жене таким дерзким способом. Губы для некоторых женщин бывают самым сокровенным, чем можно поделиться только с той, кем по-настоящему дорожишь и кого в действительности любишь. Поцелуй с проституткой под это определение не подходит. И я это понимала, потому что прочувствовала Ванду так, как не чувствовала никого. Мне было хорошо рядом с ней.

Я остро почувствовала приближение оргазма, из раза в раз двигаясь более настойчиво, как бы намекая, что мне требуется ещё больше внимания. И этот странный язык тела был услышан. Ванда взяла с кровати плеть, вскинула руку и скользнула шелковыми лентами по груди. Честно говоря, мне не хватало именно этого. Она читала меня, знала, как добиться желаемого результата. Ей пришлось замедлить ритм и двигаться более грубо, за то нежные поглаживания плетью по груди на раз приблизили оргазм.

Когда я начала кончать, а с моих губ стали срываться протяжные стоны, Ванда схватилась руками за талию и проникла фаллосом максимально глубоко, коснувшись резиновой головкой матки. Я начала так громко стонать, как никогда не стонала и сильно извиваться, как никогда не извивалась, пытаясь вырваться, что Ванде пришлось приложить немало усилии, дабы удержаться на мне и закончить так, как она сама этого хотела. Волны наслаждения отступили и я, испытывая легкий дискомфорт, начала извиваться уже не так настойчиво. Головка резинового фаллоса вдавливалась в матку, вызывая не самые приятные ощущения, из-за которых я начала скулить. Боли не было, но от неприятных ощущений хотелось избавиться, да поскорее.