Чтение онлайн

— Я не хочу, — веду плечом и занимаю свободный стул, стараясь не смотреть в сторону босса, который со скучающим видом слушает байки нашего техника дяди Юры.

— Тогда я тоже не буду, — заявляет эта манипуляторша.

С детства так делает, с тех пор, как поняла, что я отказываюсь от шоколадки, чтобы ей больше досталось. Либо по кусочку каждой, либо ни одной вообще.

— Ева, не начинай…

— Тебя и так ветром уносит, не будешь есть, я тоже не буду, — демонстративно ставит наполненную мясом и овощами тарелку на стол и садится рядом.

— Да боже ж ты мой, — вздыхаю и, схватив из стопки пустую бумажную тарелку, накладываю и себе. — Довольна? — смотрю на сестру.

— Очень, — победно улыбается и принимается уплетать за обе щёки.

Ева справляется быстро и, забыв обо мне, хватается за телефон, включает камеру и отходит подальше — снимать очередное видео.

— Будущая звезда, — подсаживается ко мне Машка.

— Да куда там, балуется, — отмахиваюсь от неё я.

— Зря так думаешь, я на неё подписана и, несмотря на то что знаю вживую, что вокруг происходит, смотрю её видео с интересом, — совершенно серьёзно проговаривает. — Она умеет завлекать не столько съёмкой, сколько своей харизмой. Располагает к себе, да и красивая она, через годик-два вообще будет шикарной девушкой, — продолжает расхваливать мою сестру.

Но меня почему-то этот… скорее монолог не впечатляет. Зная Машу, уверена, за этими похвалами что-то скрывается.

— А что у вас там с новым боссом? — а вот и скрытый смысл.

— Ничего, — слишком резко отвечаю. — Он просто помог мне с разводом, — почему-то добавляю.

Наверное, хочется отвести подозрения.

— Ого! — не скрывает своего удивления. — Так ты уже…

— Да, я наконец-то свободна, — отвечаю с улыбкой, поняв, что я толком не порадовалась и не осознала до конца.

Даже понятно почему — меня очень умело отвлекли.

— Офигеть! Поздравляю! — громко и эмоционально восклицает, обнимая меня одной рукой.

— С чем? — спрашивает кто-то из коллег.

— Вика развелась, — радостно отвечает Маша.

— О, сочувствую, — с сожалением говорит тётя Женя.

— Не стоит, муж у неё тот ещё мудак, — почему-то открывает «семейные тайны» Маша.

— Маш, — тихо обращаюсь к ней, но ей всё равно.

— Поздравлять её надо, что избавилась от этого нахлебника, — продолжает слишком громко говорить.

— Маш! — дёргаю её за руку.

— Да что?! — непонимающе уставилась на меня.

— Прекрати, — шиплю.

— Ой, какая ты скучная, — сказав это, она залпом выпивает остатки, судя по запаху, виски с колой. — Пойду босса нашего развлеку, — подмигивает, а мне хочется бросить в неё первым, что под руку попадётся.

«Совсем нездоровая реакция, Вика», – проносится в голове.

Невольно слежу за подругой, за тем, как она подходит к столу, наливает две порции алкоголя и, виляя бёдрами, приближается к Леониду. Встаёт прямо спиной к дяде Юре, намекая тому, что пора удалиться. Протягивает один стакан боссу с такой милой улыбкой, что у меня зубы скрипят. Мужчина не отказывается, берёт протянутую тару, однако не спешит пригубить, слушая Машу. Та что-то оживлённо рассказывает, в какой-то момент кладёт руку на грудь, и взгляд босса в тот же миг опускается к почти что неприкрытым полушариям. Купальник у Маши явно на размер меньше, а то и на два, ведь верх едва половину груди прикрывает, ещё и соски выпирают… чёрт, ну что за ревность?!

Остаток дня Маша не отлипала от Леонида, а моё настроение к вечеру достигло нуля, хоть и не желая того, я наблюдала за ними. Взгляд то и дело находил эту парочку, хотя старалась отвлечься и не смотреть на них. В общем, решила, что с нас хватит «веселья», и, позвав Еву, направилась в сторону домика. Ни с кем не попрощались, так как оказалось уже не с кем, все были изрядно пьяны, и им совершенно наплевать.

— Ты в порядке? — спрашивает Ева по дороге к домику.

— Да, всё хорошо, — отвечаю с улыбкой. — У меня новость есть, — вспоминаю, что не поделилась радостью с главным человечком в моей жизни.

— Какая? — притормаживает Ева.

— Я получила развод, — говорю и по выражению лица сестры вижу, что она не верит.

— Шутишь? — спрашивает.

— Нет, — мотаю головой. — Леонид помог, и Паша подписал документы.

— Мам! — кричит и прижимается к моей груди. — Я так рада! — добавляет, и я обнимаю её в ответ.

Зайдя в дом, Ева включает всюду свет, опять достаёт свой телефон и начинает снимать, показывать дом и рассказывать, что и где находится. Я никак не привыкну к этому, но стараюсь не попадать в кадр. В комнате, которую Леонид нам предоставил, достаю из сумки наши с Евой пижамы и жду, когда эта блогерша закончит.

— Тут так классно, у наших родителей был вкус, — говорит с грустью в голосе.

— Да, они у нас самые лучшие, — подхожу к ней и целую в макушку. — Всё, переодевайся и ложись, — подталкиваю её к кровати.

Ева засыпает почти мгновенно, а я мнусь с ноги на ногу, думая, пойти в душ сейчас или ждать Леонида, всё-таки это его дом, и у него привилегии. Ждала я полчаса, но он так и не явился.

— К Машке пошёл, — бурчу под нос и, прихватив пижаму, тихо ступаю в ванную комнату.

Меня одолевает такая злость, дверью ванной комнаты хлопаю, пижаму бросаю на имеющуюся тумбу как-то остервенело, раздеваюсь так же — слишком эмоционально. А ступив в душ, принимаюсь тереть кожу до красноты, решив, что так я избавлюсь от ощущения его рук на своём теле.

— Дура! Какая же я дура! — отчитываю сама себя. — Один раз поцеловал, а ты уже ревнуешь, — нервно усмехаюсь. — Где ты, и где он? Что ты уже себе придумала, наивная дурочка?! — продолжаю, уже вытираясь полотенцем. — Вот Машка — для него, ему нужна эффектная женщина, а не серая испуганная мышь.

— Я бы так не сказал, — раздаётся бархатистый голос, и я вскрикиваю от испуга.

Глава 23

— Тихо-тихо, — в один шаг мужчина оказывается рядом и закрывает ладонью мой рот. — Еву разбудишь, — шепчет и смотрит так… с жадностью. — С ума меня сводишь.

— Что? — мычу в его ладонь, непонимающе хлопая глазами как идиотка.

— Глаза эти невинные, — произносит вместо ответа. — Губы твои манят, — каждое слово бьёт по нервным окончаниям, словно хлыст. — Молочная кожа… — эта фраза, как тяжёлый удар по голове.

Я ведь голая! Голая!

Дёргаюсь в его руках, в попытке… хоть что-то сделать, полотенце даже не намотала, оно просто висит сейчас между нами.

— Виктория… — протягивает моё имя и перемещает руки на мою спину.

Прикосновение его холодных пальцев к голой коже, как высоковольтный удар током. Вздрагиваю, глаза прикрываю, дыхание задерживаю.

— Никакая Маша не сравнится с тобой, — наклоняется к моему уху, обдавая шею горячим дыханием. — Никто не способен вызвать во мне столько эмоций, — говорит и едва ощутимо касается губами плеча. — Никого не хочу так, как тебя, — каждая фраза сопровождается лёгким поцелуем по голым участкам моего тела. — Никого, кроме тебя, — это он говорит мне в лицо, пока я стою истуканом.

Наклоняется, касается моих губ своими, сначала нежно, трепетно, а когда я сдаюсь и, прикрыв глаза, приоткрываю рот, впуская его язык, поцелуй становится страстным, напористым, жадным. Леонид усиливает объятия, буквально вжимая меня в себя, полотенце, в которое я так вцепилась, падает на пол, а мои руки оказываются на его шее.