Чтение онлайн

— Мне не нужно делать им комплименты. Я все еще не смогла преодолеть их обаяние, чтобы хотя бы хорошенько рассмотреть.

Патрик начинает смеяться, как будто хохоча во весь голос.

Я бы никогда не призналась, что нахожу Кая хоть сколько-нибудь привлекательным. Воспоминание о нем и о том, как близко он был к моей коже в ту ночь на вечеринке, запечатлелось в моей памяти, но затем его слова, сказанные мне ранее на занятии, говорят мне, что он не тот, кем я его считала. Тот факт, что он спал с Рокси, а затем с Джен, запятнал мои чувства к нему.

— Ты посмотри на это? У Пэтти на лице улыбка. — Голос Кая заставляет меня поднять глаза.

— Отвали, Кай.

Он усмехается.

— Пока он не скажет мне, почему он смеется как идиот. Он смотрит на меня через кафетерий, а потом смеется, потерявшись в разговоре с такой, как ты. Так что мне любопытно, что эта маленькая сучка говорит обо мне.

— Я сказала, отвали, Кай. Оставь его в покое. — Он наклоняется к моему уху, и я вижу, как Патрик бросает на него сердитый взгляд, но не двигается.

— Или что?

Повернув голову, я вижу, что губы Кая оказываются близко к моей щеке. Если я сдвинусь на один сантиметр, я смогу почувствовать, твердые ли его губы или мягкие. Теплые они или холодные. Напряжение между нами нарастает, как невидимая лента, растягиваясь и растягиваясь, пока вот-вот не лопнет. Его темные глаза следят за моими губами, и мое сердце колотится в ушах. Я слышу звон, когда все голоса затихают, и остаемся только мы. Почему? Почему он такой придурок?

— Почему ты не скажешь ему правду?

Мои глаза расширяются. Он не может иметь в виду наше прошлое.

— Какую правду?

— Правду о том, что ты хочешь меня. С тех пор, как ты впервые увидела меня, ты хотела меня. — Он слегка толкает голову. — Продолжай. Расскажи ему правду.

Он так уверен в себе. Прежде чем я признаюсь кому-либо, что нахожу его привлекательным или что он сводит меня с ума, я лучше съем кусок сыра, который они оставили в моем шкафчике.

Приняв решение, я смотрю на Патрика и отвечаю на его предыдущий вопрос, прежде чем нас так грубо прервали.

— Да, Патрик, я пойду с тобой.

Глаза Патрика расширяются, и он смотрит на Кая. Я чувствую, как Кай напрягся, но мне все равно. Патрик был единственным человеком, который был добр ко мне, помимо Эбби. Я покончила с Каем и его дерьмом.

Я встречаюсь взглядом с черными как смоль глазами Кая и замечаю, что его челюсть тверда. Он делает глубокий вдох, и я могу сказать, что согласие пойти с Патриком беспокоит его больше, чем он признает.

— Я думаю, тебе лучше вернуться за свой стол, твоя девушка ждет. Может, даже пойти на второй раунд в лаборатории. Это все, что она, кажется, помнит, когда дело касается тебя, я права?

— Для протокола, она не моя девушка, и с кем я трахаюсь в лаборатории или где-либо еще, это не твое дело. Будь осторожна, Рубиана. Похоже, ты слишком много времени тратишь на то, чтобы следить за тем, куда я вставляю свой член.

— Это довольно легко, когда каждая доступная девушка в школе рекламирует тебя. Так что иди на хуй, если думаешь, что я вообще за чем-то слежу в тебе.

Он встает и смотрит на меня сверху вниз, как будто я ничто, и чешет свою темную бровь.

— Походу я могу что-то подхватить или, что еще хуже, пахнуть тобой.

Я кусаю внутреннюю часть щеки, чувствуя вкус крови, чтобы моя нижняя губа не дрожала. Его слова режут меня, как нож. Но его слова производят желаемый эффект. Они разрывают меня изнутри, и мои следующие слова основаны исключительно на самосохранении.

— Боже мой, Кай. Похоже, ты слишком взволнован тем, как я пахну. Что подумают твои девчонки?

Он усмехается.

— Они знают, что я никогда не уделю тебе времени.

Я знаю, Кай. Ты ясно дал понять, что я ничего для тебя не значу. Хотела бы я только знать почему. Хотела бы я, чтобы это не было так больно. Но это так. Впервые я пожалела, что перепрыгнула через его забор. Тогда, возможно, мне никогда не пришлось бы ходить в толстовке с капюшоном, скрывающей шрамы моего прошлого.

РУБИ

После школы я жду, пока Тайлер уйдет на футбольную тренировку, и иду по кварталу к дому Кая. Его задний двор заканчивается на краю престижного района. Там, где разделяется задняя часть его дома и улицы, — это пространство, покрытое травой и обсаженное деревьями, как подъездная дорога. Я не знала, что это такое, когда была ребенком, но мое любопытство возросло, когда я увидела крышу его дома между деревьями.

Крыша его дома выглядела как огромное здание. Она была огромной, но я никогда не видела его дом изнутри. Думаю, он хотел сохранить мои визиты в тайне. Я не знала почему, но в то время я боялась, что его родители вызовут на меня полицию или что-то в этом роде.

Наконец я добираюсь до заднего забора его дома, перекидываю ногу через забор, замахиваюсь ею и прыгаю вниз, ударяясь о листья на краю его двора и издавая хруст. Я обхожу огромное дерево и направляюсь к другому углу, где два дерева должны были встретиться, что облегчало мне, десятилетней тощей, перелезть через него. Тогда оно казалось таким высоким, но теперь, когда я стала старше, это всего лишь шесть футов подъема.

Я спрыгиваю, оборачиваюсь, и мои глаза начинают слезиться. Место, где были поддоны домика на дереве, который мы построили в детстве, теперь сгорело. Деревья обугленные и черные, разрушенные. Сухие листья падают, и я удивляюсь, как деревья полностью не поглотил огонь. Деревья свалены в кучу на земле, но некоторые все еще цвета дерева, другие сгнили за годы дождя, снега и солнца, из-за чего они выглядят как куча щебня. Вместо того, чтобы убрать их, они все еще там, как воспоминание.

Я слышу хруст травы и листьев позади себя и оборачиваюсь. Кай стоит там в черных спортивных штанах и черной толстовке с капюшоном, которая расстегнута, обнажая его крепкую грудь и мышцы пресса. Кажется, он занимался спортом.

— Какого хрена ты здесь делаешь? — Спрашивает он жестким тоном. — Убирайся на хрен с моей собственности?

— Зачем? — Выпалила я, мой голос надломился. — Ты сжег их?

Он стоит и смотрит на меня, скрестив руки на груди. Его взгляд не дрогнул.

— Уходи.

— Нет. Пока ты не скажешь мне почему? Почему ты так меня ненавидишь? Я ничего тебе не сделала.

— Ты права, но я не ненавижу. Ты мне просто не нравишься, и я сжег их, когда понял, что ты не вернешься. Я получил твое письмо, и оно заставило меня понять, что я был глупым ребенком, который подружился с девочкой, которая была лгуньей. Девочкой, которую я толком не знал и не хотел больше узнавать.

— Я не могла. Они…

Он идет вперед, и я поднимаю глаза, когда он возвышается надо мной.