Она дана ему свыше
Шрифт:
– Поздно ночью вы распахнули дверь моего дома и упали без сознания. Я испугалась, что вы больны. Я даже думала отправиться за помощью в больницу, но, слава богу, не пришлось. Вы здоровы, я лично проверила. Наверное, это было переутомление и ваш туго стянутый корсет, который не давал вам дышать. Сейчас я заварю вам ромашку, и силы к вам вернутся, мисс. Меня зовут Мадлен Ривз.
Незнакомка оставила чашку в покое и с горящими глазами стала наблюдать за зеленоватой жидкостью в чаше, которую готовила Мадлен.
Теперь же, оглядев ее хорошенько, Мадлен поняла, что девушка - аристократка: вычурная одежда, идеальная осанка и ухоженные волосы с атласным бантом - все в ней выдавало ее благородное происхождение. Помимо прочего, она проявляла неподдельный и необычный интерес к ее жилью.
Гостья неожиданно хлопнула ладошкой по лбу и сказала:
– Как же я забыла представиться! Я мисс Гудман, но ты можешь называть меня Миранда. Я не люблю эти формальности.
– Девушка, присев на стул, взяла одну ромашку со стола и покрутила в руках.
– Я вспомнила. Я убежала из дома.
Мадлен настороженно глянула на нее.
– Почему же, мисс?
Подумав, она пожала плечами.
– Моя камеристка замучила меня. Мы с моим младшим братом остались одни после смерти мамы. Это случилось год назад. Теперь за мной присматривает камеристка и по возможности экономка - наказ моего старшего брата Джека.
– Девушка опечалилась в лице, оторвав лепесток от цветка.
– Моя мама должна была меня вывести в свет. Но теперь я не знаю, кто будет этим заниматься. И мне все равно. Все это до боли скучно и неинтересно.
– Она взглянула на макушку Мадлен, и ее лицо разгладилось.
– У Джека такие же волосы, как у тебя. Почти. Разве что они чуть посветлее.
При упоминании о смерти матери Мадлен вспомнила о своей. Она сочувственно взглянула на девушку и ощутила некое единение, общность горя. Ведь Мадлен-то знала, каково это - потерять близкого человека. К ней подступила волна грусти, но она постаралась отбросить ее.
Мадлен закончила с отваром. Она представила перед девушкой стакан с жидкостью, напоминающее ведьминское зелье.
– Выпейте, это даст вам сил.
Миранда поморщила носик, с сомнениями взирая на дно зеленой гущи.
Мадлен, улыбнувшись, добавила:
– Пейте, пейте, мисс. Это вполне съедобно. Я дам вам поесть и потом провожу до дома. Я так понимаю, ваш младший брат остался один с прислугой. Сколько ему лет?
– Шесть.
– Она сделала глоток и от горечи напитка скорчила лицо. С трудом проглотив, девушка воскликнула: - Какая гадость! Фу!
– Она содрогнулась.
– Перестань обращаться ко мне «мисс». Называй меня по имени, - требовательно просила Миранда.
Мадлен присела за стол.
– Хорошо, Миранда. Скажи мне, а почему твой старший брат оставил вас вдвоем?
– Он служит капитаном на фронте. Последний раз, когда он отправил нам письмо, он был на… - Миранда нахмурила лоб, - Маврикий.
Мадлен симпатизировала эта девчушка. Если бы не внешние признаки, она никогда бы не подумала, что Миранда принадлежит к дворянству: она была простой и искренней.
Мадлен налила из кувшина воду в таз. Закинув туда губку, она взяла его и встала прямо перед сидящей Мирандой.
– Тебе необходимо привести ноги в порядок, прежде чем мы поедим и отправимся в путь.
Миранда приподняла подол платья и встретилась с грязными босыми ногами, словно она топтала ими глину все утро. Мадлен поставила таз на пол. Миранда, схватив губку, хотела самостоятельно оттереть свои ступни, но Мадлен не позволила. По сравнению с ногами миссис Хопкинс, у Миранды они были намного меньше, нежнее и не зловонные, отчего ей не было противно.
– Насколько я знаю, - продолжала Мадлен, проникая губкой между ее пальцев, - дебютируют в совершеннолетие. Значит, тебе лет шестнадцать?
– Семнадцать, - поправила Миранда, захохотав от щекотливых движений. Она непроизвольно дергала ногой, но хватка Мадлен была сильной.
– А тебе, должно быть… Не говори мне, я угадаю! Эм… Двадцать?
– Девятнадцать.
– Сердце Мадлен чуть не упало, когда Миранда взяла записку ее матери с окна.
– Нет! Не трогай.
Глаза Миранды округлились, и она, извинившись, положила мятый листок на место. Мадлен пожалела, что среагировала слишком резко и грубо.
– Прости, - мягко произнесла она.
– Этот листок очень важен для меня. Я не хочу, чтобы он потерялся или с ним что-нибудь произошло.
– Забыли, - только и сказала жизнерадостная Миранда.
– Ты ведь служанка, да? Не хочешь стать моей компаньонкой?
Мадлен, открыв рот, с удивлением подняла глаза.
Ей предлагают стать компаньонкой?! Разумеется, это лучше, чем быть единственной служанкой у семьи Хопкинсов, в разы лучше! До этого дня ей никто не предлагал подобную работу. Признаться, работы толком и не было в Херефорде, а если и была, то ненамного превосходящая ее собственную. Предложение Миранды слегка озадачило ее.
Мадлен, приступив мыть другую ногу, ответила:
– Я не знаю. Это слишком неожиданно. А что для этого нужно?
Миранда махнула ручкой.
– Да ничего особенного. Главное, чтобы ты была образована и обучена. Ты знаешь светский этикет?
– Да, конечно.
– Мадлен вспомнила уроки, которые ей давала мама.
Фелиция работала гувернанткой, так что она обучила свою дочь всем наукам, которым учила других детей, словно готовила к дебюту. И только теперь Мадлен понимала почему.
– Вот и отлично!
– Миранда хлопнула в ладоши.
– Твоя основная задача - составлять мне компанию и все. Мы с тобой будем славно проводить вместе время. Собирай свои вещи и пойдем в поместье Херефорд. Я там живу. Оно не очень далеко от города.
Мадлен задумчиво поводила губкой по тыльной стороне ступни. Вместо того, чтобы быть компаньонкой, она могла бы ее нанимать и уже крутиться в высших кругах… Мадлен обратила прямой взгляд на Миранду.
– Значит, ты из этого старинного огромного замка? Я не думаю, что это хорошая идея. Я ведь работаю у мистера и миссис Хопкинс. Мне нужно им хотя бы сказать о своем уходе. Иначе будет не очень вежливо покинуть их, ничего не сказав.