Чтение онлайн

— У меня нет никаких планов. Все, что были, связаны с тобой.

— Тогда идём, — раскрытая ладонь манила спрятать в ней пальцы.

— Хорошо, — произнесла, снова чувствуя, как картинку размыло пеленой слёз. Не поняла, в какой именно момент, но внезапно оказалась прижата лбом и носом к мужской груди. Родное тепло и запах заполнили лёгкие и бесконечно тяжёлое сознание. Сжала тонкую ткань футболки в кулаки и заплакала тихо-тихо. Лишь плечи сотрясались в безмолвной истерике. — Даня, прости меня, пожалуйста! Прости, что молчала. Надо было сразу тебе всё…

— Перестань, — оборвал он меня настойчиво. Виска коснулась щетина. Между лопатками легла широкая ладонь и мягко прижала меня к нему. — Успокойся. Тебе… Нам нужно отдохнуть. Хорошо выспаться, чтобы сутки не просыпаться. Всё, идём. Нам пора домой.

Даня аккуратно отстранился, словно боясь, что без его опоры и поддержки я могу упасть и разбиться.

Как же он прав.

Едва я лишилась его тепла, как тут же почувствовала себя брошенной на холодной пустынной улице. Хотя вокруг полно людей и царит жара, я чувствовала холод и одиночество, пока он вновь не взял меня за руку и не повел за собой.

— Ты взял такси? — спросила я, разбавляя тяжелое молчание.

— Серёга оставил на парковке свою машину.

— Думаю, ему не понравится, что я поеду с вами. Может, я лучше на автобусе?

— Как лучше для тебя? На автобусе, толкаясь в проходе, или в машине, которая с комфортом довезет тебя до самого дома? — спросил Даня достаточно дипломатично, остановившись для того, чтобы получить мой ответ.

— В машине, — ответила я очевидное, глядя в его глаза цвета горького шоколада.

— Значит, едем в машине, — утвердительно кивнул. — А Серёга, если ему что-то не нравится, может пробежаться нахуй. Да, Серёга? — спросил Даня и ударил ладонью по крыше машины, к которой мы подошли.

— Что? — спросил его друг, выглянув из открытого окна.

— Багажник открой, говорю, — ответил ему Даня и обошёл машину, ожидая, когда его просьба выполнится.

— Дан… — чуть понизил голос Серёжа и вышел из машины, чтобы начать с другом дипломатическую беседу, в которую я не посвящена.

— Багажник открой или мы едем на такси, — с нажимом произнёс Даня, вероятно, не желая терпеть нотаций от друга.

Стиснув зубы до агрессивной игры желваков, Серёжа вернулся в машину и сделал, как было велено. Он явно был не в восторге того, что предательница его друга поедет в одной с ними машине.

— Садись, Диди, — открыл Даня для меня заднюю дверцу и замер в ожидании решения.

Сделала несмелый шаг, бросила взгляд на Серёжу, который озлобленно сжимал руль, глядя перед собой и просто плюнула на всё. Смотря на то, как Даня легко и просто кладёт болт на мнение даже своего лучшего друга, мне захотелось сделать то же самое. И пусть этой уверенности мне хватило всего на несколько секунд, но этого времени оказалось достаточно для того, чтобы я заняла пассажирское кресло, за мной захлопнулась дверь, а впереди сел Даня и дал команду ехать.

И снова молчание, во время которого я нервно обтирала ладони об колени. Каждый раз, когда ловила осуждающий взгляд Серёжи в салонном зеркале заднего вида, мне хотелось провалиться сквозь землю или просто выпрыгнуть из машины на скорости. Но вместо этого я сохраняла такое же безэмоциональное выражение лица, которое было у Дани, пока он смотрел на дорогу прямо перед собой.

Внезапный звонок Даниного телефона схлопнул тишину как мыльный пузырь.

— Да? — ответил он на звонок чуть устало. — Привет… Угу, — долгое молчание, тяжелый шумный вздох. — Трум! Ну, твою-то мать! Серьёзно?! — снова молчание и нервное почесывание затылка. — Понял, короче. Через полчаса приедем, — ответил он, очевидно, Трумэну и сбросил звонок.

— Что случилось? — спросил Серёжа, весьма чётко озвучивая и мой немой вопрос.

— Трум с парнями не полностью подготовили базу к завтрашнему маршруту, — выпалил Даня и ударился затылком о подлокотник.

— И что делать теперь?

— Ехать туда, что еще? Два мотоцикла не на ходу. Смотреть надо, — прикрыв глаза ответил Даня. — Сначала Диди домой отвезём.

— Сука! — выругался Серёжа, готовый вырвать руль со всеми имеющимися в нём проводами. — Ничего нельзя доверить нашей медичке в белом халатике.

Никто не ответил на его колкость. В салоне машины вновь воцарилась тишина.

У подъезда дома, где остановилась машина, приготовилась выйти из салона и самостоятельно подняться в квартиру с чемоданом наперевес. Но следом за мной вышел Даня, который вместе со своим прихватил еще и мой чемодан, доставив их до самой квартиры.

— Я переоденусь и поеду, — произнес он, оставив меня и чемоданы и порога.

Не двинулась с места, хотя никто не запрещал мне проходить в квартиру. Даня настойчиво называл её нашим домом, словно игнорирую всё то, о чем узнал буквально сегодня ночью.

Стук дверей шкафа, шум выдвигаемых и задвигаемых ящичков, шорох одежды, торопливые шаги и беглый взгляд по пространству квартиры, пока взгляд не наткнулся на меня.

— А ты чего здесь стоишь? — приподнял Даня брови, подходя ко мне.

— Не знаю, — пожала я плечами и опустила голову. — Мне кажется, я… не заслуживаю, Дань. Не может быть всё вот так легко после всего, что…

— Послушай, — оказался он совсем близко и обхватил ладонями моё лицо, заставляя смотреть в его глаза. — Ты имела право на своё прошлое. Просто оно у тебя было… вот такое. Да, я разозлился, мне было обидно, что ты не рассказала мне обо всём сразу, но ненавидеть и презирать тебя за твоё прошлое я не стану. И это не значит, что ты можешь считать себя хуже других и стыдливо опускать глаза. Поняла? Если, конечно, нет ещё чего-то из твоего прошлого, что вскроется для меня так же неожиданно…

— Нет. Больше ничего нет, Даня. Клянусь. Я могу рассказать тебе всё, что захочешь. Отвечу на любой твой вопрос даже под детектором лжи, если будет нужно…

— Ну, это уже лишнее, Диди, — усмехнулся он и его взгляд, наконец, потеплел. — Мне достаточно видеть твои глаза, чтобы понять, что ты честна. Глаза моего ангела не врут. Ведь так?

— Даня, — выдохнула я отчаянно, чувствуя мокрые дорожки по щекам.

— Перестань, — собрал он влагу с моего лица подушечками больших пальцев. — И отдохни. Совсем на себя не похожа. Закажи доставку, что-нибудь поешь и хорошенько поспи. Вечером вернусь. Хорошо?

— Хорошо, — выдохнула, не веря тому, что слышу и тому, что говорю сама.

— Значит, до вечера, — произнес Даня и мягко поцеловал в лоб. — И больше не плачь.

«Не обещаю», — подумала я, глядя на то, как Даня надел кроссовки и, прихватив комбинезон, в котором обычно ремонтировал мотоциклы, покинул квартиру.

Едва за ним захлопнулась дверь, я уронила лицо в ладони, сползла по стене на пол и тихо заплакала, не веря тому, что оказалась достойна его прощения.