Чтение онлайн

– Да оставь его себе! Он мне не нужен!

– И, слава Богу!
– я вытащила руки из карманов, готовая защищать свое кулаками.

Артем, видя такой поворот, вскочил и стал тянуть меня за рукав.

– Пойдем, не позорься.

Инна тем временем рванула из кафе. Артем, еле сдерживая гнев, чуть ли не тащил меня к машине. Только сев в нее он одарил меня уничижительным взглядом.

– Зачем ты это сделала?
– шипел он.

– Ты же мне обещал..., - я упрекнула Артема.

Он молчал. Меня это взбесило, и я почти прокричала:

– Чего ты молчишь? Что стало ее жалко? А не путал бы ты любовь с банальным съемом! Я уверена, что вы переспали в первую же ночь!

Если бы эмоции убивали, я бы умерла. От Артема исходила мощная ненависть.

– Ты... ты..., - он пытался найти подходящие слова, но так и нашелся, что сказать. Видимо я попала в самую больную точку.

– Так, я не еду домой. Езжай сама.

Он кинул на сидение ключи от машины, и громко хлопнул дверцей. Снова я видела его уходящий силуэт. Куда? Конечно, я тогда думала, что он пошел догонять Инну. Мне от этого стало так тошно! Как я устала от этих качелей! Туда-сюда... Туда-сюда... Покурив и немного успокоившись, я поехала домой. И это притом, что последний раз за рулем была три года назад, те есть практики на грамм. Даже прав с собой не было. А что делать? Сама спровоцировала ситуацию. Не то, что бы я жалела об этом, но анализируя случившееся с высоты прошедших лет, сейчас бы я так не поступила. Но тогда мне казалось, что лучше сделать и жалеть, чем не сделать и жалеть.

С божьей помощью добралась домой без происшествий. Прорыдала весь день. Но, возбужденное состояние требовало каких-либо действий. Я села к компьютеру, проверить электронную почту. Во входящих сообщениях я увидела распечатку звонков мобильного мужа. Не буду лукавить, еще накануне мне удалось поставить на телефон Артема услугу интернет-банкинга, по которой и приходил отчет всех звонков. Черт меня дернул! Но я рассуждала так: владение информацией, как известно, приравнивается к владению мира. А в борьбе за мир, все средства хороши.

Я просмотрела документ. Понятно, что звонки на телефон любовницы были и в великом количестве. В один из дней я насчитала их тридцать шесть. Некогда, блин, и работать! Ревность снова дала о себе знать ожогом в груди. Но тут меня привлекла другая запись. Странным в ней было время звонков. В одном случае четыре часа утра, потом в два часа ночи и разговоры по многу времени (как раз я была на учебе). Номер при этом мне показался знакомым. Я достала свой мобильный и просмотрела записную книжку. Точно, вот он! Я нашла номер. Это была Наталья! Обалдеть! Меня точно молнией шарахнуло! Ну, это ж надо! Волчица в овечьей шкуре! А как правдоподобно прикидывалась сочувствующей! Я вышла на балкон, и трясущимися руками подкурила сигарету. Перехватив дыма, я набрала свекрови, решив поинтересоваться их поездкой к ворожее. Женщина мне рассказала, что хоть они и поехали вместе, но на кухню Наталья пригласила Артема одного, и они там общались довольно долго, почти час. О чем, она знает только со слов Артема, но сама слышала, как они там хихикали. А потом Артем, уже один, еще пару раз ездил к ней за водой.

Вот мне еще этого для полного счастья не хватает! Неужели Наталье приглянулся мой муж? Или у меня уже паранойя! Тогда что это за ночные разговоры? А что если кофейная гадалка была права! Ведь она мне вещала, что муж не будет ни со мной, ни с другой, а останется с третьей! Я была в полном отчаянии! Вот так просто моего мужа, словно барана, водили за веревочку, то одна, то другая женщина! У него что, совсем мозг отключило! От моего некогда любящего и любимого мной Артема почти ничего не осталось. Я никак не могла успокоиться. Одно дело отвоевывать любовь у одной хищницы, а другое воевать с колдуньей, имеющей в союзниках потустороннюю силу. Ясно, что энергии против нее у меня просто не осталось! Я вспомнила, что видела пару пластиковых бутылок с водой в кухонном шкафу. Без сомнения я вылила содержимое в мойку, но на всякий случай налила обычной воды, пусть пьет, сколько угодно.

В это время щелкнул замок и зашел муж. Запах алкоголя я учуяла сразу. Артем еле стоял на ногах, и, не раздеваясь принялся кричать на меня с порога заплетающимся языком.

– Да ты д-у-у-ра!
– он стучал кулаком себе по макушке, - ты совсем т-тронулась со своим контролем. Зачем т-ты это сделала? Я думал, что смогу жить с тобой. А теперь я ничего-о не хочу! Вот ты, дурра, даже не в квадрате, ты дур-ра в кубе!

Последний раз таким агрессивным я его не видела никогда. Но мое состояние было не лучше.

– Ты зайди, - еле сдерживая гнев, сказала я, - я тебе кое-что покажу, умный человек.

Ничего не подозревающий Артем подошел к компьютеру.

– Кто это?
– я указала на номер телефона.

Муж сделал круглые глаза. Он не сразу понял, что видит перед собой историю своих же звонков.

– Откуда это у тебя?
– возмутился он.

– Не важно!
– я теряла терпение.

Видя мое состояние и образовавшуюся очередную щекотливую ситуацию, тон мужа сменился.

– Да это никто, и звать никак.

– То есть ночные разговоры с Натальей для тебя ничто?
– бесилась я.

– Ну да. Просто мне нужно было кому-то выговориться. А здесь она...

И тут, видимо, моему олимпийскому терпению пришел конец! Я со всего размаха влепила мужу звонкую пощечину. От второй он успел увернуться. Следом от меня посыпались удары, конечно, со всей своей женской силы и куда попало. Я била мужа, выплескивая все накопившееся слезы, страдания и боль. Не зря психотерапевты советую в стрессовых ситуациях избавляться любыми доступными способами от негативной энергии. Кто-то рубит дрова, кто-то танцует до упада, а кто-то бьет в боксерскую грушу. У меня в тот момент такой грушей был муж. Перепало ему тогда не слабо, я себе все руки содрала в кровь. Правда, и он долго терпеть не стал. Схватил меня и, только выждав время пока я успокоюсь, отпустил. Как ни странно, мне полегчало. Может зря я столько терпела и нужно было раньше таким способом дать выход эмоциям?

– Ты совсем чокнутая, - чуть протрезвев, сказал Артем.

– Знаешь, - я без сил рухнула на кровать, - собирайся и уходи. Я больше так не могу! Все бессмысленно...

– За вещами приду потом, - глухо ответил муж и снова ушел.

Сколько я так просидела, не помню. Опять разболелась голова. Я посмотрела на часы, было за полночь. Чувства полного отрешения, опустошения и одиночества точно придавили меня к кровати. Все! Это конец! Эмоций никаких. Просто констатация факта. Я с трудом заставила себя встать, выпила снотворного и погрузилась в темноту.

Следующий день начался с кофе и сигарет. С удивлением обнаружила, что не о чем не думаю. Будто не живу, а смотрю фильм арт-хаус со стороны. Такой скучный, тупой фильм... Звон разбитой керамики вывел меня из ступора. Я глянула под ноги, по балкону вместе с остатками кофе разлетелись куски кружки. Той самой любимой кружки мужа. Я даже не почувствовала, как выронила ее. Символично. Хотя тот, кто сравнил семью с кружкой, был очень примитивным человеком. Будь так все просто в жизни, так все были бы счастливы. Семья - это ежедневная, кропотливая работа, постоянный поиск компромиссов и решение различных вопросов. А есть еще ответственность, эмоциональные всплески, физиологические потребности, наконец... Короче, все очень сложно!

На автомате я убрала осколки. Давящая тишина в квартире становилась невыносимой. Я пожалела, что накануне отправила дочку к бабушке, сейчас бы щебетал ребенок рядом... Включила телевизор. Эфир пестрел свежими, безразличными для меня, новостями. Следом начался какой-то сериал. Никак не могла уловить смысл... Стоп, нужно выйти на воздух. А куда идти? Да не все ли равно. Куда ноги поведут.

После двухчасового бесцельного шатания ноги привели к церкви. Да, давно я здесь не была. А чего удивляться? Религиозностью наша семья никогда не отличалась, воспитание не то. Мы - дети времени социализма, никогда не понимали, зачем благодарить кого-то эфемерного, когда человек сам кузнец своего счастья. Значит, никому, ничего не должен. Слава себе любимому! Другое дело, когда беда. И сразу возникает вопрос: "за что?", да мольбы "спаси и сохрани!". Даже "прости" не всегда. Ведь проще назначить в своем горе кого-то другого, а не себя. И уж тем более, где нам понять и принять, что некоторые события в жизни даются нам не за что-то, а во имя чего-то.