Чтение онлайн

Подруга вытряхнула осколки в мусорный мешок, захлопнула шкаф и, развернувшись, загадочно улыбнулась, глядя на меня.

А спустя несколько секунд продолжила:

– Какого сорта лапшу он тебе на уши навесил? Мол, эта курица - подружка Зверева?

Я кивнула.

– И ты бы поверила в это! Но наша Машенька зна-а-ала, что ты слышала ее разговор с подругой и понимала, что подобные отмазки попросту не про-ка-тят. Молодец!
– восхитилась она.
– Разом пристрелила двух зайцев: и жену отшила, и для Темушки осталась невиновной. Догадывалась, стерва: предъявить ей он ничего не сможет. Потому что наша Машенька что ему сказала? Правильно!
– воскликнула Диана и запищала, хлопая ресницами:

– Темушка, ну ведь у твоей жены на лбу не написано, кто она. А обсуждать с подругой колечки и шубки мне никто не запрещал.

Диана все разложила по полочкам, вот только в голове это никак не укладывалось.

«Бог ты мой, на что способны женщины в борьбе за мужчину!» - с ужасом подумала я.

– И знаешь что, скажи-ка этой Маше и тренерше во-о-от такое спасибо!
– наливая чай, обернулась Диана.
– Еще и в ножки поклонись за то, что открыли глаза на Романова. Неизвестно, сколько еще времени он делал бы из тебя дуру. Вас связывает только штамп в паспорте, так что разведешься и помашешь ему ручкой.

И от этих слов в горле намоталась колючая проволока.

«Если бы только штамп…» - подумала я, и по щекам невольно покатились слезы.

Я быстро смахнула их, но подруга все же заметила.

– А чего глаза на мокром месте?
– улыбнулась Диана, поставив передо мной чашку.

– Соринка в глаз попала, - нервно буркнула я и принялась усердно тереть глаз.

Подруга уткнула руки в бока и тряхнула головой.

– С этого дня всю ответственность за поиски жениха для тебя я беру на себя!
– уверенно заявила она и, потрепав меня по голове, села напротив.

– Все претенденты на твое сердце будут проходить мою тщательную проверку. Я и на детекторе лжи их проверю, и справку от психиатра потребую, и выписку из истории болезней, и всех бывших вычислю и опрошу, так сказать, чтобы знать, с кем имеем дело!

Я посмеялась над ее словами, отпила чай, перевела взгляд на пирог с капустой, который она выложила на стол и… мне снова подурнело.

В нос хлынул запах тушеной капусты, рот набился слюной. Я прижала руку ко рту, а через секунду вылетела из-за стола как ошпаренная.

Я провела в ванной комнате минут десять. Все это время Дианка стояла у двери и без конца спрашивала, как я там, а когда я вышла, выдала:

– Эх… Чувствую, это не соринка в глаз попала, а росточек в животик. Так ведь?
– умиленно улыбнулась она и заключила меня в объятия.
– Сколько недель?

– Не знаю. В понедельник иду на прием, - вздохнула я в ее плечо и добавила: Ничего-то от тебя не скроешь.

– Просто в следующий раз упаковку от теста не оставляй сверху мусорного пакета, - хохотнула Диана.

Отодвинувшись, она заботливо заправила за ухо прядь моих волос и положила теплые ладони на мои щеки.

– Ничего, детка, родим, вырастим и воспитаем!

«Ее слова здорово подбодрили, но так ли просто будет на деле? Я же никогда не нянчилась с лялькой, и пока что понятия не имею, как буду справляться в одиночку».

И подруга словно прочла мои мысли.

– Я ж считай, тоже почти без мужа дочь воспитываю. Женька мой живет на работе! И ничего, справилась! И ты справишься!
– похлопала она по плечу и отправилась на кухню, разбирать пакет с фруктами.

О том, что у нее три помощницы - мама, сестра и свекровь, я говорить не стала. А вот у меня нет никого кроме ее и отца. Но на папу не стоит особо надеяться, деньгами он всегда выручит, а вот с младенцем помогать - навряд ли справится.

И в душе поселилась тревога.

«А вдруг малыш заболеет, и некому будет сходить в аптеку? А если лифт отключат, то как я поднимусь с коляской на десятый этаж? А если подгузники закончатся? А если… А если…»

Мысли одна за другой забирались в голову, и меня едва не охватила паника. Спасибо Диане, что вовремя перевела разговор в другое русло.

Мы долго говорили о моем будущем малыше, представляли, как он подружится с ее двухгодовалой дочкой, гадали, кто у меня родится: Диана поставила на мальчика, я - на девчонку. Даже имена успели перебрать.

– …И вообще, что за глупец сказал, что женщины - это слабый пол?
– всплеснула руками Диана и усмехнулась.
– Тот, кто сморозил эту чушь, явно не ходил девять месяцев с ребенком в животе, не рожал, не кормил грудью, не смазывал потрескавшиеся соски, не мучился от сокращения матки, не мотался с грудничком по поликлиникам, не вскакивал ночами, не носился с сосками и бутылочками и в поте лица не затаскивал коляску в подъезд!

Потом добавила:

– А еще при всем при этом нужно приготовить ужин, все перестирать и перегладить!

Подруга аж раскраснелась от злости. И ее можно понять: Женя, ее муж, занимал высокую должность в полиции и дома бывал очень редко. Разве что приходил поспать.

– Как говорила Раневская: женщины - это не слабый пол. Слабый пол - это гнилые доски. И я с ней категорически согласна.

Она пожала плечами, откусила яблоко и продолжила с набитым ртом:

– Возьмем среднестатистического мужика. Вот, к примеру, мужа моей сестры: пришел с работы, налопался ее борща, вальнулся на диван у телика, открыл бутылочку пива и вытянул ножки. Ах… какой сильный пол! В чем сила, стесняюсь спросить? Пульт в рученьке держать? Аль баночку пива ко рту поднести? А может, ножку на ножку положить? Ах, да… Он ведь устал! Весь день сидел в офисе страховой компании и перебирал бумажки! А то, что жена упахалась с двумя детьми и к вечеру язык на бок - не считается!
– крикнула она.
– Он ей так и говорит: чего это ты такая уставшая? Ты ж весь день дома была!

– Им этого не понять… - вздохнула я.
– И, кстати, на это нам с тобой грех жаловаться. У наших мужей работа тяжелая.

«И Артем, возвращаясь из долгих командировок, никогда не жаловался на усталость», - добавила про себя я.

– Вот и хэзэ, что лучше? Чтоб размазней лежал на диване и стонал, но зато дома, так сказать, на видном месте, или чтоб пахал как конь, но еще и умудрялся налево бегать, - размышляла подруга.

«Лучше бы просто любил свою жену такой, какая она есть. И тогда бы у нас был шанс на счастливую семью, о которой он так долго мечтал», - глубоко вздохнула я.

– Зато теперь ты вообще не будешь думать о том, что твой благоверный бегает по бабам. Нет мужа - нет гулящего кобеля. Нет гулящего кобеля - нервы в полном порядке, - добавила подруга.
– Романов сам виноват, что не будет принимать участия в воспитании ребенка!

Я провела рукой по животу и вдруг задумалась.

«А честно ли будет не сказать ему о беременности? Ведь он все-таки отец…»

После перекуса Диана вытащила меня в парк. Как раз только что прошел дождь, воздух был свежим, пахло мокрым асфальтом, и почему-то этот запах до ужаса нравился моему малышу. Не могла надышаться!