Чтение онлайн

— Мне это было нужно, — вздохнула я, уткнувшись ему в шею.

— И мне, — пробормотал он. — Это было охренительно.

Его признание успокоило мою женскую обиду, когда я услышала, что Дробышев отказывал себе так же, как и мне. Как ни странно, мне никогда не приходило в голову, что я Денису не нужна. Но это не помешало мне немного обидеться, когда он продолжал сопротивляться моим намекам.

— Тогда, может быть, нам стоит повторить.

Я почувствовала, как его грудь сотрясается от смеха, прежде чем услышала его.

— А ты ненасытная, правда?

Я наклонила голову и посмотрела на него снизу-вверх, надув губы, как могла.

— Это все только потому, что ты столько времени динамил меня!

Его большой палец провел по моей нижней губе. Было видно, что Дробышев закипает. Ему этот разговор не доставлял никакого удовольствия.

— Это было для твоего же блага и ты это прекрасно знаешь.

— Я знаю, почему ты это сделал, — прошептал я. — Но теперь тебе не кажется, что я заслужила большего?

— Твою мать! — прошипел он. — У меня больше нет сил тебе отказывать.

— Вот и славно, — сказала я, одарив своего жениха самодовольной улыбкой.

Его сильные мужские руки сжались на моей талии, и он поднял меня со своих колен, тоже вставая на ноги. Денис отнес меня на диван, осторожно уложил и навис сверху.

— Малышка, возможно, ты и была инициатором этой игры, но ни на секунду не забывай, кто из нас здесь главный.

У меня на мгновенье перехватило дыхание от командных ноток в его тоне.

— Да, мой господин.

Я хотела пошутить, чтобы поднять настроение, но глаза Дробышева вспыхнули торжествующим огнем.

— И самое время показать тебе, что это значит — обладать тобой и твоим телом. Сейчас все будет медленно и долго, пока ты не будешь умолять меня остановиться.

Я вздрогнула от мрачного обещания, прозвучавшего в его словах.

— Да, мой господин.

— Приготовься кричать, потому что я просто так теперь тебя не отпущу.

Денис сдержал свое обещание. Мы провели следующие пару часов, занимаясь любовью снова и снова на полу в его кабинете. Мы едва успели прибраться перед тем, как водитель должен был привезти Аню из школы.

К тому времени, как мы закончили, я едва могла стоять на ногах. Дробышеву даже пришлось сбегать наверх за одеждой и помочь мне ее надеть. Он как раз закончил застегивать мою блузку, когда девочка вбежала в его кабинет.

— Папа! Мамочка! — воскликнула она, и мое сердце мгновенно наполнилось любовью. — Полина принесла сегодня в школу фотографии, на которых она была одета в очень красивое белое платье. Ей еще вплели цветы в волосы. Ты знаешь почему?

— Нет, почему, милая? — спросила я, убирая волосы с ее лица, пока девчушка продолжала тараторить. — Потому что она выносила кольца на настоящей свадьбе своей тети!

— Ничего себе! — ответил Денис, одарив меня улыбкой и приподняв бровь.

— Да! И это нечестно. Я тоже хочу выносить кольца и одеваться как принцесса!

Дробышев коварно улыбнулся.

— У тебя будет такой шанс, как только твоя мамочка выберет день, когда выйдет за меня замуж.

Глаза Ани округлились от счастья.

— Я буду выносить кольца? — ахнула она.

— Конечно, солнышко. Никто, кроме тебя, не справится с этой задачей.

— А можно это сделать завтра? — осторожно спросила Аня, умоляющим взглядом смотря на нас. — Тогда я смогу принести в школу свои фотографии, на которых буду одета принцессой, чтобы показать Полине.

Дробышев удовлетворенно закивал.

— Я тоже голосую за завтра, — сказал Денис, самодовольно улыбаясь.

Анечка обхватила мои ноги руками и посмотрела на меня широко распахнутыми глазами.

— Пожалуйста, мамочка.

Со вздохом я опустилась на колени перед ребенком и притянула ее к себе, вглядываясь в ее очаровательное личико.

— До завтра мы ничего не успеем подготовить, — произнесла я, наблюдая, как выражение лица малышки изменилось, поэтому я поспешила все исправить. — Просто нам нужно немного времени, чтобы найти красивые платья для тебя и для меня.

— Это долго? — подозрительно спросила она, прищуриваясь.

В этот момент она была так похожа на своего отца, что я не смогла сдержать теплой улыбки.

— Я думаю, мы справимся с этим к выходным.

Малышка склонила голову набок и прищурилась.

— Сколько это дней?

— Пять, — ответил за меня Денис.

— Или шесть, — добавила я на случай, если мне понадобится время до воскресенья, чтобы привести все в порядок.

— Нет, пять! — радостно воскликнула Аня, обняла каждого из нас и побежала к двери. — Я скажу Полине, что мои родители женятся в эти выходные.

Анечка скрылась за дверью. Я посмотрела на Дробышева с неким укором.

— Устами младенца, — произнес он. На его лице было написано крайнее удовлетворение.

— Похоже, ты слишком доволен собой, — пробормотала я, скрестив руки на груди и раздраженно постукивая ногой.

— Ты не можешь винить меня в этом, — дерзко ответил он. — К тому же, я всегда получаю все, что хочу.

— Кстати, не заморачивайся, пожалуйста, с подарком на свадьбу, — Я провела ладонью по его заросшей щеке. — У меня и так уже есть все, о чем я могла только мечтать. Ты без пяти минут мой муж, Аня — моя дочь, скоро у нас будет еще один малыш. Единственное, что ты мог бы сделать — оформить меня как маму Анечки по закону.

Денис кивнул.

— Считай, что это сделано, — пообещал он, прижимаясь к моим губам, чтобы запечатать на них поцелуй.

— И котенка, — прошептала я ему в губы, когда он поднял голову.

— Ты хочешь котенка?

— Он не для меня, — хихикнула я. — Для Ани. Она сказала мне, что хочет котенка, в самый первый день, когда я ее встретила.

— Вот еще одна причина, по которой ей повезло, что у нее есть такая мама, как ты, — пробормотал Дробышев и глаза его засветились признательностью.

— Значит, ты купишь котенка?

Денис рассмеялся и кивнул в ответ.

— Только он должен быть белым или серым и очень пушистым.

— Я думаю, это не проблема.

Так оно и было… буквально на следующий день в доме появился котенок. Аня назвала его Снежком. Это было идеальное имя для крошечного, белого, пушистого комочка, который с этого момента стал членом нашей семьи.

Денис

— Слушай, ты работаешь с нами уже не первый год. Не верю, что ты не привык заниматься сомнительными делами, — произнес я, так сильно сжимая свой телефон, что удивился, как он не сломался. — Че ты строишь из себя сейчас?