Чтение онлайн

— Привет, — сказал, неловко улыбнувшись, — меня Вадим зовут, — Ева смутилась и уткнулась лицом в мою грудь, а Вадим пробормотал сквозь зубы: — Понимаю… — и решил не церемониться, огорошив: — Я твой папа, — я посмотрела вопросительно, а он скривился: — Да ну посмотри на неё, какие, к черту, тесты?

— Типа ты не сделал? — усмехнулась, а он хохотнул:

— Сделал, конечно. Но и так видно. Ева, я очень давно тебя искал и очень рад, что нашел. Поедешь со мной домой?

— А Вишня поедет? — спросила, показав личико.

— Не знаю, — вздохнул грустно, — Вишня, поедешь с нами?

— Я… мне… — замямлила, не зная, как объяснить ребёнку, что делать мне в том доме нечего, а она подняла на меня свои голубые блюдца и сказала волшебное слово:

— Пожалуйста.

Пришлось отправлять Гришу на своей машине, пока один из сопровождающих Вадима перегонял его. Спрашивать, сколько всего человек с ним приехали, куда делись они и Шамалов я не стала, молча устроилась на заднем сиденье с Евой, уснувшей, едва мы затряслись по ухабам.

— Ты тут как? — спросила тихо.

— Следом за тобой, — ответил недовольно. — Поменял одного твоего на двух своих, но они почему-то решили, что с охраной трехлетки справится и один. У тебя телефон разрывается.

— Звонят, значит живы, — отозвалась флегматично, — а за мной зачем следил?

— Не следил. Позвонил тот, что остался в больнице, потеряв кучу времени на бесполезные метания, я поехал к тебе за информацией, а ты в машину и порулила. Сначала думал, что в салон, но ты мимо с дальним светом и я понял, что что-то не так. На просёлочную сразу свернуть поостерегся, когда подъехал, твой новенький уже все сделал. Почему сказала остаться, если подменили?

— Не говорила, — улыбнулась в ответ.

— Почему твоя троица лучше трёх десятков моих? — проворчал недовольно, а я пожала плечами:

— Я люблю своих психов и они об этом знают.

— У тебя зрачки все ещё по пять рублей, даже радужки не видно, — усмехнулся в ответ. Напоминание о цвете глаз вызвало неприятные воспоминания и я попросила тихо:

— Подбросишь до дома?

— А Ева? — спросил обычным голосом.

— Вряд ли проснётся до утра.

— Без проблем, — отозвался равнодушно.

Я сделала вид, что задремала, всю дорогу молчала и чувствовала, как в сумке под рукой вибрирует телефон. Возле дома вышла заминка. Ева спала в моем свитере, я куталась в его куртку, замешкалась, а Вадим усмехнулся:

— Я бы, конечно, посмотрел, как ты в минус пять дефилируешь в одном белье, но да ладно. Ключи в правом кармане, достань.

Я сунула руку, выудив его собственность, и положила на потянутую ладонь, поспешив выйти и стараясь не хлопнуть дверцей слишком громко. Прильнула к окну, сложив руки домиком и проверила, не проснулась ли Ева. Убедилась, что нет, а вот Вадим давится смехом, глядя на меня, смутилась и заспешила к подъезду, отметив, что моя машина стоит на месте. Машина Павла у соседнего подъезда, рядом с ней — Эмира, а с торца дома приткнулся Панфилов и приготовилась, что встречать меня будут целым аулом. В подъезде достала телефон, как раз на том моменте, когда звонил Игорь, взяла трубку и сказала просто:

— Порядок, — он шумно выдохнул и отключился, не сказав ни слова.

Следом на очереди был Арсений, начавший названивать примерно в то время, когда я проехала мимо салона, трубку он взял сразу и первым делом сказал ехидно:

— Ленка тебя убьёт. Я ценой собственной жизни охранял твоё платье.

— Она рядом? — вздохнула в ответ и услышала ещё более язвительный голос подруги:

— Рядом.

— У меня отличное оправдание. Меня похитили.

— Помилована, — пробурчала в ответ, — жду завтра.

Я зашла в лифт, просматривая список звонков, среди пропущенных были от матери и Виктории, но перезванивать им не было никаких сил. Боль постепенно возвращалась, накатывала апатия и усталость, делать лишние телодвижения не хотелось, я только прочитала сообщения, точнее, лишь одно, от сестры, с указанием времени и адреса ЗАГСа. Вдохнула поглубже и открыла дверь.

Из кухни высыпали мужчины, заполнив собой все свободное пространство довольно просторной прихожей. Я молча разулась, покосилась на них и сняла куртку, повесив ее на вешалку. Паша остался привычно недовольным, Гриша старательно рассматривал мою грудь, пытаясь запомнить в мельчайших деталях, Панфилов хмуро таращится на татуировку, дополняющую родимое пятно, ставшим роковым в наших не сложившихся отношениях, а Эмир позволил себе лёгкое удивление, слегка вскинув брови и вздохнув:

— Сколько вопросов…

— Было бы здорово, пропусти вы меня одеться, — ответила кисло и мужчины расступились, продолжая сверлить меня взглядами. Я быстро накинула халат, стащив джинсы, пока на то есть силы, и вернулась к ним, спросив: — Какие новости?

— Парень раскололся, — начал Паша, — поехали по адресу, морально подготовились к кровавой бойне, а там два каких-то задохлика в карты рубятся. Скрутили их, вот этот тип, — мотнул головой в сторону Панфилова, — вызвал каких-то своих корешей, так что небо в клеточку им обеспечено.

— Лилю в подвале заперли, — добавил Ростислав, — мы зашли, она даже не проснулась. Отвезли родителям. Поповой не было.

— Шамалов ее убил, — поморщилась в ответ, — похоже, уже довольно давно. Но спросить уже не с кого, я полагаю, — Гриша молча кивнул и слегка развёл руками, а я вздохнула: — Давайте, что ли, все на выход, — и пошла обратно в комнату, не дожидаясь, когда они выйдут. Закрыла дверь в спальню, разделась и упала на кровать без мыслей.

Утро было не добрым. На столько, на сколько вообще возможно. Я с трудом поднялась, мельком взглянув на метель за окном, помылась и поехала в салон, успев до приезда Лены пару часов посидеть за рутинной работой. Увидев мое измученное лицо, подруга сменила гнев на милость и помогла одеть роскошное платье благородного винного цвета, севшее идеально по фигуре.

— Даже добавить нечего, — удивленно похлопала она глазами, оценивающе разглядывая каждую складку на струящейся ткани юбки.

До регистрации оставалось четыре часа, я упаковала свой наряд и заспешила в торговый центр, на третьем этаже которого располагался мой любимый салон красоты. Через два с половиной часа спускалась вниз по эскалатору и через витрину увидела Вадима, вертящего головой с недовольной миной. Хохотнула и хотела двинуться дальше, но он заметил меня, а я Еву, прячущуюся за стойкой с куртками. Прошла в магазин и присела рядом с ней, спросив тихо:

— От кого мы прячемся?

— Вишня! — воскликнула радостно и обняла меня, держа в руках ту розовую собаку, что я подарила ей в больнице.

Я посмотрела за ее спину и шепнула:

— Если от Вадима, то он идёт сюда, — Ева заметалась на месте, а я встала и распахнула пальто. Она тут же прижалась к моим ногам, я прикрыла ее и не смогла сдержать улыбки, слыша, как она хихикает, стараясь делать это тихо.

Вадим бесшумно засмеялся, подходя к нам, сунул руки в карманы и спросил: