Чтение онлайн

Я вернулся к своим ощущениям. Каждый день мне всегда представлялся в определенных цветах и — это было самое главное мое открытие — мои цвета совпадали с цветом дня в китайском календаре. И свечение многих людей совпадало с китайским календарем. Но в памяти у меня была картинка из самолета, где основная масса людей имела оранжевый спектр — тогда, помнится, я сделал вывод, что с удалением от поверхности земли основная масса людей приобретает оранжевый оттенок в своем спектре. Что это? Наведенный свет? Жаль, что мне еще не скоро лететь, а проверить хочется прямо сейчас. Обычно после испытания у меня всегда был свободный день, и я решил, что найду в Москве высотное здание со свободным доступом и проверю свою гипотезу хотя бы на этой высоте.

Девушка из Самары дала мне ряд рекомендаций по поводу цветовой гаммы в моей одежде. Вот здесь надо ей сказать отдельное спасибо. Я никак не мог дойти до магазина, чтобы подобрать себе одежду разных цветов, я все время ходил в «своих» металлических оттенках и понимал, что периодически эти цвета делали меня крайне неприятным для восприятия. Один цвет во время испытаний я исключил полностью — это был коричневый цвет. Влияние этого цвета я понял достаточно давно. Он лишал меня возможности принимать правильные решения.

Еще в юности, изучая историю, я обратил внимание на то, что люди периодически делают своими символами те или иные цвета. Наша страна была поделена на «белых» и «красных». В мире народ использовал все цвета радуги. И каждому цвету приписывали какие-то свойства. Чаще всего выдуманные, но иногда попадающие точно в цель.

Коричневый цвет был выбран фашистскими лидерами неслучайно — цвет остановки, цвет неподвижности, цвет догмы. Тем, кто выбрал такой цвет, тем, кто облачил в него своих последователей и внушил им, что именно этот цвет является символом, объединяющим в стремлении к мировому господству, отчасти надо отдать должное. Почему отчасти? Да потому, что на первоначальном этапе, выбирая этот цвет, они были правы. Этот цвет, как никакой другой, способствовал лишению критики, интуиции, способности слышать не только слова, но и чувствовать скрытый смысл поступков и деяний лидеров. А вот потом, под воздействием того же самого спектра, и интуиция правителей дала сбой. Сбой, который разрушил всю эту систему. Исходя из этого и еще из многих и многих факторов (о них я расскажу по мере повествования), я сделал вывод, что у нацистов, которые на весьма серьезном уровне занимались эзотерикой, серьезных эзотериков как раз-то и не было. И слава Богу!

Я не люблю ходить по магазинам без цели, а здесь была конкретная цель: мне требовалась одежда определенных цветов для того, чтобы менять ее в соответствии с цветом энергетики дня. Я выбрал ближайший большой магазин, расположенный на западе Москвы. Запад любого города мира — это моя территория, там мне помогут, подскажут и будут улыбаться. Собственно, так и произошло: мне помогли все подобрать и даже дали скидку, потому что я купил семь сорочек и два свитера, и, кроме того, одна девушка-продавщица меня узнала и попросила автограф!

В своей жизни я подписал миллион документов, никак не меньше. Работая на таможне, на оформлении, в смену я ставил свою подпись сотню раз, и это был не автограф — это была колоссальная ответственность за свои действия, и прежде, чем я ставил подпись, в голове в ускоренном режиме срабатывала внутренняя инспекция. Таможня отправления, таможня назначения, маршрут, код товара, номер транспортного средства, инвойс и множество других параметров, необходимость соблюдения которых строго регламентирована, и за каждую цифру ты несешь персональную ответственность, заверяя ее своей подписью и личной номерной печатью.

А здесь было все просто. Улыбка и просьба: «А можно автограф?» Конечно, можно! С большим удовольствием и с пожеланием всего наилучшего! Жаль, что на таможне нельзя было приписывать эти слова: «С наилучшими пожеланиями, Александр Литвин!»

Я поймал себя на мысли, что на этой небольшой автограф-сессии я впервые вспомнил о работе. События последнего времени настолько далеко спрятали эти воспоминания, что только автоматическое выполнение такой функции, как роспись на листе бумаге, вернула меня к воспоминаниям о работе, которой я занимался много лет и, уж поверьте, любил ее. Эта мысль потянула за собой следующую. А что, если выполнение какого-либо ритуала, какого-либо механического действия поможет мне при сдаче очередного экзамена?

Я подписал протянутый мне листок бумаги и в ту же минуту погрузился в прошлое. Даже номер личной номерной печати всплыл в моей памяти. Я пока не понимал, как смогу использовать это «включение» через физические движения тела, но то, что это надо использовать, я запомнил. И случай представился достаточно быстро.

Очередное испытание. Время мое, вечер. Гример Оксана на месте, опять традиционный Андреевский крест маховой кистью по всей физиономии — и я глохну и слепну. Все-таки уникальная энергетика у этой девушки. Она и сама не знает, как много делает для меня.

Выхожу на площадку, под софиты и камеры. Стол. За столом сидит молодая женщина. Еще до объявления задания я почувствовал ее горе. Я знаю эту эмоцию, этот запах, я знаю это состояние. Это и мое состояние, и мой личный опыт. Это потеря близкого, родного человека. Мне дают телефон. В нем фотография девочки лет четырнадцати-пятнадцати. Я должен рассказать про нее все, что знаю.

Я уже знаю, что девочки нет, — тоска ее матери накрыла меня с первых секунд. Фотография в телефоне. Энергия отличается от простой фотографии. На простой фотографии мы видим отраженные лучи, а электронная — сама генерирует фотоны света, и не всегда эта генерация совпадает с отраженными лучами. Мне нужно запомнить ее образ. Чтобы дать правильный ответ, нужно задать правильный вопрос. «Могу я узнать имя девочки?» Убитая горем мать называет имя. Я всматриваюсь в фотографию. Я смотрю пристально. Я смотрю так пристально для того, чтобы в момент, когда я закрою глаза, ее изображение отразилось на сетчатке моих глаз и я смог бы задать вопрос в отношении конкретного человека с конкретным именем и с конкретным обликом.

Совершенно неожиданно в моей голове возникает образ какого-то предмета, похожего то ли на папаху, то ли на мужскую шапку, внутри которой лежат скрученные полоски бересты — такие трубочки я в детстве использовал в качестве поплавков для сетей, которые вязал мой отец: берестяную полоску бросаешь в кипяток, и она сворачивается в трубочку.

У меня не было вопросов, почему шапка, почему береста — память на мгновение отбросила меня во вчерашний день: физическое движение тела как способ активизировать интуицию. Достаю одну из полосок, представляю ее в своих руках и, не открывая глаз, начинаю разворачивать. Физически разворачивать, руками. Пусто. Следующую — пусто. Следующую — пусто. Следующую — есть! Я вижу текст, прощальный текст и понимаю в одно мгновение: это самоубийство. И последующее величайшее сожаление о содеянном.

Эту девочку никто не понял. Она уже стала взрослой, но ее никто не понял. В детском теле была уже взрослая энергия, со своими сформировавшимися взглядами, со своей оценкой этой жизни, которая не совпадала с мировоззрением мамы, не разглядевшей свою взрослую дочь. Мать убита горем, и хватит ли у меня выдержки не указывать ей на ее ошибку и объяснять почему? Пожалуй, озвучу только сам факт смерти и ни слова больше. Очень тяжело и жалко всех. И больше всего — эту девочку, для которой испытания только начались.

Экзамен сдан. Удовлетворения от успеха никакого. Очень жесткое испытание, с настоящей подлинной эмоцией невозвратной потери. Из положительного отмечаю новый для себя способ активизации интуиции посредством простых физических движений. И только сейчас возникает вопрос: почему береста? Из каких таких задворок моего подсознания я вытащил именно этот древний материал для сообщений, этот древний артефакт? Я до сих пор не знаю ответа. Потом я «вытаскивал» свернутые в трубочку обычные тетрадные листы, в другой раз вместо бумаги мне попались квадратные кусочки хорошо выделанной кожи, и я видел либо текст, либо какое-то изображение на них. В письмах от зрителей все чаще появлялся вопрос: что я делаю руками, когда прохожу испытания, может быть, тяну какую-то волшебную нить? Нет, это была не нить, я разворачивал свернутые трубочки с информацией.