Чтение онлайн

Внезапно одного из противников буквально смело огромной искрящейся шаровой молнией. Еще одна влетела в клубок дивов, из него тут же вывалился Кузя и с победным рыком снова бросился в атаку.

Не может быть! Анонимус?!

Промелькнувшая в воздухе фиолетовая стрела подтвердила эту догадку. Один из нападавших на Владимира дивов исчез в пасти удава, и Владимир, освободившись от его хватки, сбросил с себя второго и, отскочив в сторону, обрушил на него шквал ледяных осколков. Тот застыл, и этого хватило. Зубастый клюв щелкнул, и от дива осталось только мокрое пятно на льду. Владимир остановился. И тут же из пасти змея показалось тело не проглоченного им дива, и Анонимус, мотнув головой, отправил его прямо в открытую пасть товарища.

Ну ничего себе! Вот это называется «справляться с инстинктами»!

Втроем дивы быстро разобрались с противниками Кузи.

– Уходим, – скомандовал Аверин, и все бросились к выходу. В него только что прошел Анонимус, а значит коридор еще может быть открыт.

Но добежать они не успели, путь был снова прегражден. Три дива появились с разных сторон, а еще один спикировал сверху. Сильные. Очень сильные дивы.

И Аверин понял, что им не справиться.

От холода и усталости кружилась и гудела голова. И колдуну даже показалось, что перед глазами начали мелькать радужные пятна.

Охнул за спиной Мончинский. Кузя издал странный мяв и бросился к хозяину, закрывая его собой.

И тут Аверин понял, что это не пятна. И голова гудит не от усталости.

Крылья. Вот что это было.

Дивов-противников как будто ветром сдуло. А сам Аверин вцепился в мех Кузи, чтобы не рухнуть на колени под давлением накрывшей его силы. В глаза словно засыпали песок.

«Ну что же, – успел подумать он, – хоть что-то у нас получилось».

Ему показалось, что он слышит голос, прорывающийся в его сознание, и его голова едва не взорвалась от боли, он уткнулся лбом в Кузин бок и почувствовал, что ему стало легче. Боль отпустила, треск в голове стал слабее и потихоньку прекратился совсем. И тут же он услышал над ухом громкий шепот:

– Что… это было?..

Он обернулся. Рядом с ним стоял Сергей Мончинский. Его покрасневшие глаза, покрытые сеточкой лопнувших сосудов, были широко распахнуты.

Аверин выпрямился и огляделся. Они были одни среди бескрайнего ледяного поля.

– Это был… - с трудом произнес он, - прежний Императорский див. Надо поторопиться…

До оранжевого пятна оставался какой-то десяток шагов. Только бы узор не погас...

Но он не погас. Наоборот, светился ровно, яркими линиями, как будто кто-то их только что обновил. Но кто?

Вместо ответа на его молчаливый вопрос, один из серых холмиков зашевелился и оказался серой курткой. Из-под капюшона на него глянули знакомые глаза.

– Любава?..

Племянница кивнула и взмахнула рукой. Возле плеча Аверина щелкнула змеиная пасть. Что же, все вопросы потом. Сейчас надо побыстрее убраться отсюда.

Он бросился к коридору. Любава и Мончинский поспешили за ним.

– Ну слава Богу, – было первое, что он услышал, когда его ноги коснулись каменного пола склепа.

– Ваше величество! – воскликнул он. – Вы живы…

– Конечно. Это я отправила к вам на помощь Анонимуса с Любавой.

Аверин отошел в сторону, давая Мончинскому призвать Владимира. И как только серая крылатая химера распласталась на траве, позвал Анонимуса. А следом – Кузю. После чего без сил опустился на землю.

Анонимус растворился в воздухе почти мгновенно и тут же появился, полностью одетый. В каждой руке он сжимал по свертку. Один он протянул Владимиру, который уже сидел, странно покачивая головой, другой – Кузе.

– Приведите себя в порядок и идите на задний двор, – сказал он и исчез.

Следом за ним исчезли оба дива.

– Анонимус позаботится о них, – сказала Любава, стягивая с себя куртку. И наклонившись над Мончинским, проговорила:

– Сергей… Дмитриевич. Господи, вам срочно нужна помощь! – она протянула руку, помогая ему встать.

«Куры, – вспомнил Аверин, – на заднем дворе куры…»

Он тоже расстегнул куртку, сбросил ее и встал. Ему бы тоже не помешала помощь… А для начала, горячий чай и теплое одеяло.

– Гермес Аркадьевич, – раздался у него за спиной голос Булгакова. Князь подошел и поддержал его за локоть: – Я так и знал, что нельзя вас оставлять без присмотра.

Ледяной самурай был прекрасен. Он возвышался над горными пиками, пусть не очень высокими, но всё же вполне впечатляющими. И даже в сумерках Пустоши можно было разглядеть мельчайшие детали, вплоть до узора на шнурке, переплетающем его пластинчатый доспех.

Меч был выполнен с особым мастерством. Она как раз рассматривала рукоять, когда громкий рев заставил ее обернуться.

– А, это ты… – она снова вернулась к созерцанию ледяной скульптуры.

Изваяние сотряс мощный удар. Меч, который она еще толком не успела рассмотреть, рассыпался на куски.

Она едва смогла подавить раздражение:

– В чем дело?

– Почему ты здесь?!

– А где я должна быть?

– Ты! Пока ты тут любуешься на эту мерзость… Ты хоть знаешь, что случилось?

Она отлетела в сторону, вынуждая его последовать за собой: так, может быть, он перестанет вымещать злость на скульптуре.

– Нет. Ты сам заметил, что я здесь. Так что?

– Он на свободе.

– Правда? – максимально безразличным тоном спросила она. – Он сумел освободиться?

– Да. То есть нет! В том-то и дело! Его освободили!

– И кто же?

– Люди. Их засекла моя четверка разведчиков. Троих убил их див, но один успел сбежать и доложить. Я послал отряд на перехват, строго-настрого запретив убивать колдунов, велел доставить их живыми. Но появился он и защитил людей. И они ушли через дыру в свой мир.

– Как ты узнал? Погибли не все дивы?

– Не все. Часть убили колдуны, остальных он не тронул. Они вернулись и доложили мне. Люди в Пустоши! Ты понимаешь, что это значит?!

– Понимаю. Кто-то тебя обошел.

– Да. И что теперь делать?!

– Действовать. Как можно быстрее.

– Ты права. Он найдет нас, это только вопрос времени. И тогда уже ничего не удастся сделать. А так… в конце концов, когда мы окажемся в мире людей, он просто останется в Пустоши.

– Да. Пойдем, покажешь мне место, где была дыра, через которую ушли колдуны. А потом начнем представление.