Оникс и слоновая кость
Шрифт:
– Не бойся меня, Кейт Брайтон. Я хранил и продолжу хранить твой секрет. Но мне хотелось бы, чтобы ты набралась смелости и сказала все напрямую. Твой отец тоже таился, я не считаю это правильным.
– Вы знали моего отца? – Слова прозвучали скорее обвиняюще, нежели вопросительно.
– Знавал, – кивнул Рейф, перешагивая через кучу отбросов, сваленную перед темным дверным проемом. – Во всяком случае, настолько, чтобы быть в курсе его способности воздействовать на разум.
– На разум животных, – уточнила Кейт, поняв, что смысла отпираться нет.
– Животные – это только малая часть вашего дара. Это самое простое. Однако твой отец не переставал развивать свои способности и смог достичь большего. Впрочем, ты уже наверняка это поняла, судя по тому, как ловко разделалась с теми бандитами.
«Мой дар! Значит, я могу применять его к людям, да еще ночью…» – Кейт даже споткнулась, и Рейфу опять пришлось поддержать ее за локоть. Да нет, чепуха какая-то, магия так не работает, она ведь только для животных, и все же…
– Ничего не понимаю, – едва слышно пробормотала Кейт. – Со мной такое впервые.
Рейф резко остановился. К ним приближался всадник, в котором он узнал Корвина. Магик повернулся к ней и торопливо произнес:
– Когда поправишься, мы с тобой еще потолкуем. Я могу тебе помочь. И, что еще важнее, ты можешь помочь мне.
– В чем? – Кейт подозрительно прищурилась.
– Спасти Иней от распада и закончить дело, начатое твоим отцом. – Рейф умолк и поклонился Корвину. – Добрый вечер, Ваше Высочество.
Корвин спешился, глядя только на Кейт в порванной запачканной одежде:
– О боги! Что с тобой случилось?
Он рывком обнял Кейт и прижал к себе. Она покорно прильнула к его груди. Силы внезапно оставили ее. Слова Рейфа продолжали звучать в ушах, но она не понимала их, да и не хотела понимать, растаяв в объятиях Корвина… «Нет, постойте-ка! Что я делаю?!»
– Со мной все хорошо. – Кейт вывернулась из рук принца. – Просто угодила в небольшую передрягу.
– В «Заветном клинке»? – сердито спросил Корвин, на его скулах заходили желваки.
– А сам-то ты как здесь оказался? – запальчиво фыркнула она.
– Пошел тебя проведать, но в покоях не нашел, вот и подумал, что ты наверняка натворила глупостей.
– Ваше Высочество, вам лучше теперь отвезти ее во дворец, – вставил Рейф прежде, чем Кейт открыла рот. – Пока не приключилось новых бед.
– Вы правы, мейстер. – Корвин наклонился, словно хотел подсадить Кейт в седло, но та попятилась.
– Ты чего? Я еще вполне держусь на ногах.
– Ты упряма как ослица. Тогда забирайся в седло сама. – Корвин махнул рукой и повернулся к магику. – Благодарю за помощь, мейстер.
«А я и сама справилась», – в запальчивости едва не выкрикнула Кейт, но вовремя сдержалась и, морщась от боли, полезла на Черномора.
– Желаю вам довезти ее до замка в целости и сохранности, – поклонился Рейф. – Завтра занесу свои отчеты о нападениях дневных драконов. Я вернулся в город только сегодня вечером.
Принц рассеянно кивнул, вскочил в седло позади Кейт и обнял ее за талию, прижав к себе. Она было заартачилась, но потом расслабилась от тепла его тела и чувства безопасности. До замка они ехали молча.
Во внутреннем дворе Корвин соскочил на землю, помог спешиться Кейт, передал Черномора груму и повел ее в замок. Кейт попыталась вырваться.
– Я сама знаю, где мои покои.
– Нет уж, Кейт, я доведу тебя. Хочу убедиться, что с тобой действительно все в порядке. А то выяснится потом, что ты прятала раны из упрямства.
Сил спорить у нее не осталось. Плотно сжав губы, Кейт позволила отвести себя в комнаты. По крайней мере, в спальню Корвин за ней не пошел.
Бросив в угол порванную одежду, Кейт размотала ткань, которой перетягивала грудь, и переоделась в халат, совершенно забыв о лунном поясе. Она носила его так долго, что успела привыкнуть к цепочке на талии и уже почти ее не чувствовала. Когда она вышла из спальни, Корвин тут же взял ее за руку и, усадив на диван, опустился перед ней на колени.
– Позвать целителя? Где болит?
– Я же сказала, все со мной в порядке. – Кейт откинулась на спинку, покачав головой. – Мейстер Рейф дал мне камень с заклинанием.
– Врач-камень? – Корвин сжал кулаки. – Так тебе сильно досталось? Ладно, оставим это. Кто на тебя напал? Ты их запомнила? Найду мерзавцев и перебью.
– Никого ты не найдешь. – Кейт вздохнула.
– Зачем ты пошла туда одна? – Корвин вскочил и заметался туда-сюда. – Почему не подождала меня? Я ведь тебя предупреждал. Откуда в тебе столько безрассудства?
– Причем тут безрассудство? – обозлилась Кейт. – Я вела себя очень осторожно и осмотрительно. Просто все вдруг пошло наперекосяк. А насчет тебя я уже объясняла: при тебе они ничего не скажут.
– О да! Зато с тобой они так разоткровенничались, что ты вернулась в синяках с ног до головы.
Возмущенно фыркнув, Кейт вскочила и тоже начала ходить из угла в угол, стараясь не пересекаться с Корвином, иначе она могла не утерпеть и съездить ему по уху. От злости даже усталость испарилась. Вот только она не совсем злилась. Просто никак не проходил этот страх, это жуткое ощущение бессилия перед бандитами, к которому настойчиво примешивалось воспоминание о том, как подействовала на них ее магия. Влияние на разум… И не только животных.
Из любопытства она попробовала разбудить дар. Безуспешно. Тот, как обычно, крепко спал в это время. Голова Кейт распухла от вопросов, на которые у нее не было ответов.
– Извини, Кейт, – пробормотал Корвин из противоположного угла комнаты. – Я погорячился.
Она обернулась и увидела искреннее раскаяние на его побледневшем лице. Принц смотрел на нее довольно странным взглядом.
– Знаю, для тебя очень важно выяснить правду об отце, а я ничем тебе не помогаю. Ты что-нибудь узнала?
Кейт даже растерялась от такой резкой перемены. Еще один признак того, что он повзрослел. Прежний Корвин никогда бы так просто не признал свою неправоту.
– Н-нет пока, – с запинкой ответила она, вспомнив предупреждение Анисс. – Ты был прав. Они не захотели со мной говорить. – Кейт медленно вдохнула и выдохнула, успокаиваясь. – Тебе не за что извиняться. Ты и так по горло занят подготовкой к урору, а тут еще и дневные драконы. Тайны моего отца – моя забота.
– Позволь, я кое в чем признаюсь. – По губам Корвина скользнула неуверенная улыбка. – Это ужасно, эгоистично, может, ты даже слушать не захочешь.