Чтение онлайн

Он последовал дальше, положив руки по обе стороны от моих скрещенных ног. — Я не могу смотреть, как тебе причиняют боль снова и снова. — Я выудила маркер. — Видя, что произошло прошлой ночью, и когда Уилл держал тебя, закованную в наручники в этой фигне? А я должен был просто стоять там… Ты меня слушаешь?

На половине предложения, которое я выделила, я остановилась. — Я слушаю.

— Тогда посмотри на меня.

Я подняла свои ресницы.

— Я смотрю на тебя.

Деймон нахмурился. Вздохнув, я закрыла маркер колпачком.

— Хорошо. Я не хочу видеть тебя страдающего от боли.

— Кэт…

— Нет. Не перебивай. Я не хочу видеть тебя, страдающего от боли и просто думать о том, что ты переживаешь те чувства, что заставляют меня беситься.

— Я смогу справится с этим.

Наши глаза встретились.

— Я знаю, ты сможешь, но это не изменит того, как ужасно будет видеть тебя во всем этом, но же я не прошу тебя отступить.

Он оттолкнулся от стойки и развернулся, запустив пальцы в волосы. Напряжение и разочарование накрыли кухню огромным одеялом.

Отодвинув свои вещи в сторону, я спрыгнула вниз.

— Я не хочу с тобой спорить, Деймон, но ты не можешь говорить, что это будет нормально для меня — смотреть, как ты будешь проходить через это.

Я подошла к нему и обняла за талию.

— Понимаю эти благие намерения, но только из-за того, что все так мрачно, я не могу сделать шаг назад. И ты знаешь, что тоже не можешь. Вот это и есть справедливость.

— Ненавижу твою логику, — он положил руки на мои, а я, улыбаясь, прижалась к его спине. — И я, правда, возненавижу это.

Сжимая его как моего любимого плюшевого мишку, я знала, как тяжело для него было сдаться. На самом деле это было колоссально. Он повернулся в моих руках, опустил голову, и я подумала, вау, так поступают взрослые. Они не могут не соглашаться друг с другом, они могут спорить, но в конце концов они преодолевают разногласия и они любят.

Как мои мама и папа.

В горле образовался комок. Плакать будет так некстати, но сдерживать слезы было слишком трудно.

— Единственная хорошая вещь то, что я собираюсь схватить Баффа и заставить его целоваться с ониксом снова и снова, — сказал он.

Я выдавила смешок.

— Ты садист.

— И ты должна учиться, верно? Это школьное управление временем — не управление временем Деймона, которое куда-то улетучивается, потому что мы одни и им потребуется больше усилий, чтобы прервать нас здесь.

Я разочарованно высвобождаюсь.

— Ага, я должна учиться.

Он надулся и это было невероятно сексуально. Неправильно.

— Ладно, я ухожу.

Я последовала за ним к двери.

— Я напишу тебе, когда закончу, и ты можешь прийти и уложить меня.

— Хорошо, — сказал он, целуя меня в макушку. — Я буду ждать.

И осознание этого заставило меня ощутить внутри тепло и комфорт. Махнув ему рукой, я закрыла дверь и пошла обратно на кухню взять свои вещи и стакан апельсинового сока. Счастливая от того, что удалось избежать тотальной шумихи с Деймоном, я поднялась по лестнице и открыла дверь собственной комнаты.

Я остановилась, как вкопанная.

На моей постели сидела девушка, чопорно сложив руки на коленях. У меня ушло несколько секунд, чтобы узнать ее, потому что ее волосы сейчас свисали вдоль лица безвольными прядями, а миндалевидные глаза не прятались за фиолетовыми или розовыми очками.

— Карисса, — сказала я, ошеломленная. — Как… как ты здесь оказалась?

Она молча поднялась. Вытянула руки в мою сторону. Свет лампы отразился от браслета, который я также узнала — черный камень с огнем внутри.

Какого черта…? У Люка был это камень. Почему…?

Статическое напряжение трещало в воздухе, и за секунду до того, как руки Кариссы стали излучать беловато-синий цвет, поплыл запах сгоревшего озона. Браслет уже больше не был главным поводом для беспокойства.

В полном ступоре от потрясения, я недоверчиво посмотрела на свою подругу.

— Дерьмо.

И Карисса бросилась в атаку.

Поток энергии врезался в мой учебник истории, прожигая в нем дыру. Энергия пронеслась мимо, не коснувшись меня, но то, что случилось с книгой, сказало мне многое.

Карисса не была дружелюбной.

И эта демонстрация Источника не была предупреждением. Я уронила книгу и бросилась влево, когда она стала надвигаться на меня. Сок выплескался за края стакана в моей руке, проливаясь на мои пальцы. Почему я все еще держу его? Мой мозг так и не успел дать ответ на поставленный вопрос.

Она мчалась ко мне, и я сделала единственную вещь, о которой могла думать в тот момент. Я бросила стакан в ее лицо. Стекло разбилось и она отступила назад, поднимая руки к глазам. Липкая жидкость и кусочки стекла были на ее щеках, смешиваясь с крошечными пятнами крови. Бьюсь об заклад, было чертовски больно.

— Карисса.

Сказала я, пятясь назад.

— Я понятия не имею, как это произошло, но я — твоя подруга, я могу помочь тебе! Просто успокойся. Хорошо?

Она вытерла глаза, расплескивая жидкость на стены. Когда ее пристальный взгляд встретился с моим, я поняла, что она не узнаëт меня. Ее глаза были пугающе пусты и огромны. Будто месяцы знакомства были стерты из памяти и я стала просто ничем для нее.

В ее взгляде не было жизни. Или мои глаза обманывали меня, или я спала, но она определенно была гибридом и все это было бессмысленно. Карисса не знает о пришельцах. Насколько известно мне, она была нормальной девушкой. Тихой и возможно чуть-чуть пугливой.

Но она отсутствовала некоторое время, болея гриппом…

О, святые угодники… Ее изменили.

Она наклонила голову в сторону, сузив глаза.

— Карисса, пожалуйста, это я. Кэти. Ты знаешь меня.

Умоляла я. Моя спина коснулась стола, когда я увидела открытую дверь позади Кариссы.

— Мы — друзья. Ты не хочешь этого делать.

Она направилась ко мне, как та причудливая женщина-терминатор к Джону Коннору*.

Джон Коннор*-один из главных персонажей кинофильмов о «Терминаторе». Великий лидер, которому предстоит победить в войне между человечеством и машинами.

А я была Джоном Коннором.

Я поняла, что лишилась возможности дышать, когда попробовала вдохнуть воздуха в легкие.

— В школе мы с тобой ходим на тригонометрию, а за ланчем сидим за одним столом. И ты носишь очки — реально смешные очки.