Чтение онлайн

Они шли медленно Олег молчал. Им овладело безразличие. В сущности, все закончилось хорошо. Он спас собаку от живодеров и сам ушел от них. Теперь дело за малым. А Эстония не Сибирь, скоро они выйдут на дорогу. Даже если в Сибири идти очень долго, обязательно выйдешь к жилью.

Его размышления прервал звук, прозвучавший для скитальцев как бетховенская «Ода радости». Где-то впереди проехала машина. Они выходили на дорогу.

Борис Дмитриевич в сотый раз обошел пансионат. Это было единственное, что он мог делать. Ни о каком осмысленном занятии, включая сон, не могло быть и речи. Он услышал где-то наверху звук телефона. И сразу успокоился. Удивительная вещь — шестое чувство. Не зная еще причины звонка, он сразу понял, что сын нашелся.

Действительно через минуту с балкона раздался голос Агнии:

— Борис Дмитриевич, Гера и Олег нашлись! Собака в этом списке стояла первой. Прыгая через три ступеньки, Синельников буквально взлетел на нужный этаж.

— Агнесса Евгеньевна, Алечка, где он, то есть они? Кто звонил?

— Звонили из полиции, — обстоятельно объяснила Агния. — Видите, как они могут работать, не чета нашим. Они действительно сообщили всем постам, и одна из машин увидела мальчика с собакой. Скоро их привезут.

— Машина увидела? — уточнил Глеб. — Техника на грани фантастики.

— Автомобильсканер! — веселился Борис Дмитриевич.

— Мужчины… — презрительно сказала Агния, — неспособны даже на сострадание. Я так беспокоилась, что у меня все смешалось в голове…

— Как в доме Облонских, — закончил Синельников. Теперь, когда стало известно, что мальчик и собака нашлись, на всех напало легкомыслие.

— Но я все-таки взгрею мерзавца, — Синельников погрозил пальцем ни в чем не повинному телефону. — Что за комиссия, создатель, быть отцом!

Минут через сорок к воротам пансионата подъехала полицейская машина, из которой выпрыгнула Гера, а за ней выбрался Олег. Все заинтересованные лица были в сборе и тут же бросились каждый к своему: кто к сыну, кто к собаке.

— Тэнк ю вери мач! — от всего сердца сказала Агния.

— Талекко собраался ваш маальчик! — улыбнулся полицейский. — В Таллинн хотел уйти. Эмигрировать.

— Как в Таллинн? — трое взрослых воззрились на Олега.

— Шел по Таллиннскому шоссе.

Еще раз поблагодарив полицейских, взрослые набросились на Олега с расспросами. Он рассказал, что они заблудились в лесу, и Гера вывела его к дороге.

— Ты моя маленькая! Моя умничка! — Агния с такой силой прижимала к себе собаку, что становилось страшно, сможет ли несчастная пуделиха самостоятельно двигаться после подобных ласк. Но привычная Гера все сносила героически.

— Было темно, — продолжал Олег, — и я чего-то не сориентировался.

— Но как тебя так далеко занесло? — спросил Глеб.

— Сам не знаю, — пожал плечами Олег, радуясь, что его спутницей была собака, которая хоть и все понимает, но говорить, к счастью, не может.

— Ладно, все хорошо, что хорошо кончается, — сказал Борис Дмитриевич, которому все время казалось, что сын не договаривает.

Прежде чем разойтись, Глеб задумчиво сказал:

— Может быть, и наша милиция когда-нибудь станет такой.

— Все может быть! — парировала Агния, — только увидеть ту пору прекрасную, дорогой мой, не доведется ни мне, ни тебе…

— Ну, теперь рассказывай, — сказал Борис Дмитриевич, оставшись с сыном вдвоем.

Олег посмотрел на отца и понял, что рассказать нужно. И не только для того, чтобы оправдать себя.

— Мы пошли по дороге, и она привела нас к высокому бетонному забору… — начал Олег.

По мере того как он рассказывал, Борис Дмитриевич хмурился все больше, а когда Олег дошел описания поединка собаки и человека, Синельников вскочил со стула и нервно заходил по комнате.

— Ты о чем думал? А если бы они тебя заметили? Ты на секунду представь себе, что бы тогда было? Что бы они сделали с тобой?!

— Нарядили в ватник, — усмехнулся Олег, — и напустили бы на меня Упыря.

— Кого?

— У них собака есть такая по кличке Упырь. Я ее не видел, но слышал. И Гера слышала. Достаточно слышать, как он воет, чтобы держаться от него подальше. Поверь, я осознавал степень риска.

— Он осознавал степень риска! — воскликнул Синельников. — А я бы вернулся домой без сына, который пропал без вести. Ты это понимаешь? Тебя бы никто и никогда не нашел. Никакая славная эстонская полиция.

— Думаешь, они тоже купленные? — серьезно спросил Олег

— Не знаю. Если бы ты был их гражданином, тогда, возможно, было бы другое дело. А ты ведь гражданин бандитского государства. Оно тобой вряд ли стало бы интересоваться. Это Штаты готовы за каждого своего гражданина весь мир перетрясти. Ну, хорошо, что дальше было?

Олег рассказал отцу обо всем, что видел в этом страшном питомнике.

— А потом я не мог найти шоссе. По их дороге не хотелось идти.

— Да, — задумчиво сказал Синельников, когда Олег закончил, — интересное ты нашел заведение. Питомник, где выращивают собак-убийц. Причем тренируют их серьезно — на живых людях, в том числе вооруженных. Интересно только, зачем им понадобилась Гера. Они ведь ее тоже хотели забрать. Из нее-то убийца аховый.

— Зачем-то она была им нужна, это точно, — сказал Олег.

— Это не укладывается в общую картину, — покачал головой Борис Дмитриевич. — Если поймем, зачем им была нужна такая собака, мы узнаем, что они такое.

Когда в дверь позвонили, Штопка удивилась. Кто бы это мог быть? Времена, когда в гости заходили без звонка, давно канули в Лету. Теперь заходят разве что сборщики подписей за какого-нибудь Кривошапкина, баллотирующегося на очередных выборах, ставших в нашем Отечестве постоянным развлечением для граждан. «Хлеба и выборов!». Неплохой опиум для народа. Пошел, поставил галочку или крестик, где нужно, и уходишь довольный. Поработал на свое будущее.

Прежде чем открыть, умудренная опытом Штопка посмотрела в дверной глазок. На площадке было темно (лампочку опять кто-то приватизировал), и она увидела, что стоит девушка. Одна. Все-таки правила техники безопасности требовали спросить: «Кто?»

— Это я, Таня, медсестра. Мы с Олегом Глебовичем приходили к вам, капельницу ставили.

— Да-да, конечно!

Штопка открыла дверь и впустила Таню. Та казалась очень расстроенной, даже не похожей на себя.

— Проходите, — пригласила Штопка.