Чтение онлайн

На порог вышел мужчина, очень похожий на отца Максима, только постаревший, лет на десять. Они обнимаются и о чём-то болтают.

Точно, это он. Но как?

– Привет, доченька. Как дела у тебя?
– обращается ко мне мама, потом подходит к Василисе и спрашивает, - у тебя как дела, мой милый зайчик?

– Хорошо, бабуль, это мой новый дедушка?
– указывает дочка на отца Макса.

Мама, съёжившись, смотрит на меня, а затем продолжает:

– Пойдемте в дом, обо всём поговорим. Тем более, есть о чём.

Мы сели за накрытый стол. И видно было, как отец Макса и моя мать переглядываются. Хотя, тут уже ослу понятно, что здесь происходит.

– Женечка, я забрала вещи и уехала, когда вы были в больнице, потому что не хотела говорить, что мы с отцом Максима встречаемся. Боялась, что это помешает вашим отношениям. Ведь я помню, как ты относилась к этой семье. Но сейчас Роман Кириллович стал другим. После смерти жены, ему пришлось нелегко, поэтому он периодически отдыхал в санаториях, где мы и познакомились. Я не сразу узнала, что он - отец Максима, но я, надеюсь, что вы примите нас обоих, - дрожащим голосом произнесла мать. Её слова будто путались, витали в облаках и она, как могла, вылавливали их.

Но и здесь было «но».

Меня она ещё не пробила, я была зла, как горящий утюг. Как? Как она могла такое скрыть от родной дочери? Но зато Максим уже растёкшимся маслом лежал на полу:

– Всё хорошо, Вера Петровна. Мы очень рады за вас, и также хотели бы сообщить хорошие новости: мы купили дом и скоро у нас будет свадьба.

Его отец встал и пожал руку, Василиса радостно прыгала возле нас, выкрикивая: «Мама выходит замуж». А я единственная вела себя, как эгоистка. Как полная дура. Маме пришлось очень тяжело, она одна воспитывала меня, потом мы вместе растили Василису, а я игнорирую счастье собственной матери. Мне было очень стыдно.

Я присела рядом с мамой и обняла её:

– Прости меня, пожалуйста. Я так благодарна тебе за всё. Главное, будь счастлива. Мы тебя очень любим.

Василиса подбежала к нам и обняла нас с обеих сторон.

Вот и наступил наш торжественный день. Волнуюсь до чёртиков. Евгения предупредила, что главное в этом процессе не забыть кольца и паспорт. Всё остальное - ерунда. Вместо обычной церемонии в ЗАГСе я уговорил Женьку на выездную регистрацию. Долго сопротивлялась, пока я не повалил её на кровать и не защекотал, что есть силы.

На самом деле, мне позже призналась в этом Евгения, она не хотела выездной регистрации, потому что её родной отец не сможет повести её к алтарю. Было больно слышать такое с её уст, ведь моя мать тоже никогда не сможет увидеть своих внуков и внучек. И всё это из-за гордости быть статусной и богатой. Поэтому я давно для себя решил, что деньги не должны играть первостепенную роль в жизни человека, это лишь инструмент для того, чтобы сделать жизнь чуть лучше.

Я предложил Евгении, чтобы к алтарю её отвёл мой отец или её мать, ведь необязательно это должен быть человек мужского пола. Она обещала подумать, и подумала…

И вот я стою на фоне шикарнейшей фотозоны из бело-сиреневого цвета. Впереди ко мне по белоснежной дорожке в светло-розовом платьице идёт моя маленькая принцесса, раскидывая искусственные лепестки роз по сторонам и улыбаясь собравшимся гостям. Подходя ближе, я присел на корточки и обнял мою хрупкую девочку. Она поцеловала меня в щёчку и встала рядом со мной.

А вот и главное чудо этого торжества. Моя невеста. Моя любимая жена. В аккуратно облегающем белом платье, с длиной фатой до пола, с изящной причёской, приподнятой вверх. Рядом под ручку она держит моего отца, и мои глаза становятся влажными, капельки стекают по щекам. Стараюсь быстрее вытереть слёзы, не чтобы не казаться слабым и безвольным, а чтобы на этом празднике были лишь улыбки на лицах людей.

Отец передаёт мне мою возлюбленную, присаживается рядом с матерью Евгении и регистратор начинает свою речь.

Я не помню, что она говорила, но зато я помню каждую эмоцию на лице Жени. У неё по щекам то стекали слёзы счастья, то она широко улыбалась, освещая всё вокруг своей приятной и вдохновляющий улыбкой. Моё сердце замирало при каждом взгляде на неё.

Мы поклялись в верности и расписались на официальном документе. Теперь мы муж и жена. Я безумно счастлив. Я смог. Мы теперь вместе.

Гости начали расходиться и готовиться к фуршету в ресторане. Василиса уехала пораньше вместе с бабушкой и дедушкой. А Евгения меня задержала, сказала, что хочет прогуляться по этом красивому живописному виду.

Мы выбрали под место росписи широкое гольф-поле, рядом с озером. С одной стороны была водная гладь, с другой раскинулись большие увесистые деревья.

Тишина. Лишь изредка слышно пение птиц.

– Как здесь красиво, - вдохновлённым голосом произнесла она.

– Да, родная моя. Я так счастлив, что ты стала моей женой.

Она улыбнулась мне и, смутившись, сказала:

– Я тоже.

– Ты какая-то загадочная сегодня, - всё же произнёс я.

Она вела себя очень странно, будто что-то хотела сказать, но размышляла, как это лучше сделать.

Она подошла ко мне ближе, подтянулась на носочках к моему уху и прошептала:

– Я беременна.

Земля ушла из-под ног. Беременна. Она. Беременная. Моя. Я просто не выдержал и закричал.

– Моя жена беременнаааа, - никого не стеснялся, готов был сообщить на весь мир. В мгновение сзади спины возникли крылья, готовые унести меня к небесам… и парить, парить…

– Тихо, не кричи. А то всех перепугаешь, - старалась удержать меня Женька.

– Я тебя так люблю, моя принцесса. Я безумно тебя люблю. То есть вас. Всех вас. Моих Царёвых.

– И мы тебя любим, - взяла мою руку Евгения и положила себе на живот.

– Может, ну этот, ресторан. Я хочу просто поехать домой и вот так лежать, держа свою ладонь на твоём животе, а другой рукой обнимать тебя и Василису.

– Нет, ты что. Мы столько готовились. Там люди ждут. Только пока никому не говори, пожалуйста.

Это то, чего я боялся. Я никогда не был болтуном, и не уважал таких людей, но сейчас я готов был этой новостью поделиться со всем миром.

– Это будет самым сложным, - вздохнул я.

– Да, - кивнула мне Евгения, - я уже три недели молчу.

– Что? Три недели? Как ты смогла?
– удивился я.

– Хотела сделать тебе сюрприз, на свадьбе, - улыбнулась она.

– У тебя получилось, - я поцеловал её в лобик, а потом нагнулся к губам.

Моя маленькая любовь.

***